Дмитрий Матвеев – Черное и белое (страница 48)

— Да про все сразу. И про броневики, и про «языков», и про оружейную локалку. Но больше всего меня удивили ваши новобранцы. Профессор Гольдбрейх аж трясется весь, так ему хочется с ними пообщаться.

— Но ведь никто не мог предусмотреть, что подданные Нового Иерусалима окажутся такими непатриотичными. Кстати, они говорили, что еще пара десятков человек спит и видит, как бы срулить из «земли обетованной» сюда к нам, причем многие — семьями.

— Вот послезавтра приедет сюда официальный представитель иудеев, с ним и будем об этом разговаривать.

— Кстати, к вам уже довезли двух пленных ортодоксов? Я отправил их в Сибирь вчера ночью.

— Еще нет, но они уже в пути. Я послал за ними «Стерегущего», так что в ближайший час ожидаю. Вот и будет, так сказать, предмет торга. А к вам на неделе заедет человек из разведки, поспрошает вашу шестерку переселенцев. Надо составить возможно полное представление о том, что происходит в этом закрытом анклаве.

— А что шведы? Их большой начальник ведь сидит нынче у вас, так сказать, на подвале.

— Шведы пытаются сделать рожу кирпичом и сказать, что, мол, отдельные несознательные граждане приняли по своему желанию участие в эфиопской авантюре. Но им это не удастся. Во-первых, эти симпатичные кораблики не дадут, а во-вторых, ваш трофей в моем подвале рассказывает, видимо от шока, такие вещи, что просто так им будет не отвертеться. В любом случае, такой урон в живой силе и технике надолго отобьет у них охоту к пострелушкам. Их делегация приедет завтра. А через неделю, думаю, откроем торгово-пассажирское сообщение с Китаем. Теперь мы имеем на руках все козыри, чтобы диктовать скандинавам свою волю. Будут ерепениться — пошлем эскортировать торговый караван их же дредноут.

— А эфиопы? Сегодня с утра я имел беседу с официальным представителем их правительства по поводу передвижения нашего блок-поста. Сейчас он примерно в ста двадцати километрах от Аддис-Абебы. Возникло такое чувство, что они еще не догадываются о масштабе катастрофы.

— Утром, может, и не догадывались, а днем по радио была официальная беседа с тамошним королем на предмет возвращения военнопленных. Договорились создать комиссию для установления границ анклавов.

— Тут надо бы поаккуратней подойти к вопросу. Ко мне недавно попал дневник неизвестного эфиопа, который, по-видимому, длительное время изучал район, лежащий между нами, то есть фортом Заря, и Аддис-Абебой. В числе прочего, он нашел нетронутую локалку, развалины древних строений, в которых обнаружил очередной шарик-индикатор, и собственно платформу терминала. В своей рукописи он подробно обозначил расположение этих интересных мест. Оригинал и копию перевода я привез для нашего уважаемого профессора. Проблема в том, что эти объекты находятся довольно далеко от форта и вообще от обжитых мест.

— Вы, Евгений Михайлович, если уж начинаете удивлять, то делаете это весьма обильно. И когда вы планируете основать новый форт?

— Нескоро. Во-первых, он находится довольно далеко от Зари, более пятидесяти километров. А во-вторых, платформа терминала ушла в болото и находится сейчас под водой на глубине нескольких метров. Я планирую сперва заселить те места убегающими от Аддис-Абебы племенами, расчистить лес, осушить болото, а уже потом активировать платформу.

— Разумный план.

— А вот экспедицию к развалинам и к локалке нужно организовывать уже сейчас. Такие вещи без присмотра долго не лежат. Кто знает, может, там найдется еще шарик, а, возможно, и не один.

— А у вас сил на это хватит?

— Должно хватить. Сейчас в форте народу прибавилось, можно организовать и дальний выход, на неделю или две. Тем более, что в ближайшее время посягательств на форт можно не опасаться.

— Это будет интересно. Только, я уж вас прошу, не ходите сами, пошлите своих людей. Думаю, в ближайшие дни у вас будет большой наплыв желающих переселиться эфиопов. Нехорошо заставлять их ждать.

— Но ведь осень на носу! Их же нужно всех поселить, накормить…

— С продовольствием я вам помогу. Хлеба нынче уродились богато, так что я обеспечу вам до конца навигации несколько тонн зерна. Какие-то железные инструменты, те же топоры и пилы, тоже помогу добыть. Но это не столь важно. Скажите, Евгений, Михайлович, как вы видите свою роль в Русском Союзе? Свою и своего форта?

Не сказать, что Женя не был готов к вопросу, он не раз думал об этом. Но вот так получить его в лоб от Сотникова он не ожидал и сперва несколько растерялся.

— Ну, во-первых, поддержание отношений с эфиопскими племенами. Сейчас число эфиопов, присоединенных к Союзу, приближается к пяти сотням, и я, по сути, являюсь посредником между племенами и Союзом. К счастью, в эфиопских племенах царит жесткая иерархия, поэтому общаться напрямую приходится только с двумя десятками вождей. Во-вторых, территориальная экспансия. Присоединение к союзу новых земель. И еще… Тут Смотрящие за очередное племя подкинули небольшое стадо овец, а у меня в форте есть профессиональная ткачиха. Так что планирую в ближайшее время освоить получение шерстяных тканей, войлока и валенок.

— Это все хорошо и правильно. А за валенки от всего Союза будет вам глубочайшее мерси. Но я вижу у вас еще одну функцию. Вы — форпост. Плацдарм Союза на северо-востоке. И пусть вас не смущает тот факт, что Берлин находится севернее. Вы, ваш форт — идеальное место для организации экспедиций по исследованию неизученных земель. Вы помните карту?

— Приблизительно.

— Тогда вот у меня есть небольшая для личного пользования.

Сотников достал и развернул карту.

— Вот, смотрите. Почти весь материк вполне себе обжит. Все побережье, все реки заняты анклавами, которые, нужно сказать, размещены почти равномерно. Обратите внимание: Берлин, Аддис-Абеба и Берн находятся почти на одной горизонтали. Расстояние между анклавами примерно двести — триста километров. То есть от Волги до Рейна пятьсот-шестьсот километров. Действительно, при отсутствии сети дорог и малом количестве транспорта, это расстояние является вполне серьезным. Еще нюанс: Волга в верхнем течении чуть отклоняется к западу, а Рейн — к востоку. А теперь посмотрите на север. В верховьях Волги — шведы, за ними — китайцы. Вверх по Рейну — Евреи. Времени у тех и других было не очень много. Тем более, что одни активно занимались организацией войнушки, а другие — поиском объектов влияния. Допустим, что те и другие освоили в широтном измерении около ста километров, хотя, я думаю, гораздо меньше. Мы сами далеко ли углубились в прилегающие леса? Максимум, на те же сто километров. Если бы не вы с фортами — жили бы, по сути, вдоль Волги и на южном побережье. Так вот: где-то между шведами и евреями находятся верховья Шпрее. Мы пытались послать водную экспедицию, но это, во-первых, небезопасно, по берегам бродят — ну, то есть, бродили — эфиопские шайки. А во-вторых, буквально через тридцать километров на Шпрее начинаются пороги, и она становится несудоходна. Разведка прошла вдоль берега километров на десять, но пороги даже не думали кончаться, группе пришлось вернуться. А между тем, если посмотрите, этот район — последняя крупная неизученная область на карте. Если там находится анклав, нужно установить с ним связь. А если это просто пустая территория, нужно промониторить ее на наличие площадок для форта и поставить там свою опорную точку, застолбить территорию. Иначе сейчас, лишившись возможностей к нападению, те же шведы попытаются двигаться в стороны. И кто знает, что там приготовили Смотрящие для тех, кто не поленился сходить и посмотреть. Очень может быть и такое, что сейчас там пусто, но как только появится первая экспедиция, для нее будут появляться и ништяки. По крайней мере, так считает Гольдбрейх. Поэтому очень нужно оказаться там первыми. Сейчас, конечно, уже поздно. Лето на исходе, скоро дожди и холода. Но у вас есть впереди зима на подготовку и обеспечение. При необходимости — спрашивайте, поможем. И материально, и советом. И по весне, как только лес мало-мальски просохнет, отправляйте людей. Выберем точку старта на нашей части Зусулки, довезем команду туда, а потом — пешком.

— А почему не послать такую пешую экспедицию из того же Берлина?

— Потому, что в Берлине слишком много людей. Не так давно выявили предателя, который сливал сомалийцам информацию о наших патрулях. И если есть один, значит, может быть и еще. А эта экспедиция — из разряда тайных операций. У вас все тихо, все свои, все на виду. Предателей не может быть в принципе. Вот и формируйте команду, человек шесть. Поставьте во главе надежного рассудительного человека, из непубличных. Вам идти нельзя, ваше отсутствие сразу вызовет массу вопросов. Рассчитывайте месяца на полтора-два автономности. Две недели туда, две недели обратно, две недели на месте для радиальных выходов и изучения местности. Ну и еще пара недель на всякий непредвиденный случай. Ваша радиостанция в форте, как понимаю, вполне покроет пять сотен километров, так что со связью проблем быть не должно. Впрочем, по этому вопросу мы еще встретимся, и даже не раз. А вы пока готовьтесь. Переваривайте информацию, обдумывайте, подбирайте кандидатуры. И не торопитесь обсуждать эту идею на общем собрании форта.