Дмитрий Лим – Одиночка. Том 4 (страница 41)

— Давайте без этого, — теперь, перебил её я. — Вы не про дуэль говорить хотите. А про другое.

Она притормозила, быстро глянула в мою сторону, и продолжила вождение:

— Я хочу услышать объяснения по поводу событий в торгово-развлекательном центре на прошлой неделе. Вы можете это прокомментировать?

Я закрыл глаза, наслаждаясь прохладой стекла у виска.

— А вам действительно нужны мои комментарии, Светлана? — спросил я лениво. — Вы сами всё видели своими глазами. Или вы им не верите?

Она слегка сжала губы. Машина замедлилась на светофоре.

— Я спрашиваю, потому что… потому что…

— Я своей клоунадой чуть было не заставил вас поверить в то, чего не было, — закончил я за неё. — Да, правда. Это я там был. Почему я не дал вам убить боссов? Увы, это секрет фирмы. Скажу только одно — мне требовалось узнать свою силу.

— Но навык… я видела как тело…

— Вы видели то, что и всегда бывает во время Белых Разломов. Убитое существо — испаряется через некоторое время.

— Я…

Она молчала. Эта тишина была красноречивее любых слов. Она боялась меня.

В ней был и страх — чистый, животный, инстинктивный, который будили в хищнике другого порядка. Но был и профессиональный азарт следователя, напавшего на ниточку в огромном клубке лжи. И было разочарование. Не мое — её собственное, в самой себе.

Она, опытный оперативник «ОГО», позволила ввести себя в заблуждение театром одного актёра. Я почти физически чувствовал, как в её голове щёлкают шестерёнки, перемалывая факты: мою внезапную «пропажу», невероятную для низкого ранга скорость, мои слова — которые не сходились с тем, что она видела, ну и моё же появление на дуэли с нечеловеческой меткостью. Пазл складывался в картину, от которой становилось не по себе.

— «Я», — повторил я за ней, наконец открыв глаза и глядя прямо на неё. — Это самое интересное слово в нашем диалоге. Вы что, Светлана? Дознаватель, который обязан заполнить форму? Или человек, который хочет понять, что же он на самом деле увидел в тот день? Потому что это два разных разговора. В первом случае я вам вежливо и скучно совру, вы всё красиво запишете, и мы разойдёмся довольными друг другом. А во втором… Во втором вы рискуете узнать больше, чем хотите. И уж точно больше, чем вам положено по штатному расписанию.

Она резко свернула с главной дороги на пустынную пригородную улицу, ведущую в сторону Обухово, и припарковалась под сенью огромного спящего дуба. Заглушила двигатель.

Тишина, ранее заполненная рокотом мотора, обрушилась на салон, став осязаемой, плотной. Она не смотрела на меня, уставившись в тёмное лобовое стекло, её пальцы по-прежнему сжимали руль, будто это был якорь в реальности, которая грозила уплыть из-под ног.

— Я не боюсь, — сказала она слишком быстро, и от этой поспешности фраза прозвучала как детское «сам дурак».

Потом она выдохнула, разжала руки и повернулась ко мне. В тусклом свете приборной панели её лицо казалось высеченным из бледного мрамора, только глаза горели тёмным, живым огнём.

— Ладно. Боюсь. Любой нормальный человек на моём месте испугался бы. Вы… вы S-ранговый охотник, способный обмануть новейшее устройство по… определению ранга. Вы способны в одиночку уничтожить, играючи, трёх S-ранговых боссов. А я… я пыталась вас сгноить…

— Это было необходимо, — мой голос прозвучал мягче, чем я планировал. — Не чтобы вас унизить или обмануть. Чтобы проверить границы. Свои. Вы стали случайным свидетелем полевых испытаний. За что, кстати, приношу извинения. Пусть и запоздалые. Что до ваших глаз — им можно верить. Они видели именно то, что и было.

— А ваше исчезновение?

— Так скажем, моя способность S-ранга.

— У вас было пробуждение? Вы правда были Е-рангом?

— Нет.

— Но… как вы скрыли это? — она была в полном шоке. — В восемнадцать лет — S-ранг…

— Секрет фирмы.

Она долго смотрела на меня, словно пытаясь найти в моих словах ложь, но находила лишь холодную, неудобную правду технаря, объясняющего принцип работы сложного механизма.

— «Секрет фирмы», — процитировала она мои слова, и в уголке её рта дрогнула тень чего-то, что можно было с натяжкой назвать улыбкой. — Значит, всё это, сегодняшнее… с Барановым… Это тоже полевые испытания?

— Нет, — ответил я, и весь лёгкий тон моментально испарился. — Это было не испытание. Это была работа. Сметание сора. И да, прежде чем вы спросите — это личное. Очень. Так что, Светлана, давайте договоримся. Вы отвезёте меня домой. В своём отчёте вы напишете, что я был вежлив, сотрудничал, но ничего существенного о своих способностях не сообщил, сославшись на «частную методику тренировок». А про ТРЦ… напишете, что проверили, сочли информацию недостоверной. Слишком много нестыковок. Вам же будет спокойнее.

— А если мне не будет спокойнее? — спросила она, заводя двигатель. Машина вздрогнула и плавно тронулась с места, возвращаясь на дорогу к Обухово. — Если я захочу понять?

— Тогда, — сказал я, снова откидываясь на подголовник и закрывая глаза, — вы станете частью эксперимента. А это, поверьте, самая неблагодарная роль. Вы либо станете переменной, либо помехой. И то, и другое имеет обыкновение… упрощаться в ходе исследований. Вам это надо?

Она не ответила. Оставшийся путь мы проделали в молчании, но это уже не была напряжённая тишина допроса. Это было тяжёлое, задумчивое молчание двух людей, которые ненароком заглянули за кулисы мироздания и теперь не знают, что делать с этим знанием. Когда она остановила машину у моего дома — неказистого строения на окраине — я уже открывал дверь.

— Форма 7-Г… — начала было она автоматически.

— Будет заполнена мной через приложение «ОГО». Подпишусь, что всё было соблюдено, чтобы у Баранова Эльдара не было к вам вопросов, — завершил я за неё, выходя на прохладный ночной асфальт. — Спокойной ночи, Светлана. И спасибо за такси. Будьте осторожнее с тем, во что решите верить.

Я захлопнул дверцу и, не оборачиваясь, направился к калитке. Слышал, как машина мягко тронулась и растворилась в ночи. Дома было тихо, пахло пылью и одиночеством.

Адреналин окончательно схлынул, оставив после себя лишь глубокую, костную усталость и холодок в груди — не от содеянного, а от предстоящего. Семь пунктов в списке. Семь Барановых. Семь необходимых процедур.

Я скинул костюм, поймал своё отражение в тёмном окне — усталое лицо человека, который только что был центром бури, а теперь просто стоит в тихой кухне. И в этом отражении не было ни капли сожаления. Только решимость и странная, почти математическая, ясность. Охота продолжалась.

— Савелий скоро повесится, — бубнил себе под нос. — И система… спасибо, что ты не вякала, когда я открылся. Большое спасибо!

В этот момент, она должна была по закону подлости проявиться. Мол, звал? Суши вёсла, ваше сердце остановится и всё в том же духе. Но нет, она молчала.

Стоя в темноте кухни, я прикидывал варианты, и все они сводились к одному — бегству.

Недолгое укрытие в этом доме, взятом когда-то на время под вымышленным именем, себя исчерпало. Савелий, с его параноидальной жаждой контроля и сетью осведомителей, уже вынюхивал.

Он захочет вернуть контроль над моими активами, и уничтожить меня. Барановы же будут мстить слепо и яростно, как раненый зверь, выжгут всё, что связано со мной. Оборонять этот старый дом на окраине было бессмысленно: он был укрытием для тени, а не крепостью для войны.

Особняк сгорел, амбар, где я качался в Разломе Путешественника, был хорош для уединения, но не для жизни под прицелом. Нужно было место новое, абсолютно чистое.

Логика подсказывала уехать из города, затеряться в глуши. Но это означало сдавать инициативу, откладывать охоту. А откладывать было нельзя.

Но одного укрытия мало.

Ночевать здесь сегодня — ещё можно. Риск минимален. Свежая тушка Баранова, полагаю, на ближайшие сутки обеспечит всей семейке занятость похлеще моей. А вот завтра уже придётся двигать. Мысли метались, как мыши в погребе, выискивая хоть какую-то соломинку.

«Поговорить с Крогом?»

Идея, на первый взгляд, не лишена изящества. Его особняк — территория, куда Барановы со своим пафосом вломиться побоятся. Я бы мог стать его… гостем. Или активом. Вот только Крог — не благотворитель. Его гостеприимство придётся оплачивать. И цена будет либо деньгами, либо услугами.

А услуги от S-рангового охотника — это всегда что-то громкое, кровавое и чреватое ещё большими проблемами. Не говоря уже о том, что Крог — существо непредсказуемое.

Был, конечно, ещё вариант — магический танк Потомака. С его кланом, в который я входил, под другой фамилией. Парень вроде неплохой, не по годам вменяемый для охотника его уровня. Вот только клан Потомака — не крепость. Это, скорее, академический кружок с амбициями.

Он грызётся со своим братцем за наследство, за влияние в своём узком, замкнутом мирке. Мне же нужна не просто крыша, а временный иммунитет от знатного рода, чей гнев сейчас сравнить разве что с извержением вулкана.

Что может предложить Потомака? Убежище? Сомнительно. Его старший брат, который норовит отобрать игрушки, — это проблема уровня песочницы по сравнению с Барановыми, готовыми стереть с лица земли целый квартал ради мести.

Идти к ним — значит втянуть этих чудаков в войну, к которой они не готовы, и получить на выходе кучу трупов. Не самая удачная карма.