Дмитрий Коровников – Адмирал Империи (страница 35)

Османская Империя постоянно вела пограничные конфликты со своими соседями, и если стычки перерастали во что-либо серьёзное, «Абдул Кадир» всегда оказывался в гуще этих событий. Не удивительно, ведь его совокупная оборонная и наступательная мощь превосходила большинство кораблей подобного класса во флотах противника. Благодаря этой мощи линкор смело ввязывался даже в артиллерийскую дуэль с космическими крепостями, особо не боясь быть растерзанным их тяжёлыми орудиями.

Был, насколько мог помнить Корделли, лишь единственный случай, когда линкор чуть не захватили русские космопехотинцы. Это случилось во время последней войны между двумя империями. В том сражении «Абдул Кадир» хорошенько помяли, но всё же он выстоял, сумел отойти в тыл и не достался врагу. Назвать это явным поражением в бою, было нельзя, ведь дредноут не оказался, ни уничтоженным, ни захваченным.

— Даже у Коннора Дэвиса были моменты, когда его хорошенько взгревали, — усмехнулся про себя, Фрэнк. — И ведь ни у кого не повернётся язык назвать «Мясника» — проигравшим хоть одну свою битву. Так же и «Абдул Кадир» продолжает носить знак «Гази», что значило — непобеждённый.

Корделли пропустил мимо ушей льстивые речи личного адъютанта капудан-паши, который любезно поприветствовал адмирала. Самого Ямана Каракурта на пирсе не оказалось. Фрэнк поморщился, молодой человек явно ставил себя выше американца. Судя по всему, кровь султана давала о себе знать.

— Наш капуданхочет, таким образом, продемострировать свой высокий авторитет, — пронеслось в голове у Корделли, когда он церемониально жал руки и отдавал честь всей османской делегации, которая его встречала. — Не очень умно, но пока я могу простить этого юношу. Посмотрим, что будет дальше…

— Где твой господин? — спросил Фрэнк, адъютанта Каракурта.

— Капудан-паша ожидает уважаемого адмирала у себя в личных покоях, — ничуть не смутившись тем, что его назвали слугой, ответил адъютант. — Прошу следовать за мной.

Даже с учётом того, что большая часть пути была проделана в лифтовых капсулах, добраться до палубы, где располагались апартаменты османского капитана, оказалось делом не быстрым. Только на лифтах — три пересадки, настолько большим и просторным был изнутри «Абдул Кадир».

Корделли шёл по широким полупустым коридорам линкора, с интересом озираясь вокруг. Стены по обе стороны от него были украшены резьбой, драпированы тканями и на них висели картины, как в императорском дворце султана.

— Да, вот она — легенда…

Когда делегация оказалась у дверей личной каюты Каракурта, здесь их встретил почётный караул из шести вооружённых до зубов янычар, в полной боевой экипировке.

— А вот и хвалёная штурмовая пехота османов, — Корделли по достоинству оценил выправку и мужественные лица солдат. — Янычары султана, пожалуй, не уступают даже нашим морпехам. Бесстрашные до безумия, готовые выполнить приказ любой ценой — отличные воины! Говорят, у русских, тоже хорошая пехота, но лично я не встречался с ней в бою… Не знаю, может быть…

Створки дверей тихо разошлись в стороны, и адмирал вошёл внутрь. В нос ему тут же ударил запахи пряностей и аромат дорогих духов. Кроме Каракурта в каюте не было никого, но Фрэнк мог поспорить, что несколько минут назад здесь была какая-то женщина. Американец не был знатоком, но женские духи от мужского одеколона отличить уж точно мог.

— Здравствуй, мой друг, — капудан-паша, раскрыв объятия, пошёл навстречу Корделли, приветствуя его явно не по уставу. — Рад видеть тебя на моём корабле.

Адмирал кивнул, немного растерявшись от такого панибратства. Фрэнк быстро взял себя в руки и, не показав своего пренебрежения, так же по-дружески обнял османа.

— Я не смутил тебя своим видом и обращением на «ты»? — улыбнувшись, спросил Яман, показывая на свою одежду.

Действительно, очень странно было видеть на капитане вместо мундира, халат вышитый золотыми нитями. Офицеры в своих личных апартаментах, конечно, могли носить любые вещи, но внешний вид, в котором предстал этот молодой человек, был очень-очень необычным для американского офицера.

Однако Фрэнк уже успел немного привыкнуть к нравам и странному поведению во флоте султана, поэтому приветливо улыбнулся в ответ.

— Что ты, я ничуть не обижен, — наигранно весело, ответил он. — Если бы у меня был такой же красивый халат, я бы его не снимал и на капитанском мостике.

Они оба рассмеялись, и Каракурт пригласил адмирала сесть на диван к столу, который был усыпан фруктами и дорогими десертами. Радушный хозяин сразу налил своему гостью до краёв бокал вина и уселся с ним рядом. Фрэнк принял правила игры и с удовольствием начал пробовать всё, что находилось на столе. Яман был в восторге от такого непринуждённого поведения Корделли. До этого он думал, что все американцы — чванливые, зацикленные на уставе, скучные люди. Но нет, этот адмирал всё больше и больше начинал нравиться капудану.

— Я, в жизни не ел таких вкусностей! — воскликнул Фрэнк, продолжая играть роль учтивого гостя. — Где ты смог достать, всё это?

— О, у меня команда личных поваров на борту, — ответил Каракурт. — Один из них специализируется именно на десертах.

— Команда личных поваров? — повторил Корделли для которого подобное звучало так же дико, как видеть сейчас голые волосатые ноги капудан-паши, торчащие из-под его халата. — Пожалуй, я тоже заведу себе личного кока…

— А я, в свою очередь, всегда восхищался американской неприхотливостью! — воскликнул осман. — Что в быту, что на войне, вы такие строгие и подтянутые, застёгнутые на все пуговицы…

— Да, этого не отнять, — кивнул Фрэнк, одной рукой расстёгивая свой китель.

— Ха, вот это правильно, — засмеялся Каракурт, подливая вина своему гостью, а затем и себе. — Из всей вашей делегации, ты мне сразу понравился, Фрэнсис Корделли. Поверь, я умею отличить достойного человека, от — посредственного… Да, да, не сомневайся в этом. Хоть я и молод, но жизнь при дворе моего отца, с самых юных лет научила меня безошибочно разбираться в людях.

— Ты жил во дворце?

— До шестнадцати лет, — ответил Яман. — Но как только возраст мне позволил поступить в Военную Академию в Новом Стамбуле, я сразу воспользовался этой возможностью и покинул его стены…

— Это делает честь тебе, Яман, так как немногие променяют жизнь в роскоши на солдатские казармы. На это нужно решиться…

— Да, я устал от интриг, лести и лизоблюдства, этого слишком много в доме султана. Но, во славу Аллаха, я живу в самой великой Империи, поэтому не обязательно лишать себя роскоши и удобств, даже служа на военном корабле.

Каракурт обвёл рукой, указывая на всё, то убранство, которое сейчас их окружало.

— Я уже успел это заметить и оценить, — кивнул Фрэнк.

— Уверяю тебя, друг, ваш флот мог бы только выиграть от подобных нововведений…

— Таких, как личные повара?! — отрицательно замотал головой Фрэнк, засмеявшись. — Боюсь, наши ребята к этому пока не готовы…

— А халат, я тебе всё-таки подарю, — смеялся в ответ капудан-паша.

— Ловлю на слове…

— Не нужно ловить османа на слове. Он всегда его держит…

— Пришло время нашим эскадрам разделиться, — неожиданно серьёзно произнёс Корделли, перестав улыбаться. — Через несколько часов я разобью свою дивизию на две бригады, которые пойдут в разных направлениях. Твои корабли должны быть также разделены на две группы…

— Это новость, для меня, — недовольно произнёс Яман Каракурт, ставя бокал с вином на стол. — Разделить Флот Северных Сил — подобного не было в нашем первоначальном плане действий.

— Зато, это было запланировано Дрейком, в секретной его части…

— Почему же меня не уведомили?! — осман смерил высокомерным взглядом своего гостя.

Всё показное дружелюбие Каракурта улетучилось, как будто его и не было совсем.

— Эта привычка адмиралов АСР обращаться со своими верными союзниками, как с вассалами, не прибавляет вам уважения, — сказал он, еле сдерживая свой гнев.

— Моя Республика не нуждается в дополнительном уважении кого-либо, — холодно ответил Фрэнк, спокойно продолжая попивать дорогое вино.

Адмирал осознавал, что именно он является здесь главным и, сколько бы, не бесился сейчас этот молодой человек, он будет вынужден подчиниться. По крайней мере, до этой встречи, Корделли был в этом уверен на сто процентов. А как могло быть иначе, если сам султан Селим лично распорядился о передаче своих кораблей американскому командованию в данной кампании. Фрэнк не мог даже представить мысли о том, что приказ верховного правителя и главнокомандующего, может быть не выполнен. В Штатах подобное закончилось бы отставкой и разбирательством, что касаемо Османской Империи — тут всё было проще — голова с плеч неподчинившемуся указу султана, и вопросов больше нет…

— И куда же должны направиться мои корабли? — пытаясь сдерживать переполняющие его эмоции, медленно спросил Каракурт.

— Обеим группам, как можно быстрей, необходимо достичь двух межзвёздных переходов, — ответил Корделли. — Первый — это переход на «Тавриду», второй — переход на «Ямполь». «Ямполь» является транзитной системой, из которой можно попасть в «Валахию», где сейчас находятся несколько дивизий Черноморского флота. О «Тавриде» и говорить нечего, тебе хорошо известно, что основные силы адмирала Самсонова расположены именно там.