Дмитрий Ковалев – Беседы в предбаннике. Сборник рассказов незабытых душ (страница 5)

А как тут не дать огласки? Понятное дело все узнают, что двое неизвестных, ночью откапали тело неизвестного скорей всего мужчины, да, точно мужчины, на женщину он ни как не похож. Так вот, откапали тело мужчины и при неустановленных следствием ритуалах действиях, воскресили его из мертвых. Да это не реально, но вполне возможно, у наших людей фантазия будь здоров.

Все, раскопки подошли к концу, как только экс мертвец оказался полностью на свободе, он выкарабкался из могилы, не прекращая взвывать. Я никогда не думал, что человек способен издавать такие звуки. Даже звери бы не смогли так вот кричать. Если бы ветер дул в сторону поселка и люди не позакрывали окна от дождя, то тут бы уже минут через пять была толпа любопытных зевак, и оцепление.

Но к сожалению нет никого, кто мог бы мне сейчас помочь. А успокоить мертвеца, хотя какой он теперь мертвец, у меня не получиться. Я не знаю, при каких условиях он сюда попал, но если он выживет и выкарабкается, то нормально жить он уже не сможет, на нем огромное количество порезов, еще и рука прострелена. В момент мне даже показалось, что у него нет глаз, я не могу разобрать его лицо, просто нет даже такого шанса, бледная луна укрылась в дождевых тучах.

Он постоянно крутиться, и извивается как уж на сковородке, как червяк на крючке. Он, то скрутиться в позу эмбриона, то его тело схватывают конвульсии, я реально удивляюсь, как он еще дышит, как он не умер от болевого шока. Я даже не мог себя заставить прикоснуться к нему, я просто боялся, я с детства боялся мертвых, а живых мертвых я вообще не переношу. А с этого момента даже на кладбище зарекусь ходить, и скорей всего буду просить, что бы меня кремировали после смерти.

Его крики в который раз не дали мне слететь с колеи, наверно только благодаря нему, я не впадал в ступор. Но эти крики меня сведут с ума, я уверен, что теперь во снах буду их слышать, если вообще теперь буду спать. Был у меня в детстве страх, что меня могут похоронить заживо. Это, по-моему, появилось после изучения биографии украинско-русского писателя Николая Гоголя. Когда мне сказали, что есть доказательства, будто он был похоронен живым, то мне это так въелось в голову, что лет до пятнадцати я пытался засыпать в таком положении, чтобы не подумали, что я умер, глупо, но детство есть детство.

Ну, где же Жека с помощью, по-моему, уже полчаса прошло, как его нет. Есть конечно вариант, что скорей всего его заберут в больницу с такими заявлениями. Но все же должны они приехать за ним или скорая или милиция. В любом случае Жека сможет их убедить, что он не пьян, меня ведь смог, блин промок еще весь до нитки, холодно. Куда исчез этот прекрасный вечер, было же тепло, не долго, но было, и это вселяло надежду на то, что все-таки бабье лето наступило. Но, увы, продолжает торжествовать сырая, холодная осень.

В дали, замелькали фары, машины. Ну, наконец-то, скоро этот ночной кошмар закончиться. И когда я увидел, что машина остановилась, но фары не погасила, то стало понятно, что они не знают, куда ехать дальше. Остановились они на пару секунд, а потом начали сворачивать. Видимо Жека запутался или просто не знает, как проехать на машине. Надо выбежать им на встречу и провести сюда.

Я подполз к экс мертвецу, точнее присел рядом с ним, он не обращая внимания, катался и извивался на земле с криками и мольбами. Мне даже показалось, что он приостановился на секунду, когда я к нему успокаивающе заговорил, как медсестра говорит с больным. – Ну, держись друг, скоро тебя спасут, еще немного осталось, потерпи браток. Я сейчас, я приведу помощь.

В ответ он только заскулил, по-моему, он попытался меня отблагодарить, но возможно это было просто бессвязное мычание. Я отбежал от него в сторону машины, которая приближалась уже к погосту, но немного левей, я выбежал им на встречу стал кричать и махать руками.

Я кричал им, что бы они ехали ко мне, и они меня услышали, расстояние было метров сто не больше. Машина медленно приблизилась, но фары продолжали бить четко мне в глаза, и смотреть на этот свет после жуткой темноты было просто невозможно. Я закрыл глаза рукой, а другую, поднял в верх и махал ею, отходя по памяти к тому месту, где лежал мертвяк. Он продолжал кричать, но вперемешку с ветром и громом этот крик было очень трудно разобрать.

Я провожал их до того момента пока не уперся в кусты в которых ранее запутался Жека. Машина остановилась, но фары продолжали светить мне в лицо. Я пытался убрать руку и разобрать, кто вышел из машины. Но свет был настолько яркий, что мне было больно на него смотреть, давно пора запретить эти «галогеновые лампочки». Я лишь слышал, как открылась дверь.

– Выключите свет, я не могу открыть глаза. – Пришлось начинать говорить, что бы хоть как то начать диалог. – Вас Жека привел? Вы не подумайте, он не врал. Там на погосте действительно живой мертвец, я его откапал. Выключите свет.

Я услышал, как ко мне подошел некто со стороны автобуса, он немного заградил собою свет фар. Убрав руку, увидел перед собой тень не малого размера, он был немного больше Жеки, здоровый, но не толстый как Жека, а накаченный, такой мужичара, с таким в полемику я бы не вмешивался. – Вы кто? – Произнес я, осматривая темный силуэт.

– Санитары! – Голос прозвучал как будто из глубины пещеры. И сразу стало как то не по себе. Я попытался отойти от него, мой страх уговорил мен убежать.

Гори оно все пропадом, своя шкура дороже. Но как только я решил пошевелиться, в голове после глухого звона в правом ухе, резко наступила темнота, и меня повалили на землю. На голову мне надели мешок, не целлофановый, воздух он пропускал хоть и с трудом. Меня начали, молча тащить по земле, через пару секунд закинули в их фургончик. Сопротивлялся я или нет, не имело значения, все, попал в ловушку, допрыгался. Сидя в автобусе, я еще слышал последние крики этого мертвеца, из-за которого я оказался в этой западне. Но знакомый выстрел моего ружья прекратил этот ужас. Все приехали, баста, капитуляция, капец в общем.

Услышал, как открылась дверь и спустя пару секунд, от удара в голову потерялся на просторах моего без сознания.

IV

Пришел в себя, когда опять почувствовал трение по спине. Опять куда-то тащат, куда попал? Что теперь делать? Даже не знаю, сколько ехали и в какой части города сейчас могу находиться? Потерялся еще раз и окончательно, когда нас остановил гаишник. Это я понял с разговора водителя, он сказал, что это машина научно-исследовательской группы. И перевозят очень важный товар. Это я для них важный товар? Ну спасибо за честь, только мне от этого ни тепло, ни холодно. Так вот, когда услышал, что нас остановили на посту, пытался было подать хоть какие-то крики о помощи. Но тяжёлая рука, охватившая мое лицо, как только я попытался поднять голову, напрочь отвернула данную идею. С этой щупальцой на губах я не то, что говорить, я думал и дышать перестану. А после того как от поста отъехали, без каких либо заявлений мне что то укололи. И все.

Зачем я им нужен, если нужен вообще? Хотя если бы было на оборот, наверно пристрелили еще на погосте и закапали бы меня вместе с тем мертвяком в одной могиле, в обнимочку. Кормили бы червячков вместе, рассказывали анекдоты в очереди на суд к всевышнему нашему, болтая в предбаннике. Но, немного другая мне судьба уготована, продеться помучаться еще немного. Узнать бы, куда меня привезли, может получиться договориться или откупиться, попугать связями. Или на жалость давить, мол, семья у меня бедная и без кормильца вообще неизвестно, что с ними будет.

Уронили меня больно на пол, башка и так трещала от неизвестного вколотого вещества и от более раннего удара в голову.

– Что это вы мне притащили? – Голос не строгий. Но и приятным его не назвать. Находились мы в пустой комнате эхо довольно таки отчетливое.

– Кто это?

– На складе нашли. – Знакомый голос, это, похоже, тот санитар, что меня вылечил от яркого автомобильного света.

– Что он там делал? Вы же говорили, что этот погост заброшен и лишних глаз там не бывает.

– И не бывало. Но ваш последний эксперимент смог выбраться, а этот волонтер взялся ему помочь. Хорошо мы вовремя подъехали, Сева мобилу выронил, когда мы пакет закапывали, вот и вернулись. А тут этот нам, а точнее теперь вам на хвост присел.

– Странно, последний эксперимент был довольно неудачным, и по моим расчётам шансы на выживание были очень низки.

– Профессор, давайте мы с вами договоримся, что каждый будет делать свою работу. Впредь убедитесь, что ваши червяки не полезут из земли. В ином случае это принесет нам много проблем. Мне не сложно убивать, но каждый должен заниматься своим делом. Я доставляю материал, вы с ним проводите свои эксперименты. После платите мне деньги, а червяки остаются в земле и не беспокоят ни ваши, ни наши головы.

– Да-да, конечно. Скорей всего мне просто стоило увеличить дозу. Что сейчас с триста двадцатым номером?

– Он больше не составит проблем, а с этим делайте что хотите. Он лишний свидетель, и впредь постарайтесь не повторять своих ошибок.

– Это наука молодой человек. Вам этого не понять, и насколько я понимаю, по правилам вы должны были его закопать.

– По нашим правилам, господин профессор, он вообще не должен был выжить. Я и не хочу ничего понимать, также, как и не хочу разгребать проблемы из-за ваших ошибок. Куда его?