Дмитрий Ковалев – Беседы в предбаннике. Сборник рассказов незабытых душ (страница 4)

Опять задумавшись, не заметил, как Жека остановился и направил луч фонаря на свежую могилу.

Ё-мае… – подумал я про себя. И правда свежая, ну точнее не давняя, недели нету. Ни травы на ней, ни дождем сильно не размытая земля, а другая вовсе вся сухая. Тут я понял, что ветер совсем усилился, молния своим бледным светом озаряла кресты, все как в старых фильмах ужасов. Начал понимать, что я уже тоже трезвее трезвого, и не заметил, как ружье плавно переместилось с плеча в мои, мокрые от пота, руки. Хоть ветер и завывает, но и правда ничегошеньки не слышно, вообще ничего только ветер и то вроде как отдаленно, молния сверкает уже ближе, но грома нет.

– Ну что продолжим? – Шёпотом спросил Жека.

– Назад дороги нет. – И я понял, что сказал это дрожащим голосом, в горле и в правду все пересохло как будто в пустыне, ужас просто до костей проникал в мое тело.

– Ну, пойдем, вроде туда. – Он посветил чуток правее, но за кустом лишь помелькала новая, могила.

Не знаю почему, но меня начало трясти, как Гагарина в ракете при взлете. Ноги ватные не хотели идти, но все равно продолжали, как будто тянет кто-то туда. А тянет нас это гребаное любопытство. Мы медленно шли, а время тянулось еще медленней, хотелось просто бросить ружье и убежать. Как маленькая девочка, увидев мёртвого голубя, ломануть через все преграды и ничего не видя сквозь слезы, залететь домой и лечь под одело. Потом для уверенности скатиться под кровать и там уснуть в слезах. А на утро проснуться и лишь жалкие куски воспоминания напомнят о вчерашнем ужасе. Но бежать было не куда, да и не смог бы я бежать, хотя и очень хотелось.

Жека остановил меня рукой. – Смотри! – Он навел луч на могилу, и из моих уст просто вырвалась не согласованная цепочка бранных слов, от которых меня в детстве пытались отучить. Я удивляюсь, как сознание осталось при мне, как оно не решилось уйти от меня в столь страшную минуту.

Присмотревшись в темноту на маленький круг света, сквозь слезы я увидел, что из могилы еле шевелясь, пытается вылезти жалкое подобие человеческого тела. Оно было лысое, худое, просто до ужаса худое и на его теле были видны раны. Освободившись по пояс, он разрывал вокруг себя землю пытаясь освободить свои ноги.

– Давай покончим с этим. – Прошептал Жека, – пристрели его.

– Я не могу, у меня не получиться, я из ружья то никогда не стрелял, давай ты. Ты же военную кафедру закончил, вас учили.

– Да ни черта нас не учили… Ладно давай его сюда, заряжено?

– Да, пулей. – Я передал Жеке дрожащими руками ружье, чуть было, его не выронив из скользких рук.

В этот раз Жека держался куда лучше чем у меня в доме, может это из-за того, что это я взял на себя большую часть страха, или просто он был уже готов к этому, ну не то что бы совсем, но более чем я. Я то думал что это так, фантазия.

Секунды тянулись целую вечность, Жека снял с предохранителя ружье, направил его на труп и стал выжидать. Молния освещала его лицо, бледно синим светом, я видел, как по его огромному лбу стекали крупные, как горох, капли пота.

В это время тело продолжало тихонько ковыряться в земле, пытаясь откапать себя, не обращая внимания на луч света, который был на него направлен. За звук я не говорю вообще, шум ветра был довольно сильный, но все равно нас оно вполне могло услышать. Это тело разгребало своими жалкими руками вокруг себя землю, и всхлипы его были похожи на бульканье, из его шрамов текла кровь, смешавшись с черноземом, превращалась в грязь. Жека задержал дыхание напряг руку.

– Возвращайся в ад! – прокричал он.

Выстрел!

По всей округе разнесся гром выстрела, эхо подхватив его пару раз, бросило, где то на краю поселка. В ушах стоял громкий гул, тошнотворный звон, и сквозь этот звон были еле слышны, чьи то крики и мольба о помощи.

Открыв глаза, увидел, что Жека сидит на земле, мотает головой, закрыв лицо руками, ружье лежит рядом, из ствола валит горячий пар, фонарик выпал из моей руки и светит в землю. Но кричал не Жека, как я думал, и не я. Это точно не Жека и не я издавал это шипение сдавленный крик и вопль одновременно.

– Здесь? Ааа… помогите, не убивайте, я ничего не сделал, помогите. – Крики доносились со стороны злорадной могилы. Подняв дрожащими руками фонарик, я посветил им и увидел, что это тело лежит, скорчившись, держится за свою худую руку из которой хлещет кровь.

– Ты кто? – Спросил я перепуганным голосом, скорей этот вопрос не был услышан, мало того, сомневаюсь, что он был произнесен.

– Пом… помогите мне. – Продолжал он кричать.

Я медленно подошел к нему поближе, еле передвигая ногами. Жека продолжил опираться своей пятой точкой о сырую землю. С неба пошел уже мелкий дождь, над головой стали слышны раскаты грома от молний, било совсем близко. И этот голубоватый свет освещал местность вокруг.

– Я прошу вас, я умаляю, помогите мне, я хочу жить, я и так натерпелся. Отвезите меня в больницу, я ничего не вижу. – Он продолжал наговаривать, а я стоял рядом, как вкопанный, и ничего не понимал. Ничего не думал об этом, да и вообще ничего не думал, я не мог думать, теперь я, был выбит из колеи.

III

Вот так вот, прожил сорок лет, не веря в сказки, не веря в загробные миры, надеешься, что есть только реальность и только сегодня. Нет завтра нет прошлого, все, что прошло, того не вернуть, а то что будет, никак не предвидеть.

Но бывают моменты, когда все твое мировоззрение попадает под угрозу разрушения, есть факты, которые не оспорить, а вот теперь воочию вижу восставшего из мертвых, Не увидел бы, не поверил бы.

Но ладно, увидел, ладно убедился, что это не сон, ибо во сне боли не чувствуешь. А в данный момент чувствую, как ветка давит мне в голень, но я ничего с этим не могу сделать, тело просто не слушается. Я чувствую холод и также явно ощущаю удары капель дождя о мое тело. Самый главный вопрос, что делать дальше?

Можно просто добить, добить это нечто, а потом разобраться, что это и как оно вылезло, дважды мертвые точно не кусаются. А с другой стороны можно попробовать вывести это нечто на свет божий, на обозрение роду человеческому, может этот некто поведает нам о втором пришествии Христа, или с помощью его узнают тайну смерти. Проще добить, но кто мы такие, что бы решать, возможно, вопрос человеческого масштаба. Ладно, откапаем, посмотрим, пристрелить мы его всегда успеем.

– Жека вставай, чего расселся, давай его вытащим.

Жека на меня внимания не обратил, да и не обратил бы, если бы я первый не сорвался откапывать этот живой труп. Я не смотрел ни на Жеку, ни на это мерзкое тело, я просто пытался его откапать, может мной управлял простой интерес узнать, что будет дальше, что будет, когда мы его откапаем. Выживет ли он, и как он ожил, как он попал в эту могилу, вопросов подсобралось просто уйма. А решение всех этих вопросов и еще новые вопросы сейчас находятся в полной истерике.

Он что-то кричит, просто завывает от боли. Не глубоко его закапали, сантиметров двадцать, не больше, можно сказать просто землей присыпали. Когда через пару минут пальцы начали скользить по целлофановому мешку, Жека стоял в стороне, прячась за моей спиной, и рассматривал это тело.

Его стеклянные глаза просто бегали из стороны в сторону описывая не большие зигзаги, он пытался поймать взглядом и сфокусироваться на уродце, но видно, что у него это не получалось, да ни у кого не получилось бы. Его тело было настолько изуродовано, что смотреть на него даже при нормальных условиях получилось бы только у слепого. И то, он бы отворачивался, из-за особой чувствительности к окружающему миру. Такое не останется не замеченным.

До полного его освобождения оставались считанные минуты. Но на этом спасательная операция не завершена, ему нужна госпитализация, причем очень срочная.

– Жека! – Проговорил я, через плечо не оборачиваясь и не останавливая раскопки. – Жека, давай дуй в поселок, только бегом, вызывай скорую и милицию. Пусть они здесь все разгребают, а я пока откапаю его. Понял? – Но Жека как стоял, так и стоит, как будто меня не услышал. – Я к кому блин обращаюсь?! – Пришлось крикнуть, что бы привлечь его внимание. Похоже, что подействовало.

– Что это с ним? – Проговорил он сухим голосом.

– Да откуда я знаю, и не узнаем, ели ты сейчас же не побежишь за помощью. Давай дуй в поселок вызови скорую помощь. Только побыстрее, а то он тут подохнет еще раз от потери крови. Понял?

– Да-да, понял, хорошо, Серый я бегом. Я это, я мигом. – Жека было ускорился, но сразу же залетел в кусты, пошерудев в них немного, он скрылся из моего поля зрения.

Ну ладно, сейчас откапаю его, окажу первую помощь, приедет скорая заберет его, потом приедет милиция. И тогда начнётся, фамилия, имя, год рождения, где проживаете, по какому поводу оказались в такое время суток на таком вот не привлекательном месте. И будешь по делу проходить как главный свидетель или подозреваемый, а по поводу раны на руке? Это же из моего ружья то был выстрел, вот блин!

Я даже на время приостановился раскапывать. Но ненадолго, мертвяк опять завыл во все горло, этот вой вернул меня к действиям. Так ружье, ружье надо спрятать. А куды ж его ныкать? Они ведь приедут и все обыскивать начнут. Найдут, точно найдут, а что делать? Пусть будет, как будет, расскажу им все как есть. Что шмальнули с перепугу, да, ружье заберут, да, может срок дадут за неаккуратное обращение с оружием либо охота вне сезон. А может договориться получиться? Это получиться если делу огласки не дадут.