Дмитрий Новиков – Наследие. Книга первая (страница 11)
А вот с Анной было по-другому. Тихо, осторожно. Сказались то ли тоже прежние неудачные отношения обоих, то ли что-то ещё. Они не бередили друг другу души, и сегодня, пожалуй, был первый раз, когда она так разоткровенничалась. Ну что же, это знак доверия. Ему и этого хватало пока что - находиться рядом и касаться друг друга. Наверное, на Земле сейчас это сочли бы смешным.
Он понял, что молчит слишком долго и встряхнулся, отгоняя ненужные мысли.
Анна пригладила короткие волосы, которые тут же снова растрепал прохладный ветер.
- Я перед отлётом звонила домой. – Она улыбнулась сквозь слёзы. – Тебе ведь тоже не с кем прощаться?
- С кем надо, я сразу попрощался, лично, - серьёзно сказал Виктор. Он проводил рукой по траве, и та оставляла тонкие зелёные следы на ладонях.
- Когда я выбирала – лететь или нет, я думала… Наверное, я не умею радоваться, представляешь? – продолжала девушка. - Какая зануда, да? Хотя благодаря этому я и в экипаже… Да мне же было абсолютно плевать на выпускной, на вечеринки, на семью, друзей… А теперь страшно, что никто меня не ждёт обратно. Но я добилась цели, да? Наверное, многие люди хотели бы оказаться на нашем месте.
- Не ожидал от тебя таких разговоров сегодня, – сказал Виктор.
Она обмякла. Положила голову на плечо, и её короткие светлые волосы защекотали щёку Виктора, но он не отодвинулся.
- Ну что… Мне бывает страшно, - шёпотом сказала она.
- Небольшое утешение, но мне тоже, - хмыкнул он.
- Да нет, это утешение, - серьёзно сказала девушка. – Вдвоём легче бояться.
- Это верно…
Он, как никогда раньше, прекрасно понимал сегодня её чувства. И всё это время бездумно смотрел в небо, на далёкое маленькое Солнце и чуть видимую светло-синюю точку Земли.
- Знаешь, что меня больше всего удивляет? – Анна, не дождавшись ответа, сказала сама, - Из миллиардов жителей системы за нашим полётом следит едва десять процентов. Тебе это не кажется странным?
- Могу предположить, что остальные девяносто нашли что-то более занятное!
- О, да! Очередное шоу в Спейснете, - пренебрежительно усмехнулась девушка.
- Аня, ну это факт, что подавляющему большинству всё безразлично, некоторые вообще не знают о том, что «Молния» впервые посетит другую планету. Вот когда начнутся взносы на то, чтобы вступить на борт и зажить новой, прекрасной жизнь, на берегу моря, под светом других звезд, и деньги потекут к ним в карманы – вот тогда об этом заговорят. Когда им нужно будет вернуть вложенные средства за проект. А сейчас мы просто очередная экспедиция. Не ожидай грандиозной шумихи.
- Ты прав. Но это ненормально! – разгорячилась она, требовательно глянув на Гамова.
- Бери пример с Ефремова, - улыбнулся Виктор. – Тому всё… как это говорили раньше? Как с гуся вода?
- Александр - гений. Что с него взять? Он вообще часто не замечает, что вокруг твориться, - ответила девушка. – О чём вы кстати разговаривали по прибытии? Он тебя очень ждал, как я видела. Последние дни был сам не свой, не вылезал из-за компьютеров корабля.
- Ничего особенного, просто рабочие моменты, – небрежно сказал Виктор.
Ане он доверял, но всё подряд рассказывать не собирался, следую простому правилу: знают двое – знают все.
- Хочешь ещё прогуляться? – спросила девушка, когда поняла, что продолжать он не собирается, а настаивать она не хотела. – Кто знает, получится ли найти время, чтобы сюда вернуться?
- Да, идём, - встряхнулся Виктор. Он решил, что все вопросы прояснятся по ходу рейса, а сейчас и в самом деле душа требовала отдыха. Настроение было не самое радужное, и не хотелось уже думать о том, зачем Ефремову потребовалась добытая им информация.
- Я подумала – а когда теперь мы ещё сможем так пройтись?
- Ну если найдём подходящий мир, то через пару месяцев, - в тон ей ответил Виктор. – Ефремов полон уверенности!
Сам Гамов бывал в экспедициях подолгу, ему это было привычно. Несколько месяцев на корабле – нормальная длительность. Остальные тоже провели множество тренировок. Но всё так, что не говори, это был путь невероятно далеко от дома…
Обратная дорога к катеру не занял много времени, полётов сегодня было мало, и небо над Марсом сейчас безупречно чистое, без единого следа от взлетающих кораблей.
- Только не полетим сразу в город, ладно? – взмолилась Анна, пока Виктор отправлял сообщение, что они вышли.
- Да я туда и не собирался, - засмеялся он. Ему нравилось любоваться широкой полосой Олимпа на горизонте. Хотя такое монументальное зрелище, конечно, не всем бы доставило удовольствие.
- Ты мне ничего не хочешь рассказать? – вдруг спросила его девушка, замедлив шаг.
- Нет, - покачал он головой. – А почему ты спрашиваешь?
- Александр стал скрытен и нелюдим, а ты задумчив. Впрочем, он всегда такой, а вот ты…
- Да нет, - качнул он головой. – Всё нормально.
- Помощник капитана не имеет права показывать неуверенность, – усмехнулась она.
- Нет, всё хорошо. Правда.
Он не стал рассказывать ей о своих сомнениях. Близкий старт был тем, ради чего он жил эти годы, до того, как… Почему всё это вспоминается сейчас, когда рядом Аня? С чего давно забытые моменты жизни вдруг дали о себе знать? Ну их!
Пока они дошли до катера, стало уже совсем темно. Яркие точки звёзд на небе стали резкими.
- Может ещё немного задержимся? - спросила девушка. – Подождем Александра. Да и не хочется отсюда уходить.
Она даже не заметила, как прошло время. Ей, как и Виктору, не хотелось шумихи и народа.
- Я боюсь, его из этих развалин теперь не вытащить, - засмеялся Виктор. – Я бы позвонил ему, но там связь почему-то плохо работает.
- На меня они вообще не произвели впечатления. Даже отталкивали, - призналась девушка полушёпотом. – И ещё я заметила, что в музее очень мало народа, неужели сейчас совсем никто не интересуется этим?
- Я когда-то задавал этот вопрос Александру. – Задумчиво сказал Виктор, коснувшись сенсора и закрыв за собой люк катера. Повозившись, усаживаясь в кресло пилота. - В первые годы был бум, а потом, когда все поняли, что ничего интересного инопланетяне не оставили, да и к тому же эти руинам сотни тысяч лет, все затихло. Наверное, они тоже путешествовали в космосе, как и мы. Я теперь тоже не представляю, как жить без полётов…
- Давно хотела тебя спросить, да всё забывала, - сказала она, занимая кресло второго пилота. – А какой был самый интересный?
Виктор помолчал минуту, разглядывая звёздное небо. Солнце исчезло за горизонтом.
- Европа… Ты ведь не бывала там?
Девушка отрицательно помотала головой и короткие волосы разлетелись в стороны.
- Нет, только на Ганимеде и то пролётом. Это была медицинская группа, нам некогда было смотреть по сторонам… Рассказывай дальше!
- Она довольно красива из космоса, когда на неё приземляешься. – Продолжил Гамов, поднимая катер. - Скалы, лёд, свет, всё блестит и сверкает. Когда восходит Юпитер, то видно, что это холодная пустыня до самого горизонта, покрытая где-то разломами, где-то пустошами. Лёд там добывают уже давно, но понемногу и только в нескольких местах. Планета была мало изучена, а мы бурили очень глубоко, и в одном месте сканеры нашли слой толщиной всего в километр. Это была видимо какая-то аномальная зона. Уж не знаю, что повлияло на это - относительно тёплые течения или какая-то остаточная вулканическая деятельность. Мы пробурили скважину, начали спуск. Наши машины были способны к погружению на глубину только до трёх километров.
Девушка поспешно кивнула в полусумраке кабины. Её лицо освещали только сигнальные огни, а катер мягко шёл над стремительно темнеющим пыльным небом Марса.
- Когда мы спустились под лёд, - продолжал между тем Виктор, - оказалось, там есть течение, действительно чуть теплее, чем вода в океане, и содержание хлоридов в нём было меньше. Наверное, глубинные потоки поднимались снизу, подогреваемые всё ещё горячим ядром планеты. В этих механизмах пока ещё не разобрались. Важно вот что…
Девушка внимательно слушала, смотря в небо, и чуть касаясь его руки на сенсорах управления. Кресла были почти рядом.
- Десятки прожекторов осветили океан, в разных диапазонах, - продолжал Виктор. – Наверное, впервые за миллиарды лет. Было почему-то страшно, хотя, казалось, что может быть неуютнее космоса? Но знаешь, там, на глубине мы чувствовали себя более чужими. Так вот, мы погружались всё ниже, насколько хватало прочности. Наши аппараты были похожи на «Акулу». Помнишь такие? Вот, только ещё лучше. И, конечно, адаптированы под низкие температуры. Но постепенно мы начали замечать что-то странное в свете прожекторов. Как будто тонкие чёрные нити мелькали в воде, линии, полосы, но стоило нам направить свет – они исчезали. Тогда мы выключили прожекторы и стали ждать. Через несколько минут мы услышали шелест, как будто снаружи что-то касалось металла. Было страшно, но мы ждали ещё, а потом включили свет, и на несколько секунд они попали в поле нашего зрения. Это были действительно чёрные широкие и тонкие ленты, которые извивались в сложнейших узорах. Как оказалось, эти узоры вызывали определённые колебания воды, и эти знаки повторялись и повторялись. Прошло несколько минут, но едва наши машины двинулись с места, ленты будто растаяли. У меня было такое чувство, что они все принадлежали одному существу. Когда мы поднялись на поверхность, то немедленно передали запись звуковых волн и с видеокамер.