Дмитрий Коровников – Адмирал Империи (страница 37)
Почему же «Одинокий» летел именно к Тире, ведь совсем недавно я объяснял своим офицерам, что основными целями противника будут межзвёздные переходы? Именно контроль «космических врат», прежде всего «врат» ведущих в систему «Таврида», являлся залогом победы наших незваных гостей. Зачем же османам и американцам в данный момент идти к столичной планете? Безусловно, здесь находилась космическая крепость и основные стратегические объекты системы, но только ради «Измаила» тратить драгоценное время, этого конечно не могли позволить себе вражеские адмиралы…
А вот я вёл «Одинокий» в этот сектор пространства, как раз потому, что здесь находился упомянутый мной «Измаил». Что из того, если я окажусь прав, и американцам нужны именно межзвёздные переходы и они поведут свои дивизии для их скорейшего захвата? Разве мой крейсер, несмотря на то, что является одним из самых боеспособных кораблей Черноморского Императорского флота, сможет в одиночку помешать противнику в его планах? Сколько минут контактного боя он продержится против совокупной огневой мощи десятков вымпелов врага? Десять минут — это максимум, а затем, надо будет, либо уходить, спасаясь через то же переход в другую систему, либо героически погибнуть на месте…
Ни то, ни другое в мои ближайшие планы не входило, поэтому я решил заранее обзавестись надёжным союзником в предстоящем сражении, которое я намеревался дать в ближайшее время. Таким союзником и опорой на миллиарды километров вокруг являлась лишь наша легендарная крепость, стоящая сейчас у орбиты Тиры-7. Именно к ней я и спешил «на всех парах» так как только во взаимодействии с дальнобойной артиллерией «Измаила» и с его непробиваемой бронёй, можно было удержать хотя бы один межзвёздный переход до подхода наших подкреплений. Конечно не факт, что и в «спарке» с крепостью мы сумеем продержаться — слишком много было вымпелов у врага, но попытаться явно стоило…
Основной проблемой, которую мне предстояло решить, была та, каким образом я сумею быстро транспортировать «Измаил» от его нынешнего местоположения до нужного перехода. По умолчанию я решил что «врата», которые в первую очередь необходимо защитить, это те, что ведут в звёздную систему «Таврида». Именно в «Тавриде» были сосредоточены главные силы Черноморского флота, а так же развёрнута эшелонированная система оборонительных сооружений. Заход вражеского флота через «Бессарабию» в данную систему, обрекал сразу несколько наших линейных дивизий на уничтожение.
Но каким образом, и с помощью каких средств доставить космическую крепость к переходу, располагавшемуся от неё в шестистах миллионах километров, причём это надо было сделать в кратчайшие сроки? Всё это я не очень себе представлял. «Измаил» необходимо буксировать с помощью самых мощных транспортников, которые перед этим мне нужно будет реквизировать на орбите Тиры у гражданских логистических компаний. Визг их директоров меня мало волновал, а вот хватит ли «лошадиных сил» у всех этих судов, чтобы разогнать громадину крепости до приемлемой скорости? Вот тот вопрос, который по настоящему меня мучил. А если не получится, и американцы подойдут к переходу первыми? Что тогда ты будешь делать, стратег? Чёрт, слишком много сомнений начинает вертеться в голове…
Как назло у меня не было никакой возможности предупредить Волынца о том, что «Зоркий» погиб, а в системе, уже часов двенадцать, как хозяйничает вражеская эскадра. Сигнал связи так и не мог пробиться сквозь помехи, посылаемыми радиозондами противника. Скорей всего зонды принадлежали американцам. В отличие от османов, которые относились мягко сказать «прохладно» ко всем этим дорогостоящим «безделушкам» в виде автономных мини станций РЭБ, во всех флотах АСР на подобные системы денег не жалели.
Каждая американская дивизия имела в своём распоряжении несколько сотен подобных зондов. При необходимости, рой маленьких автономных станций разлетался по назначенному сектору пространства и полностью блокировал любые сигналы на сотни миллионов километров в окружности. Да, зонды легко засекались и уничтожались, но слишком большое их количество делало подобную охоту за ними, совершенно бесполезным занятием — только время зря потеряешь. Так что сейчас мне приходилось смиренно ждать момента выхода из «мёртвой» зоны действия этого треклятого «роя».
До Тиры «Одинокому», несмотря на всю героическую работу его двигателей, было лететь ещё минимум пять стандартных часов. Связь с каким-нибудь из наших объектов, гражданским или военным, без разницы, появится, конечно, раньше этого времени, но раньше не на много.
— Наэма, — я включил канал связи с майором Белло, — прикрепляй к своим истребителям дополнительные топливные баки…
— Ко всем? — спросила та, через несколько секунд размышлений, что такого нового придумал Васильков, и куда «соколам» столько «интария».
— Да, вторые баки должны стоять на всех машинах, включая и твою, через пятнадцать минут, — ответил я. — Готовьтесь к вылету…
— Цель? — Наэма решила оставаться краткой.
— Траектория движения «Одинокого» у тебя на компьютере есть, — утвердительно сказал я, — так что разминуться в дальнейшем, мы не сможем, даже если сильно этого захотим… Как только эскадрилья будет готова, вылетаешь по направлению к ближайшему объекту рядом с Тирой-7… МиГи на короткой дистанции развивают скорость в три раза большую, чем крейсер — соответственно, ты со своими ребятами быстрей всех сможешь выйти из зоны действия «глушилок» связи. Пусть это будет хоть на час раньше «Одинокого» — уже хорошо… Нужно как можно скорей предупредить Волынца и передать ему моё распоряжение, о подготовке крепости к эвакуированию…
— Так, — подытожила майор Белло, — не жалея топлива, мчусь к Тире — это понятно… Сообщаю генералу о вашем приказании — тоже ясно… Теперь вопросы: Послушает ли он, меня? И вообще, какой смысл лететь всей моей эскадрильей, только для того, чтобы передать «весточку» на «Измаил»? Крейсер на несколько часов останется без прикрытия истребителей, а это может быть опасно…
— За «Одинокий» не беспокойся, — улыбнулся я. — Ты видишь, с какой скоростью он идёт? Ни один вражеский корабль не сможет его догнать. Я же в свою очередь обещаю, что не буду ввязываться в артиллерийскую дуэль, если такая встреча произойдёт. А летишь ты со всей эскадрильей за тем, что сразу после прибытия к крепости, займёшься одним очень важным делом…
— Каким?
— Все транспорты с силовыми установками, сравнимыми по мощности с крейсерскими, должны быть отконвоированы к «Измаилу», — ответил я. — Я сказал «отконвоированы», по отношению к тем судам, капитаны, либо владельцы которых, не захотят выполнять распоряжение генерала Волынца и не пожелают быть реквизированными, хотя бы даже на время… Я этих людей отчасти понимаю, никому не охота отдавать свой корабль, на котором ты работаешь и зарабатываешь, в руки каких-то военных… Война пришла в их дом неожиданно, поэтому многие могут по шумок саботировать наши планы.
— Они, как владельцы крупнотоннажных судов, прекрасно знают, что их корабли могут быть реквизированы в случае необходимости, — пожала плечами Наэма. — Это стратегический транспортный ресурс, который Империя вправе изъять и использовать по своему усмотрению… Пусть радуются, что не навсегда забираем их баржи…
— Слышу твою решимость в голосе, и поэтому именно тебя и твоих «соколов» посылаю в помощь коменданту «Измаила», — сказал я. — Только прошу, без лишней агрессии. Не забывай, это, прежде всего гражданские люди, веди себя с ними корректно…
— Поняла, за неповиновение не расстреливать…
— Правильно поняла…
— Хорошо, сделаем, шеф… Но как быть с самим генералом? Будет ли он выполнять ваш приказ о начале эвакуации крепости? — спросила Белло. — По тому, каким он мне показался при нашей первой встрече — этот человек не из тех, кто любит подчиняться, тем более флотским…
— А вот его, если он заартачится, разрешаю пустить в расход, — пошутил я, выключая связь.
Я был уверен, что принимаю верное решение, посылая Белло вперёд, она быстра на действия и чётко выполнит мой приказ — к прибытию «Одинокого» к Тире, в секторе крепости уже будут стоять «буксировщики». Только хватило бы мощности всех их двигателей, чтобы разогнать «Измаил» до нужной скорости. И ещё, не сцепилась бы Наэма снова с Дибич, ведь конфликт между ними оставался так и не улажен. Хотя майор пообещала мне не драться, а её обещаниям я привык верить… Ладно, как-нибудь разберутся, в любом случае девчонкам сейчас будет не до этого — война же началась…
За адреналином и напряжением последних часов я как-то не успел ещё осознать, что началась именно — война. Настоящая, страшная, перемалывающая в своих железных жерновах миллионы человеческих жизней. Война принципиальная, между теми, кто давно её хотел и готовился к ней. От этого приходило понимание, что крови и боли скоро будет так много, как возможно не было никогда до этого.
Американские адмиралы не раз хотели поставить зарвавшихся «раски» на место. Российские эскадры в составе союзных экспедиционных корпусов на протяжении двух десятков лет постоянно портили им победные реляции. В военных кампаниях против своих врагов, американцы регулярно вынуждены были встречаться с нашими кораблями. Российская Империя, не вступая в открытое противостояние с флотами АСР, помогала государствам, противостоящим Сенату, всеми возможными способами, включая собственные экспедиционные боевые группы.