Дмитрий Корнилов – Любовь ушами. Анатомия и физиология освоения языков (страница 26)
Так о чём речь? О том, что и для вас искусство понимания речи взрос… ой, тех, кто уже бегло говорит на новом для вас языке – первично и служит базой для ваших попыток им на этом языке отвечать. Поэтому смело бросайтесь в общение с говорящими на языке, и смело делайте ошибки, постепенно выгребая к верному пониманию того, что же от вас требуется. Поэтому – вот наконец-то вернулись! – используйте специальные техники, чтобы облегчить себе понимание на слух (на самом деле речь не о понимании, а о восприятии речи на слух).
Так вот: существуют специальные пособия, нацеленные именно на заточку ваших ушей (и мозга) для восприятия речи на слух. (Например, для итальянского это Primo Ascolto, Ascolto Medio, Ascolto Avanzato издательства Edilingua). Посмотрим, как они работают, и поймём, что нужно делать, если таких пособий под рукой нет.
Первое, о чём заботятся авторы, – выбить из вас намертво въевшееся представление о «понимании», без которого, якобы, хана. Прежде чем понимать хоть что-то, надо это что-то воспринять, в данном случае – расслышать. А когда расслышишь, обычно выясняется, что и понимать-то нечего, всё уже ясно. Поэтому каждое задание сопровождается мантрой: «ничего, если встречаются незнакомые слова», «ничего, если вам не всё понятно».
Задания первого типа самые простые: вы слушаете текст, и видите перед собой ряд слов или фраз. Нужно определить, какие из них в звучащем тексте есть, а каких нет. Внимание: что для этого необходимо? Уметь читать, скажете вы. Верно – но зачем? Затем, чтобы фразы, которые вы не слышите, а видите, тоже звучали бы для вас, чтобы вы их слышали внутренним слухом! (См. статью о Райнхильд Брасс и о её книге в главе «Миры Вольфганга Ауэра»). Потому что нельзя сопоставлять видимое со слышимым, а только слышимое со слышимым. То есть: вы ещё не включили аудио, а пособие уже развивает ваш слух!
Задания второго типа – на общее понимание услышанного, как раньше, помните: «Смотри картинку – слушай пластинку». Например, определить, о каких блюдах идёт речь или о ком из людей. Самим говорить ничего не надо, следовательно, можно расслабиться.
Задания третьего типа: на слух вписать недостающие слова в предложения.
Задание четвёртого типа: тесты. Это реклама пива или чипсов? Кулинарной книги или ресторана? Концерта или диска? На дорогах пробки из-за аварии или из-за погоды? Забастовка продлится три недели или три дня? И тому подобное.
Задания пятого типа: даже не так важно, что сказано, но какова реакция собеседника? Он понял или нет? Согласен или нет? Доволен или нет?
Эти задания работают как острый перочинный нож, который с разных сторон равномерно заостряет карандаш вашего слуха. С каких сторон? Об этом речь в главе о чувствах.
Теперь – что же делать, если таких пособий под рукой нет? Да то же самое!
1. Вы слышите речь (текст) на изучаемом языке. Постарайтесь не столько понять,
2. Создавайте картинку. Воображайте по возможности всё, что слышите. Хоть как-нибудь. Если не получается, не стесняйтесь задавать вопросы. Ведь если воображение отказывается работать – скорее всего, это значит, что вы не улавливаете даже общего контура смысла.
3. Выделяйте в речи собеседника (или в аудио, которое слушаете) ключевые слова и просто отдельные слова и выражения. Знакомые (привет старому другу!) и наоборот, новые, которые удалось расслышать и понять. Повторяйте сами, просите повторить, записывайте…
4. То, что вам так нравится: поверх слов понимайте, о чём речь. Только я не о переводе на родной язык, а о создании общего образа: ага, эта штука дорогая, но вкусная, а вино испанское красное – супер, а тут висит такое блестящее и ему нравится… да, это опять о воображении.
5. «Ему нравится» уже прозвучало, так вот: слушайте даже не столько речь, сколько говорящего. Перенесите акцент на «кто», а не на «что». Если вам интересен собеседник или персонаж, вам будет легче внимать его речи, вы найдёте в ней больше оттенков смысла и эмоций – а смыслы и эмоции взаимно усиливают друг друга и облегчают восприятие.
Краткое отступление о восточных деву… ой, языках
В этой книжке была задумана ещё одна глава: Норыль саранхе. О корейском. Но я её не написал. Во-первых, за два года занятий я корейского так и не выучил. А во-вторых, она может и интересная бы получилась, и даже очень – но не с точки зрения освоения языков. Сначала я бы красочно рассказал о девушке, из-за которой стал учить корейский (хотя она его не знала, это яркий пример притянутого за уши «зачем»; «почему» было очень простым – мне было интересно выучить восточный язык). Наш роман начался в поездке, о которой я рассказываю в главе об итальянском (тот, кто в Риме влюбляется в кореянку, тот я), а завершился в Алма-Ате, но как!.. Потом ещё более красочно я рассказал бы о той девушке, что мне его преподавала, и о некой прогулке в горы…
Так, стоп!
Всё, что я хотел сказать по делу, сводится к следующему:
1. Не бойтесь восточных и прочих экзотических языков. В частности, корейский обладает кристально ясной структурой (что вообще свойственно агглютинативным языкам) и, пожалуй, самой логичной и удачной в мире письменностью под названием хангыль.
2. Однако вам потребуется незаурядная механическая память. Мне было очень трудно главным образом потому, что памяти не за что было зацепиться: что «девять», что «морковка», что «завтра», что «думать» – все слова для моего русского уха звучали совершенно одинаково.
3. Я считаю, что потерпел поражение в борьбе с корейским не потому что «язык трудный», и даже не потому, что у меня всегда были и остаются проблемы с механическим («тупым») запоминанием, а именно потому, что на наших занятиях было всё наоборот, всё как не надо. Если вы возьмёте эту книжку и представите себе урок, методично и скрупулёзно построенный вопреки моим рекомендациям – получатся наши уроки корейского и наши учебники корейского. Так что та моя неудача убедила меня в моей правоте.
Удачи вам!
О чувствах
Чувства? При чём тут чувства? Ну да, чувства. Нет-нет, не эмоции, а чувства. Об эмоциях будет речь в своё время. А сейчас о чувствах. Дело в том, что тут имеет место важное и исключительно русскоязычное недоразумение.
По-русски чувства – это и
Сделать из этого далекоидущие выводы я предоставляю вам, дорогие читатели.
Потому что нас с вами сейчас интересуют сами воспринимающие чувства. Только обратившись к ним, мы поймём, во-первых, как мы усваиваем язык, а во-вторых, что мы, собственно усваиваем, когда осваиваемся в нём.
Позволю себе начать с банальной аксиомы: нет обучения помимо восприятия.
Когда спрашиваешь на семинарах: люди, каким путём вы узнаёте то, что знаете? – слышишь в ответ и «ну… думаем», и «из книг», и «учимся у других», и многое другое. Мало кто скажет «путём восприятия». Очевидная, казалось бы, вещь: чтобы о чём-то подумать, что-то запомнить, что-то выучить, что-то отвергнуть, что-то взять на вооружение – надо это как-то воспринять. Увидеть, услышать, узреть, почувствовать…
Но ведь и русский наш язык нам тоже не очень помогает в этом разобраться. При слове «почувствовать» наша первая ассоциация какая? «Ах, я чувствую страх, ненависть, восторг, вдохновение…» Русский язык даёт нам указание на восприятие, да – но на восприятие собственных эмоций! Более того, одно из любимых наших присловий – это «я художник, я так вижу». То есть для нас даже «видеть» (воспринимать окружающий, казалось бы, объективный мир) – это процесс субъективный. В этом, разумеется (как и вообще во всём) есть некая доля истины. Однако «я так слышу» не поможет вам на уроке иностранного языка, равно как и на улице иностранного города. «Я так вижу» не поможет понять текст. А ведь есть множество других «я так!». Например, откуда мы узнаём содержание собственных мыслей? А чужих? А пресловутая «эмпатия» – что это? Загадка природы? Или почему, собственно, мы способны, услышав фразу на незнакомом языке, содержащую в том числе и непривычные для нашего рта (не то что уха) звуки, – этим ртом её всё-таки