Дмитрий Леонов – Василёк (страница 11)

– А дальше, – продолжил пояснения дух старого дуба, – наслаждаешься прикосновением к чужому миру и ждёшь приглашения.

– Приглашение обычно не заставляет себя долго ждать, – непонятно откуда вдруг раздался смеющийся голос Ивы. – Дивий, какой шикарный сюрприз!

– Чувствуешь притяжение? – шепнул мальчишке седовласый.

Василёк кивнул. Поверхность шара теперь словно манила приблизиться.

– Значит, приглашение получено, – кивнул в ответ Дивий. – Часто даже без слов, – и он прильнул всем телом к границе пространства. – Это люди привыкли к обилию слов. А многие деревья даже не мыслят в такой форме.

Василий тоже приблизился к сфере, прилип к ней и проник внутрь. Румяная улыбающаяся Ива уже встречала их на фоне голубого неба и зелёного поля.

– Здравствуй, Ивушка, – и два мерцающих огонька в тот же миг взвились, кружась друг вокруг друга.

Ещё через мгновение они уже вновь стояли рядом с Васильком в человеческом виде. Ива распахнула руки, приглашая сына обняться. Мальчишка неуверенно шагнул навстречу.

– Я скучала, – шепнула Ива в самое ухо. А потом немного отстранилась, чтобы заглянуть сыну в глаза. – Ты пришёл учиться магии?

– Откуда ты знаешь?

– В нашем мире нет разницы между словами и мыслями.

– Но я сейчас даже не подумал об этом.

– Словами – нет. Но образ, желание и предвкушение выставил впереди себя. Так ярко и недвусмысленно, – Ива прикоснулась ладонями к щекам сына, разглядывая его светящимся от радости взглядом. – Значит давай учиться! Думаю, ты имел в виду магию форм.

Она вдруг вспорхнула и принялась кружиться и смеяться. Её платье надулось колокольчиком. Василёк округлил глаза от такого неожиданно бурного проявления чувств. Ива заметила это и остановилась.

– Извини, я тебя напугала? Постараюсь быть посдержаннее, – улыбнулась она. – С чего бы нам начать? Подумай, пожалуйста о магии. Как ты представляешь себе обучение?

Васька представил первое, что пришло на ум.

– Ого! Как интересно! – сияла Ива. – А давай, ты сам попробуешь всё это воплотить? Как раз будет тренировка создания форм. Я соединю тебя с моим пространством. Дай только руку, – и она схватила Василька за мизинец и указательный палец. – Давай, действуй!

Всё пришло в движение. Вокруг выросли высоченные стены, ограничивая собой зал гигантских размеров. Вместо потолка над головами присутствующих воспарило множество зажжённых свечей. Рядом появился длинный-предлинный обеденный стол, сервированный металлической посудой. Стол был настолько длинным, что с трудом можно было разглядеть его второй конец.

Василий сел за стол на лавку. Ива присела рядом, всё также держа сына за пальцы. За ней устроился и Дивий. Оба они превратились в двенадцатилетних девчонку и мальчишку.

По обеим лавкам за столом стали появляться другие дети. Видно было, что они двигаются, но у большинства из них лица и даже силуэты были расплывчаты. Хотя некоторые, ближайшие, прорисовывались в деталях, начинали улыбаться и о чём-то перешёптываться друг с другом.

Василёк обернулся, и позади него появился второй такой же длинный стол. Постепенно и он заполнился посудой и силуэтами учеников.

Василий всё это время выглядел напряжённым и сосредоточенным. Он творил. В какой-то момент он шумно выдохнул и посмотрел на девочку Иву.

– Всё? – улыбнулась она ему.

– Неа, ещё два стола с учениками, окна, стол с учителями вон там. Но я уже устал…

– Давай я помогу?

Василёк кивнул, и в зале быстро появилось всё перечисленное.

– Это какая-то школа волшебства? – удивлённо осматривалась девочка Ива. – Ты действительно хочешь учиться в такой школе? Чему здесь учат?

– Заклинаниям учат, как обращаться с волшебной палочкой, – завороженно кивал Василёк.

– Так ты это всё уже умеешь, – засмеялась Ива. – Представь в руках волшебную палочку и действуй.

Василёк посмотрел на свободную руку, в которой тут же появилась красивая палочка. Мальчишка вскочил с лавки и начал выкрикивать разные заклинания. Зал озарился ярким светом, по столу поскакал призрачный олень, а к рукам Васьки стала притягиваться вся окрестная посуда. Он попытался освободить вторую руку, но Ива крепко держала его за пальцы.

С хохотом она увернулась от прилетевших в неё тарелок.

– Ну как? Чувствуешь себя выпускником этой школы? Что будем делать дальше?

Василёк пристально и вопросительно посмотрел на Иву.

– Это же не твой образ, – пожала плечами девочка. – А ты сам-то что хочешь? Зачем тебе эта магия?

Василий задумался. Стены, столы и дальние ученики поблекли. А ближайшие превратились во взрослых Ив и Дивиев. Сидя на лавках, все они молча смотрели на Василька. Одна из Ив улыбнулась и сказала:

– Осознав, что это было привнесённое, преобразуй теперь в своё. Что́ твоё сердце диктует? Где уют? От чего воодушевление? О чём мечтается?

– Я не знаю, – понурился мальчишка.

– Ого! – подхватила другая Ива. – Представляешь, ты годами мечтал чужие мечты! Лелеял чужие образы. А своих не намечтал?

– Именно поэтому, – подхватила третья, – среди деревьев внутреннее знание ценится намного больше внешнего.

– То, из чего будет состоять пространство снаружи тебя, какими качествами оно будет обладать, – присоединилась к беседе ещё одна Ива, – напрямую зависит от твоего внутреннего наполнения.

– А каков ты? Что чувствуешь? Что думаешь? Как оцениваешь себя самого и Мир вокруг? Что хочешь? О чём мечтаешь? Чего страстно желаешь? К чему стремишься? Какие цели ставишь? В чём чувствуешь потребность развиваться, тягу к совершенству, жажду воплощения? – засыпала вопросами другая Ива.

– Понять себя – вот настоящая магия, – шепнула ближайшая Ива, самая настоящая из всех. Та, что всё это время держала Василька за руку.

Мальчишка молчал и круглыми глазами таращился на всё происходящее. Столько мам сразу он не видел никогда раньше.

– Ну что, пойдёмте отсюда, – предложила ближайшая Ива, встала и отпустила руку сына.

Остатки зала и обеденных столов превратились в солнечную лужайку. Невдалеке виден был двухэтажный бревенчатый терем с рыжей черепичной крышей, резным крыльцом и башенкой. Красивые бело-узорчатые наличники и расписные ставни дополняли вид. Позади терема цвёл обширный сад.

Василий оглянулся. Вдалеке виднелись река и лес за ней. Ещё дальше – горы. Рядом с Васильком стояли лишь двое – одна Ива и один Дивий.

– Приглашаю вас в гости, – улыбнулась Ива и жестом указала на терем.

– Это твой дом? – удивился Васька.

– Конечно, – хихикнула мама. – Это всё, – она раскинула руки в стороны, – мой дом. А этот людской теремок я построила специально для тебя и папы. Красивый?

– Ага, только не современный какой-то. Больше на музей похож.

– Ну и ладно, – насупилась девушка, – такой образ дома мне купец Никанор подарил. Других домов я не видела.

– Сейчас нет таких имён. И купцов уже нет, – усмехнулся Василёк.

– Я знаю, – улыбнулась Ива, – у людей всё слишком быстро меняется. Но мне было неоткуда узнать о более новых домах. Так что… есть, что есть. Пойдёмте внутрь!

Они направились к терему. Вокруг вкусно пахло цветами из сада. Ива шла первая. Не сбавляя ходу, она повернулась спиной вперёд и обратилась к сыну:

– Кстати, папе очень понравилась та комнатка из этого дома, которую я смогла перенести в междумирье.

– А почему ты весь дом туда не перенесла? – Василёк содрогнулся от воспоминания густой чёрной пустоты, которая выглянула из-за приоткрытой двери той каморки.

– Да за одну эту комнату Иве нужно памятник поставить! – воскликнул Дивий. – Ты знаешь, что такое междумирье?!

– Нет, конечно. Откуда ему знать? – примиряющим взглядом посмотрела на него Ива. – Давай за чаем ты ему всё обстоятельно и расскажешь?

Внутри, и правда, было как в музее: лестница наверх с резными балясинами, расписные сундуки и массивный фигурный комод, резное панно прямо на брёвнах одной стены и большой гобелен по другой стене.

Вокруг стола с угощениями расположились изящные лавки и мягкие стулья. От фарфорового чайничка на вершине самовара шёл пар. Молоденькая девушка в чепчике и белом фартуке, хлопотавшая у стола, завидев гостей, тут же скрылась из виду.

– Кто это? – тихо спросил Василёк.

– Да Ива это, – отмахнулся Дивий.

– Это моя горничная, Маруся, – одновременно с ним пояснила Ива. – Присаживайтесь, не стесняйтесь.

Василёк испытующе заглянул маме в глаза. Уловив этот взгляд, она улыбнулась и ответила:

– Конечно же, это я сама в роли горничной. Я бы не стала принуждать другую сущность служить мне.