Дмитрий Мартынов – Омнитех Хронос (страница 2)
Он лёг на кровать в смежной комнате отдыха. Долгое время Антон не мог уснуть. Мысли кружились в голове, как водовороты в океанской пучине. Он думал о долгом пути к этой должности, о годах учёбы, о бессонных ночах, проведённых за чертежами и расчётами. Он вспоминал свой первый день на работе в Омнитех, свой восторг от масштабов проекта Хронос, свою мечту поработать на этой уникальной станции. И вот он здесь, на глубине четырёх километров, в сердце Марианской впадины. Место было действительно прекрасно, но теперь к восторгам примешивалась тревога. Проблемы станции, о которых рассказали Марк и Джейн, теперь касались и его. Скрежет металла, перебои в связи… Что это значило? Что скрывалось в глубинах станции? Перед самым сном, в состоянии между явью и забвением, ему почудилось, что скрежет за стенами на секунду смолк, и в этой звенящей тишине его имя прошептал чей–то множественный, шелестящий голос. Он резко сел на кровати, сердце колотилось как бешеное. В ушах снова стоял лишь монотонный гул систем жизнеобеспечения. Галлюцинация. Однозначно. Но усталость накопленная в теле за последние сутки дала о себе знать и рухнул в постель проваливаясь сон.
Антон проснулся на час раньше, чем планировал. Неожиданно лёгкий сон не принес ему отдыха. Чувство тревоги, возникшее ещё вчера, не покидало его. Вместо того чтобы оставаться в постели, он решил разобраться с вещами. Быстро собрав свой чемодан с инструментами, он ещё раз осмотрел офис. Затем, присев за монитор, он начал изучать схемы подводного комплекса. Информация была обширной и сложной, но Антон, как опытный инженер, быстро ориентировался в ней. Он проверял схемы энергоснабжения, системы жизнеобеспечения, связи. В одном из ящиков стола он нашёл руководство к небольшому пульту управления, расположенному рядом с монитором. Называть это устройство «пультом» было, конечно, стыдно – это было
больше похоже на простую систему мониторинга и отслеживания неисправностей в лаборатории на четырёх километровой отметке. Он внимательно изучил руководство, стараясь понять все его функции и возможности. Внезапно пальцы, лежавшие на металлическом корпусе пульта, почувствовали легкую, едва уловимую вибрацию. Она шла не от механизмов станции, а снизу, из самой бездны, словно по несущим конструкциям пробежала долгая, затухающая дрожь. Вибрация стихла так же внезапно, как и началась. «Гидрологические процессы», – автоматически подсказал инженерный опыт, но внутренний голос тревожно зашептал, о чем–то другом. Время пролетало незаметно. Антон был поглощён работой, забыв о своей тревоге и о том, что он находится на дне океана.
Через пару часов в офис зашли Марк и Джейн.
«Антон, пора на завтрак,» – сказал Марк пытаясь разбудить коллегу.
Они проводили его в столовую – просторное помещение с большими иллюминаторами, из которых открывался вид на океанское дно, которое сегментировано освещали прожектора. Стол был заставлен разнообразными блюдами. Антон был поражён изобилием морепродуктов и растительной пищи. Было много рыбы, моллюсков, водорослей, фруктов и овощей. Но чего–то не хватало… «Мяса и пива,» – подумал он про себя, с лёгкой улыбкой. Несмотря на необычную обстановку, он не мог отказать себе в удовольствии попробовать экзотические блюда, приготовленные на дне океана.
Решив разрядить обстановку, Антон спросил: «Почему в меню есть всё, кроме мяса?»
Джейн улыбнулась. «Морепродукты добываются на верхних уровнях лаборатории, – объяснила она. – Растительная пища выращивается в теплицах, расположенных на каждом километре. Несмотря на то, что запрос на разведение животных подавался уже не раз, мы пришли к выводу, что в таких условиях это невозможно. Мясо у нас бывает только по праздникам или при больших поставках – раз в месяц».
Антон, удовлетворённый ответом, откусил кусочек сочного морского гребешка. «Ещё один вопрос,» – сказал он, жестикулируя вилкой. «Почему на экране монитора и во всех схемах, которые я видел, есть только информация о вестибюле на четырёхкилометровой отметке? Нет никаких данных об уровнях на восьми и одиннадцати километрах».
Марк пожал плечами. «Это связано с уровнями доступа наверно. Кроме того, отсюда мало что можно сделать для нижних уровней. Вся основная аппаратура и системы управления находятся там, на месте».
«Понятно,» – кивнул Антон.
Марк продолжил: «Кстати, о доступе… Кэтрин сейчас ждёт вас для инструктажа и выдачи пропуска для доступа в технические помещения».
Закончив трапезу, Джейн извинилась: «Простите, но меня просят починить плиту в столовой. Оставлю вас на время».
Марк проводил Антона к кабинету Кэтрин. У двери Марк остановился. «И я, пожалуй, тоже оставлю вас. Есть кое–какие дела». Он кивнул в сторону двери и удалился.
По привычке, Антон вошёл в кабинет без стука. Он замер на пороге, дыхание перехватило.
Кэтрин стояла спиной к нему, в простой майке и шортах, что уже было немыслимым нарушением её безупречного имиджа. Она с яростью вбивала панель управления на стене, её плечи были напряжены от усилия, а по спине проступали пятна пота. По полу были раскиданы схемы, а на её обычно безупречной причёске висела прядь волос.
Она резко обернулась на скрип двери, и в её глазах Антон увидел не смущение, а яростное, животное раздражение, смешанное с усталостью. В её руке был зажат не халат, а окровавленная тряпка – видимо, она сорвала кожу с костяшек, загоняя панель на место.
Неловкая пауза повисла в воздухе.
«Извините, я.… не постучал», – пробормотал Антон, чувствуя, как краска заливает его лицо. Он вторгся не на утренний туалет, а в частный момент краха контроля.
Кэтрин, не сводя с него взгляда, медленно вытерла руку тряпкой. Её лицо снова стало маской холодной собранности, но тревога в глазах ещё не угасла.
«Всё в порядке. Подождите меня за дверью. Минуту».
Антон, чувствуя себя не в своей тарелке, отступил к двери, уставившись в пол. Но в голове у него стоял не образ полуодетой женщины, а панель с проводами и тот странный, нештатный модуль. Почему управляющая вестибюлем в одиночку и с таким остервенением копается в технике? И что она так старательно от него скрыла? Эта мысль была тревожнее любой неловкости. И его задело не столько то, что он застал ее врасплох, сколько очевидное ощущение, что он стал свидетелем чего–то запретного.
Кэтрин, собравшись с мыслями, пригласила Антона сесть за стол. «Итак, инструктаж по помещениям,» – начала она, стараясь придать своему голосу ровный, деловой тон. «Сейчас вы получите пропуск класса B. С ним вы можете попасть в любую точку четырёхкилометровой отметки, кроме реакторного отсека и шлюза на нижние уровни». Она вручила Антону пропуск – небольшую карточку с электронным чипом. «Ваша первая задача – осмотреть серверную комнату и оценить состояние оборудования». Антон принял поручение. «Хорошо,» – сказал он. «Но мне понадобится список сотрудников, ответственных за помещения, с информацией об их должностях и классах доступа».
Кэтрин кивнула. «Конечно. Я передам вам этот список позже. А сейчас, вот ваша рация для связи с сотрудниками станции». Она вручила Антону большую, тяжёлую рацию. «Держите её при себе. Она поможет вам поддерживать связь с другими членами команды».
Выйдя из кабинета Кэтрин и взглянув на схему расположения помещений, Антон направился в серверную. Идя по коридору, он впервые отчетливо почувствовал то, о чём говорили Марк и Джейн. Из труб, проложенных вдоль стен, доносился скрежет металла. Но сейчас это был не просто звук. С каждым новым визжащим завыванием по стальным стенам пробегала рябь, с потолка сыпалась легкая пыль, а под ногами отдавалась мелкая дрожь. Это было не похоже на износ. Это было похоже на то, как по корпусу станции наносят один точечный удар за другим, методично проверяя его на прочность. Словно что–то гнулось и трескалось внутри. Звук был глухим, но настойчивым, и он не мог не вызывать тревоги. Антон прибавил шаг, стараясь не заострять на этом внимание, но скрежет металла продолжал напоминать о себе, словно некое зловещее предупреждение.
В тишине коридора звук его собственных шагов казался оглушительным. Антон вдруг осознал – он стал частью чего-то большего, чем просто инженерный проект. То, что происходило на Хроносе, выходило за рамки обычного научного исследования. И он был готов раскрыть эту тайну, какой бы страшной она ни оказалась.
Глава 2 Первые трещины.
Войдя в серверную, Антон увидел Марка, спорящего с молодым, низкорослым мужчиной. Марк что–то доказывал ему с возбуждением: «Послушай, я тебе говорю, что–то не так с этой станцией! Его все слышат!» – кивнул он в сторону труб, из которых доносился скрежет. – «Это не просто давление глубины!»
Мужчина, отвечал с раздражением: «И что ты мне предлагаешь? Бросить всё и искать монстров? Или бегать в панике? Я тебе уже не раз говорил: это просто давление глубины. Металл изнашивается, и просто нужно менять детали конструкции».
Увидев Антона в дверях, они прекратили спор. Низкорослый мужчина, с темными волосами и выразительными глазами, улыбнулся.
«Здравствуйте,» – сказал он. «Меня зовут Рафаэль Ривера, я оператор серверной».
«Приятно познакомиться,» – сказал Антон, улыбаясь. «Я Антон Бирюков, ваш новый главный инженер и начальник технической службы. Можно просто Антон. Пришёл проверить состояние серверной и выслушать ваш доклад».