Дмитрий Мансуров – Луногорск (страница 13)

– Чтоб вас комары закусали… – Альберт подхватил спирт, зажмурился и щедро полил его на ранку. Защипало так сильно, что глаза перезажмурились в два раза сильнее. Альберт взвыл. Ник наложил пластырь на ранку, но Альберт дернулся, и пластырь упал в пасть зверёнышу. Тот рефлекторно щёлкнул зубами и зажевал пластырь в один миг. –  Вот проглот…

Альберт окропил кровью еще с десяток зверей: пусть кусаются, когда очнутся. Это отвлечёт их от перепуганных студентов. Ник наложил повязку на рану, но бинт покраснел, и Альберт чертыхнулся. Запах крови постепенно приводил зверей в чувство. У Альберта закружилась голова, захотелось прилечь. Ник бинтовал ладонь, попутно вспоминая защитные заклинания от диких животных.

– Чёрт бы их побрал! – проворчал Ник: против такой своры ни одно заклинание не поможет. – Готово! Идём!

Альберт не возражал и поплелся к избушке. Голова кружилась – то ли от шока, то ли из-за укуса и лекарств. Он перешагивал через зверей и чуть не врезался в избушку. Мир вокруг отчаянно кружился, и чтобы его угомонить и остановить, Альберт крепко прижался к стене. Это помогло: мир постепенно успокоился. Ник прислонился к стене рядом, а зверь неподалеку кое-как встал, посмотрел на студентов и ощерился. Рядом поднялся ещё один. Оба неуверенной походкой заковыляли к студентам.

– Ищем дверь! – Альберт оттолкнулся от стены поспешил вокруг дома. На место, где он только что стоял, прыгнул зверь, и шагавший за Альбертом Ник поспешил в противоположном направлении.

Клыкастые обитатели Тёмного леса приходили в себя и оживлялись в предвкушении обеда. Студенты были крайне лакомой добычей, но кровь пахла так изумительно, и так сильно притягивала к себе, что звери не могли противостоять ее зову. Кровь нужно съесть!

Щёлк! Щёлк! Щёлк! – первые звери приступили к еде. Мелочиться не стали – впивались в окровавленную шерсть сородичей и вырывали ее кусками. Из глубоких ран вытекала кровь искусанных зверей, и это распаляло всех остальных, кроме студентов. На раненых набрасывались соседи. Укушенные звери в ответ тоже рвали и метали, и оживающая куча превратилась в рычащий, скулящий, визжащий и брызжущий кровью клубок. Рёв очнувшегося и озверевшего зверья усиливался и перерос в форменную истерику. Звери отчаянно кусались, метались и рвали друг друга на части, а студенты оббегали избушку в поисках входа. Ник увидел деревянное крыльцо и рванул к нему. Встал на первую ступеньку и продавил прогнившую доску.

– Да чтоб тебя…

Вторая ступенька оказалась покрепче. Ник добрался до двери, мысленно перекрестился и дёрнул за ручку – она осталась в руке.

– Да снова чтоб… – Ник толкнул дверь, а из-за угла выскочили два зверя с раскрытыми пастями. Ровные ряды окровавленных зубов – идеальная картинка, чтобы разогнать остатки сна на долгие годы вперед. Ник пулей метнулся в избушку, захлопнул за собой дверь и прислонился к ней спиной. Звери подбежали к крыльцу, недовольно зарычали и убежали на шум треснувшей ветки. Ник хотел приоткрыть дверь и посмотреть, не Альберт ли ходит по хрупкому, но страх оказался сильнее.

– А вдруг эти монстры – потомки забытых котов? – подумал Ник. – Они здесь живут и ждут, когда хозяева вернутся, чтобы накормить и погладить по шерстке…

Да нет, бред какой-то: коты такими не бывают. Вот манулы – совсем другое дело. Эти в два счета загрызут. Ник приоткрыл дверь.

– Альберт! – прокричал он. – Ты где?

В щель прыгнули два зверя, и перепуганный Ник захлопнул дверь. Звери поцарапали двери когтями и отошли. В избушке придётся провести немало времени, пока зверьё не соизволит уйти. Не будет же оно вечно сидеть у дверей и ждать его выхода?

Ник отдышался и решил осмотреться. Чего зря время терять?

Небольшое полутёмное помещение. Хозяева давно его покинули и перебрались либо на тот свет, либо в край с более дружелюбной флорой. На полке лежала одинокая деревянная тарелка, а на столике – ложка с отломанным краем.

– Кто-нибудь дома? – Ник понимал: будь здесь кто-нибудь живой, то не стал бы ждать, а вышел бы навстречу сразу после появления Ника. – У вас ручка упала! И крыльцо рассыпалось! И вообще всё на ладан дышит… И звери зубастые двери грызут! Снаружи!

Тишина. Ник осторожно переступил с ноги на ногу и прошел вглубь комнаты, при каждом шаге ожидая, что провалится и окажется под избушкой. Но полы из толстых брёвен оказались крепче, чем он думал.

Большая каменная печь. Ник заглянул наверх: не спит ли на ней хозяин дома? Увидел на печи человеческие кости и обомлел. Древний скелет с деревянной ногой изрядно его изумил.

– Баба-яга? – потрясённый Ник перевёл взгляд с ног на голову скелета. Его ждал сюрприз. Нет, скелет не смотрел на него пустыми глазницами и не тянул руки к горлу, чтобы придушить. Он лежал, как лежал, но истлевший костюм ясно показывал: на печи умерла не Баба-яга, а одноногий средневековый пират в шляпе с большими полями. Повязка прикрывала левый глаз. Рядом со скелетом лежали две серебряные монеты. Ник взял их и повертел в руках: необычные, он таких не помнил. По изображениям век чеканки не определить, нужны специалисты. Археологическая редкость, которая случайно дожила до наших дней. А еще где-то здесь должен стоять корабль этого пирата. Или ступа Яги. Или вход в мир мёртвых. С последним проблем нет: только зазеваешься, как местная живность мигом отправит в края, откуда не возвращаются. Вход односторонний, выхода нет. Ник вздохнул: что творилось в Луногорске прошлого? Вопросов больше, чем ответов.

Ник сфотографировал монеты, помещение и умершего пирата, чтобы изучить фотографии дома и в безопасности, но едва направился к выходу, как на улице послышались тихие шаги – кто-то неспешно поднимался по ступенькам.

– Альберт? – спросил Ник. – Не крадись! Меня твои шуточки не напугают!

Альберт промолчал.

– Дурень, кто же крадётся по скрипучим ступенькам? – храбро пробормотал Ник и осмотрелся в поисках подходящего места для укрытия. Альберт или не Альберт – неизвестно. Лучше перестраховаться, чем начхать. Шаги приближались. Ник запрыгнул в печь и прикрыл импровизированное убежище заслонкой. Оставил тонкую полоску, чтобы наблюдать за вошедшим. Угол обзора оказался минимальным, зато вошедший наверняка не заметит через эту щель сжавшегося у дальней стенки печи человека.

Дверь открылась, Ник прислушался и затаил дыхание. Размеренный и неспешный звук шагов стал сильнее и громче – вошедший приближался. Не Альберт. Точно не Альберт! Он не так ходит! Но это и не звери, не их профиль.

– Ты кто такой? – чуть не сказал Ник. Неужели ещё один любитель-археолог набрёл на древнюю избушку и решил заглянуть на давно погасший огонёк?

Вошедший подошёл к печи. Нику показалось, что замерло даже сердце. Затем вошедший неспешно и молча прошагал в дальнюю часть комнаты. Ник заметил что-то серое, но разглядеть не успел. На зверей не похоже, на посеревшего от страха Альберта тоже. Больно вид отталкивающий.

– Аргон, что ли? – предположил Ник. Оставалось непонятным – разумное существо заглянуло в дом или дикий зверь пришёл по следам Ника, чтобы им пообедать? Умеют ли дикие звери открывать двери за ручки? Вошедший, он лёгкий или тяжёлый? По шагам и скрипу непонятно. Не хватает точных данных об уровне скрипучести пола в зависимости от давления. Ник понадеялся, что вошедший издаст хоть какой-нибудь звук, но тот молчал.

Дыхание. У неизвестного размеренное дыхание. Сто процентов не Альберт! Он не сумел бы так спокойно и ровно дышать.

Ник шевельнулся, и в избушке наступила мёртвая тишина. Затем послышался ускоряющийся шум шагов. Вошедший поспешил к печи, рывком схватил и отбросил заслонку. Ник похолодел. Он увидел человекоподобную фигуру в сером балахоне, с тощими руками и удлинёнными тонкими пальцами с чёрными когтями. Вошедший присел, и на Ника уставилась безумная пародия на изображение человеческого лица. Круглые вытаращенные глаза на белой овальной голове, раскрытый рот с острыми длинными зубами. Змеиный язык быстро выдвигался и задвигался. Безумный, пугающий взгляд. Кошмарная тварь из видений упившихся наркоманов плавно осмотрела горнило и уставилась точно в глаза Нику.

– Здрасьте… – испуганно выдохнул Ник. Он и не надеялся, что безумное нечто в ответ представится и предложит побеседовать за кружкой горячего чая. И правильно делал. Тварь раскрыла зубастую пасть пошире, проскрежетало нечто жуткое в стиле монстров из унылых фильмов ужасов, облизнулось и полезло в горнило. Ник вжался в стену. – Пошла отсюда! Я тебе не еда!

Искали утварь, а нашли тварь. Так себе замена.

Тварь остановилась, провела когтями по шестку и процарапала его. Немигающие глаза не спускали взгляд с Ника, пасть расширилась раза в два сильнее ожидаемого. До контакта секунды две-три, и живым после этого останется один. Сомнительно, что счастливчиком окажется Ник. И где Альберт с электрошокером, когда он так нужен?

Тварь резко схватила Ника за ногу и потянула в пасть. Пытаться уговорить монстра пожевать капусты с морковкой – дело глупое и бесполезное. Возможно, тварь из вежливости послушает предложение, но это не отвлечёт её от обеда. Ник нашарил пыль и кинул её в тварь. Та закашлялась, ослабила хватку, и Ник ударил ей ногой в глаз. Душераздирающий адский крик вырвался из горла твари и больно ударил по ушам.