Дмитрий Матвеев – Черное и белое (страница 46)
— Тезка! Выдай им из трофеев одну винтовку и две обоймы патронов. Если Касаткин будет ругаться, скажи, что я приказал.
И снова повернулся к эфиопам.
— Ваша судьба и судьба вашего рода — в ваших руках. Я даю вам возможность. Ваша задача — использовать ее. Идите.
И снова лейтенанту:
— Ну, прощай, тезка. Еще увидимся. Поехали, Фима.
Следующая остановка случилась на повороте с Зусулки. Там, отнесенный метров на двадцать в сторону Аддис-Абебы, уже стоял полноценный блок-пост. Бероев не стал дожидаться утра, а сразу же после завершения основной фазы операции, послал пару отрядов, те снесли эфиопские укрепления под Берлином вместе с эфиопами, а потом здания разобрали и перевезли сюда. Перед блок-постом стоял низенький офицер Союза, а перед ним, нависая сверху, с высоты своего роста, потрясал кулаками и брызгал слюной, выдавая одну за другой гневные тирады на английском какой-то африканский начальник. Позади него топтались два вооруженных до зубов амбала личной охраны и с опаской поглядывали на торчащие из амбразур стволы пулеметов. С подходом колонны эфиоп как-то сник и притих. Ну да, трудно что-то требовать под прицелом двадцатимиллиметровой пушки. Женя выпрыгнул из машины, подошел к людям. За руку поздоровался со знакомым офицером, затем по-амхарски обратился к эфиопу:
— Кто ты и что тебе нужно?
Эфиоп, нутром угадав в Жене более важного начальника, сбавил тон, но апломба не растерял.
— Я — начальник королевской пограничной стражи, — гордо заявил он. — По какому праву вы перекрыли эту дорогу на территории, принадлежащей королю?
Женя оскалился улыбкой голодного крокодила.
— Думаю, ты уже не начальник ровно с того момента, как вернешься обратно в Аддис-Абебу и принесешь своему королю дурные известия. Мы здесь стоим, и будем стоять впредь.
— Но почему?
Чиновник просто офигел от такого неприкрытого хамства.
— Потому что наглое варварское нападение эфиопских войск на форт Заря обернулось разгромом нападавших и полным уничтожением войск агрессора.
Женя ждал немедленного бегства пограничного начальника, но тот был шустрый малый, и переобуться в прыжке для него проблем не составляло.
— Мы не можем отвечать за действия бандитских шаек, — заявил он, приняв позу Наполеона.
— Интересно, что скажет Уольде Сэмайят на допросе у Сотникова, — добил его Женя, — когда узнает о том, что ты назвал его бандитом. И что скажет король, когда поймет, что его связь с Новым Иерусалимом раскрыта. Так что иди и передай, кому надо: я, Юджин, глава форта Заря, заявляю, что каждое нападение с вашей стороны будет очень существенно сокращать вашу территорию. А если вы хотите договориться о границах, то присылайте послов в замок Россия.
— Это произвол!
Это заявление прозвучало уже гораздо менее уверенно. Видимо, имя Юджина было эфиопу хорошо известно.
— Произвол — это то, что вы делаете со своими племенами. На сколько дней был заблокирован у вас канал поставки, когда племя Гуджи, которое вы выгнали с его земли, пришло ко мне?
Выстрел был сделан наугад, но чиновник внезапно стал бледным, как мел. «Ага, попал в яблочко» — подумал Женя с удовлетворением. И продолжил, помножая эфиопа на ноль:
— Интересно, насколько его заблокируют сейчас, когда вы попытались начать войну с нами. Думаю, что минимум полгода Смотрящие не дадут вам даже фитильного ружья. Вы потеряли сотню солдат и командиров, сотню винтовок и автоматов, десятка три пистолетов. Про дробовики я и вовсе говорить не буду — их даже считать лень. Вашей армии больше не существует, а те, кто попал в плен, ближайшие лет пять будут копать уголь. Думаю, ваши соседи очень обрадуются этому известию.
Когда Женя закончил свою речь, то начальник королевской пограничной стражи стоял совершенно серый. Ну не бледнеют негры от ужаса. А Женя еще добавил:
— А теперь иди, и расскажи все это королю.
Трясущийся от страха чиновник повернулся и деревянной походкой двинулся к стоящей поодаль машине.
— Быстро! — рыкнул страшный Юджин, и эфиоп сорвался на бег. Бодрым галопом он долетел до машины, и через минуту лишь висящее над дорогой облачко пыли напоминало о его недавнем присутствии.
— Лихо вы его! — с благодарностью в голосе оценил офицер.
— Учись, и ты так же сможешь. Мы нынче на коне, а они… они в ближайшие лет пять больше нас не волнуют. Ну давай, командуй пополнением, а мне надо к знакомцу заехать. Вы в племени Гуджи еще не бывали?
— Нет, мы здесь, считайте, только-только обосновались.
— Ну, имейте в виду. Там вождем некто Зеуде. Хитрющий мужик, на ходу подметки рвет. Я скажу ему, что этот перекресток под нашим контролем.
— Добро.
— Ну ладно, прощаться не будем, все равно через полчаса обратно поедем.
Женя сел было в машину, но тут к нему подошел выбравшийся из броневика размять ноги Серж.
— Евгений Михайлович!
Почему-то после вчерашних посиделок обращаться на «ты» не выходило.
— Евгений Михайлович, скажите, вы ведь сейчас едете туда, где мы вчера встретились?
— Ну да. А в чем дело?
Дело было в находке, в том самом затопленном доме. Серж всю дорогу думал, что с ней делать. Ведь если эфиопы поселились в тех местах надолго, то в ближайшее время они облазят всю округу. И наверняка найдут тот домик в озере. Пусть взрослые в него не полезут, но мальчишки сунут нос наверняка. И тогда половину найденного хитрый вождь закрысит себе, а вторую половину задорого продаст тому же Юджину. А он, Серж, останется не при делах. Против такого расклада возмущалась вся его натура, но сделать ничего он не мог. Территория отдана конкретному племени, к нему возникнут законные вопросы. Да и вытащить и перевезти куда-нибудь такое количество оружия и боеприпасов в одиночку… не то, чтобы это невозможно, но, во-первых некуда, во-вторых, не на чем, а в-третьих, займет недопустимо много времени.
Сергей крутил в голове всевозможные варианты, но такого, чтобы оставить клад за собой не находилось. После долгих и мучительных раздумий, после ожесточенной борьбы с самим собой, он принял решение и сейчас пришло время его реализовать.
— По дороге сюда я нашел один интересный дом, совсем рядом от той локалки. Буквально полчаса пешком.
— А, тот затопленный дом?
— Ну да, — подтвердил Серж, мимолетно удивившись осведомленности Юджина. Впрочем, он хозяин этих земель, и просто обязан знать о них все.
— И что в нем такого любопытного?
— У него внутри нет воды. Совсем, ни капли.
— Вот как?
Женя удивленно поднял бровь. Строения Смотрящих были крепкими и добротными, но вот чтобы еще и водонепроницаемыми — об этом он еще не слышал. Да, скорее всего, и Гоблин с Кастетом, самые крутые сталкеры Союза, тоже.
— И что же там вместо воды? — спросил он, уже догадываясь, каким будет ответ.
— Оружие. Очень много оружия и патронов.
— Та-ак… — протянул Женя, опустив голову и на несколько секунд уйдя в себя. А когда вновь глянул на Сержа, то стал похож на кота, который до отвала нализался сметаны.
— Э-ге-гей, мужики! — крикнул он. — планы меняются.
Через пять минут колонна машин в полном составе — «кюбель», «ганомаг» и газончик с бойцами уже пылила по своротке.
До места докатились быстро. Перед самой локалкой, ставшей теперь домом для Гуджи, дорогу перегораживал завал из бревен. Из-за него выглянул парнишка с винтовкой, узнал Женю и, не дожидаясь распоряжения, бросился искать начальство. Вскоре к баррикаде вышел вождь. На плече у него висел пистолет-пулемет «Стэн». Вчера его еще не было, и Серж внутренне похолодел: в его кладе среди прочего добра были и такие.
— Приветствую тебя, Юджин, — важно начал вождь. — Я рад видеть тебя живым и невредимым.
— Здравствуй, Зеуде. Я вижу, ты прислушался к моему совету и перекрыл дорогу.
— Да, Юджин, и это принесло мне удачу. Сегодня утром сюда приехали солдаты на квадроцикле, но у нас было, чем себя защитить.
— Я рад, Зеуде, что мой совет помог тебе. У меня есть к тебе предложение. Пусть твои люди пока откроют проезд для моих машин, а мы с тобой поговорим.
Женя следом за вождем прошел к бывшей локалке. Около нее стоял большой двухместный квадр.
— Я вижу, у тебя сегодня много трофеев.
— Да, день начался удачно, — подтвердил эфиоп.
— Но на этом, похоже, все закончится. На большой дороге теперь стоит блок-пост русского анклава, и солдаты из Аддис-Абебы доехать сюда больше не смогут.
— Что ж, удача переменчива.
Вождь решил отнестись к известию философски.
— Я возвращаю взятый вчера у тебя инструмент. Пусть твои люди подойдут к машине, и мой водитель отдаст им все, что я брал.
Зеуде взмахнул рукой, отправляя одного из толкущихся поблизости пацанов «на задание».
Женщины принесли какой-то травяной отвар в красивых кружках из локалки, и с должным почтением подали угощение беседующим вождям, после чего испарились. Женя отхлебнул из своей кружки: неплохой травяной сбор. Похоже, эфиопы вполне уже освоились в здешних лесах. Он отпил еще и перешел к делу.