Дмитрий Любишкин – Архитектор облаков (страница 2)
Он вернулся к кровати дочери, опустился на колени и взял её за тонкие, горячие руки.
— Слушай меня внимательно, Мира.
— Ты отдашь им его? — в глазах дочери стояли слезы. — Ты отдашь им Город?
— Нет, — Элиас поднял голову. В его глазах, обычно серых и уставших, сейчас горел странный, пугающий огонь. — Мы не будем продавать мечту, Мира. Мы пойдем её строить.
— Что? — она не поняла.
— Одевайся. Быстро. Всё самое теплое. Мы уходим.
— Куда?
— Вниз. Туда, где не работают их сканеры.
— В Канализацию? Папа, там крысы... там темно...
Дверь содрогнулась от удара. Замок жалобно скрипнул.
Элиас рывком поднял дочь на руки. Она была пугающе легкой.
— Там темно, — согласился он, подходя к окну и глядя на пожарную лестницу, ржавым скелетом уходящую в бездну переулка. — Но, чтобы построить башню до небес, Мира... нужно сначала выкопать очень глубокий котлован.
Он ударил локтем по стеклу. Осколки брызнули на пол, сверкая, как разбитые надежды.
Холодный, вонючий воздух города ударил в лицо.
— Держись крепче, — сказал Архитектор, шагая в пустоту.
Глава 2. Геометрия падения
Ветер снаружи не был свежим. Это был сквозняк в гигантской трубе. Он пах озоном, перегоревшим маслом и сырой ржавчиной — запахом внутренностей огромного механизма, который забыли смазать.
Элиас приземлился на решетчатую площадку пожарной лестницы. Металл гулко отозвался под подошвами ботинок. Мира в его руках вскрикнула — коротко, сдавленно, уткнувшись лицом в его куртку.
— Тише, — прошипел Элиас. — Не смотри вниз.
Вниз смотреть было бесполезно. Сквозь решетку под ногами виднелась лишь бесконечная бездна из переплетенных проводов, неоновых вывесок ломбардов и клубов пара. Город-Колодец был слоеным пирогом. Они жили на уровне «минус четыре» от поверхности (которую никто не видел уже лет сто), но под ними было еще, как минимум, десять уровней «Дна».
Над головой, в разбитом окне их квартиры, показался силуэт.
Это был «Нюхач» — агент Департамента Ментального Контроля. В свете уличных фонарей блеснул его шлем: гладкая хромированная сфера без лица, в которой отражалась лишь грязь города. У него не было глаз, только сенсоры, настроенные на частоту человеческой мечты.
— Объект обнаружен, — механический голос, усиленный динамиком, прорезал шум дождя. — Внешний периметр, сектор 7-Б.
Элиас не стал ждать. Он перехватил дочь поудобнее, чувствуя, как её худенькое тело дрожит от озноба, и рванул вниз по лестнице.
Ступени были скользкими от жирной сажи. Каждый шаг мог стать последним. Но Элиас не просто бежал. Его мозг, перегруженный
Обычно люди видят препятствия. Элиас видел векторы.
Он смотрел на пролет лестницы и мгновенно рассчитывал нагрузку. Он знал, что третий болт в креплении проржавел на 80%. Он знал, что перила выдержат боковой удар, но не вертикальный.
Это было проклятием его дара: он видел скелет мира. И этот скелет был гнилым.
— Стоять! — сверху ударил луч прожектора.
С соседней крыши, лязгая магнитными захватами, спускались еще двое агентов. Они двигались, как пауки, игнорируя гравитацию. В руках у них гудели парализаторы — длинные стержни, на концах которых плясали синие разряды электричества.
— Папа, они догонят! — всхлипнула Мира.
Элиас добрался до площадки этажом ниже. Путь вниз был отрезан: лестничный пролет был поднят и заблокирован цепью с огромным амбарным замком. Тупик.
Сверху слышался тяжелый топот. Агенты не спешили. Им некуда было спешить: беглец был в ловушке.
Элиас подбежал к краю. До соседнего здания — обшарпанного жилого блока, увешанного спутниковыми тарелками, как лишаем — было метра три.
Три метра пустоты.
Для здорового мужчины — рискованный прыжок. С ребенком на руках — самоубийство.
Элиас прижался спиной к холодной кирпичной стене.
— Закрой глаза, Мира.
— Ты будешь прыгать?
— Нет. Мы будем падать. Но правильно.
В его голове, в сияющем зале Небесного Города, рухнула колонна. Боль пронзила висок ослепительной вспышкой. Элиас использовал эту боль как топливо. Он посмотрел на толстую водосточную трубу, идущую вдоль стены. Она была старой, чугунной, покрытой слоями краски.
Он не мог колдовать — он еще не умел вытаскивать мечту наружу. Но он мог
Он увидел микротрещину в креплении трубы.
«Ты устала, — подумал он, обращаясь к металлу. — Ты держишься уже пятьдесят лет. Отпусти».
Он ударил ногой в точку напряжения.
Не сильно. Точно.
Кронштейн лопнул с пушечным грохотом. Тяжелая чугунная труба оторвалась от стены, но не упала, а накренилась, как падающее дерево, ударившись верхним концом о край крыши соседнего дома.
Получился мост. Хлипкий, скользкий, вибрирующий мост над бездной.
— Вперед! — Элиас ступил на трубу.
Она прогнулась под их весом. Мира вскрикнула. Элиас балансировал, раскинув свободную руку. Дождь бил в лицо. Внизу гудели машины, не подозревая, что над ними идет драма.
Шаг. Еще шаг.
Труба стонала. Ржавчина крошилась под ногами.
Сзади, на площадке, приземлился первый агент. Он навел парализатор.
— Немедленно прекратить движение! — рявкнул он.
Синий луч чиркнул по плечу Элиаса.
Мышцы свело судорогой. Рука онемела. Он чуть не выронил Миру, но успел прижать её к себе онемевшим локтем.
Он упал на колени, но уже на крыше соседнего дома.
В тот же момент труба, по которой они прошли, окончательно сорвалась с креплений и с грохотом рухнула вниз, в темноту.
Агент на той стороне остался ни с чем.
Элиас лежал на мокром рубероиде, жадно глотая воздух. Воздух был отвратительным, но это был воздух свободы.
— Ты цела? — спросил он, растирая парализованное плечо. Чувствительность возвращалась колючими мурашками.
— Да, — Мира села, обхватив колени. Она смотрела на отца с благоговением и страхом. — Как ты узнал, что труба упадет именно туда?
Элиас не успел ответить.
Над крышей завис дрон.
Это был не полицейский патруль. Это был черный, обтекаемый аппарат класса «Люкс», с золотым логотипом Корпорации на брюхе. Он висел абсолютно бесшумно, удерживаемый антигравитационными подушками.