Дмитрий Клопов – Пережить сегодня (страница 17)

В одном из сейфовых шкафов я нахожу два магазина к моему пистолету, в другом – еще один и четыре пенала для чистки оружия. Чистить оружие я все равно не умею, так что они мне ни к чему.

Может, после меня сюда кто-нибудь знающий заглянет?

А вот пустые магазины я забираю, все три, тут уж извините. Аттракцион невиданной щедрости заканчивается, не успев начаться. Затем я опускаюсь на пол и собираю патроны, стараясь не оставить ни одного. Ни дать ни взять Золушка, перебирающая крупу, черт бы ее побрал! Я осматриваю все и собираю даже те патроны, которые закатились под массивные сейфы. У меня получается пять полностью снаряженных магазина и еще два неприкаянных патрона для Макарова.

– Тыдых-тыдых, бах-бах, бабах! – грохот раздается совсем рядом.

Я вздрагиваю и подскакиваю от испуга.

– Зараза, – одними губами тихо ругаюсь я.

Я знаю, что во всех фильмах ужасов недалекие главные герои так и норовят сунуть свой нос к источнику странного шума или в особенно темное место. Тоже видел такое кино! Но здесь я точно знаю, какой именно ужастик может меня ждать за этой дверью.

Стараюсь действовать тихо, вынимаю топор из креплений рюкзака и сжимаю его покрепче. Теперь, даже если там зомби, я готов к их появлению. Надеюсь, что готов.

Я выглядываю обратно в помещение дежурки. Три камеры обезьянника без постояльцев, но во второй слева в дальний угол забился мужчина. И я его вполне понимаю. Ведь к нему внутрь через прутья решетки пытается пробраться зомби-полицейский!

Мертвый мужчина стоит вполоборота спиной ко мне. Он разительно отличается от зомби, поднятых неизвестной силой из своих могил. Черные волосы на его голове неряшливой челкой спадают на морщинистый лоб. На потерявшей пигмент серой коже на виске вздулась вена, но кровь в ней не пульсирует.

Застывшая маска лица не кажется высохшей – напротив, она сальная и блестящая. Мужчина облачен в полицейскую форму и упирается окровавленным животом в решетку.

Просунув руки между прутьев, мертвый страж правопорядка без устали рвется к заключенному с яростью дикого кабана. Пальцы согнуты, как у хищной птицы, но до пленника они дотянуться не в силах и руки зомби, раз за разом загребают только воздух.

– Раргрхрн! – кровожадная тварь рычит и бьется телом о решетку.

С каждым новым рывком зомби прутья содрогаются. Оба мужчины, и живой, и мертвый меня не замечали. Я осторожно подхожу к мертвяку на расстояние вытянутой руки, его затылок маячит передо мной вперед-назад.

Я резко поднимаю топор над головой и изо всех сил опускаю его вниз обеими руками. Внезапно мое оружие становится намного легче.

Лезвие топора делает именно то, к чему уже давно были все предпосылки-слетает с рукояти и отправляется в полет куда-то позади меня. Удар по затылку зомби приходится осиротевшей деревянной рукоятью.

Голова мертвеца качается вперед, но видимого эффекта удар не принес. Зомби медленно отклоняется назад и разворачивается ко мне.

Глава 22. Катя

– Пиу-пиу-пиу! – заливается в руках Ванюши желтый пластмассовый «космический бластер». – Ты убита, мам!

Подаренное моему сыну «оружие» сменяет пластинку и теперь завывает не то как пожарная сирена, не то как мерзопакостная автомобильная сигнализация нашего соседа с первого этажа. Ох, чувствую еще немало крови попортит мне эта желтая штуковина по возвращении домой.

– Подожди, дорогой! – стараюсь я ответить максимально мягко – Не видишь, бабушка себя плохо чувствует?

Моя мама лежит на кушетке в дальней комнате и тихо стонет. Она ворочается, как будто смотрит какой-то очень беспокойный сон. В небольшой угловой комнате столпились, кажется, даже те родственники, которые не смогли приехать в этот раз.

Воздух очень сухой и душный, отчего мир вокруг уже начинает немного кружиться. Или это от того, что мне так и не удалось уснуть… Как же безумно чешутся глаза!

– Ванька, возьмешь меня в напарники? – громко и позитивно спрашивает Миша. – Слышишь, во дворе Дружок гавкает? Пошли проверим, может, это врач к бабушке приехал… Или это вражеские шпионы, и нам придется отстреливаться!

– Круто! – восклицает Ваня – Можно мама, можно?

Я с благодарностью смотрю на своего брата и радостно киваю. Мигрень сразу возвращается и едва не раскалывает мою голову надвое.

– Конечно, можно, – отвечаю я и улыбаюсь, превозмогая головную боль. – Только если это все-таки шпионы, то будь осторожен… и стреляй метко!

– Юху-у-у! Конечно, обещаю! – кричит мой сын и поворачивается к Мише.

Мой брат подхватывает Ваньку, и тот обхватил его шею обеими руками. В правой он держит желтый космический бластер, а в левой продолжает сжимать ту последнюю игрушку, что досталась ему от отца. Когда они выходят из комнаты я снова поворачиваюсь к маме и осторожно беру ее за руку.

– Скорая уже приехала, мам! – тихо, но отчетливо шепчу я. – Сейчас они подлечат тебя…

Внезапно мама так крепко сжимает мою руку, что ее ногти впиваются в ладонь. Она рывком садится на кровати, и ее лицо рванулось ко мне. Я рефлекторно отшатнулась, но далеко уйти все равно не удалось. Когда до моего лица остаются считанные миллиметры, мама останавливается и приоткрывает глаза.

Там, где еще утром были налившиеся кровью капилляры, сейчас лишь кривые ложбинки. Каждая из них походит на русло пересохшей реки. Из глаз словно медленно испарялась вся влага… Я как будто смотрю на картинку из старого учебника по биологии, на которой на срезе почвы видно, как черви изрыли ее своими кривыми тоннелями.

Потрескавшиеся мамины губы двигаются, словно она хочет что-то сказать. Я наклоняюсь ближе, и она шепчет мне прямо в ухо. Мама делает над собой усилие, и ее рот открывается шире, обнажая желтоватые зубы… Я дергаюсь как от пощечины, не в силах пошевелиться.

– Мама просит вас всех выйти. Вы же ее знаете, она не любит, когда над ней все трясутся, – усмехаюсь я. – Я подожду доктора вместе с ней, а потом расскажу вам, что да как.

Раздается нестройный гомон, а за ним – шарканье десятка ног. Мама всегда хочет казаться сильнее, чем она есть на самом деле. Именно поэтому она довольно грубо попросила меня спровадить всех поскорей.

Лишь когда все родственники покидают комнату, она бессильно падает обратно в нагромождение из мягких подушек.

Глава 23. Кирилл

Прямо передо мной забор из толстых металлических прутьев. Вероятно, именно этот широкий решетчатый частокол и именуют здесь Загоном. Солнце нещадно палит и заживо варит меня в резиновом оранжевом костюме. Охранник снова толкает меня в спину.

– Заходи давай, чего встал? – охранник пикает пропуском, который болтается у него на шее. – Делай то же, что и остальные!

Я неуклюже вваливаюсь внутрь Загона и неловко падаю на колени. Прямо передо мной ноги – чрезвычайно худого чернокожего парня закованные в цепи. Я поднимаю голову, и мои глаза расширяются от ужаса.

– Твою мать! Что? Что это за тварь такая? – кричу я и отползаю обратно к двери.

Прямо передо мной – зомби. Такое ни с чем не спутаешь! Мертвый африканец пристегнут к столбу и щелкает наполовину обнаженной челюстью. Несколько зубов облупились и сверкают на солнце сквозь широкую дыру на лице.

– Аргырыхыр! – рычит монстр и смотрит на меня через белое бельмо на обоих глазах.

– Ха-ха-ха! – хохочет за моей спиной охранник – Ты что, новенький что ли? Это зомбики наши, яйцеголовые их вовсю изучают. Не тормози давай, твои коллеги вон уже остальных проверяют, а ты расселся. И смотри осторожно: зомби повадились руки себе отрывать и вырываться. Так что ходи, проверяй, как они привязаны, и поправляй, если что не так.

Я осматриваю Загон и вижу не меньше трех десятков таких же «столбов». Между ними снуют чернокожие мужчины в рабочих комбинезонах с безучастными выражениями на лицах. Моя рука сама собой тянется к камере в кармане оранжевого костюма.

– Эй, ты что творишь, гад?! Это что, камера? А ну-ка отдал быстро! – кричит у меня за спиной охранник.

Поздно! Я уже снял материал, который после публикации приведет меня прямиком к Пулитцеровской премии. Надеюсь, что руки у меня не слишком дрожали и хотя бы несколько кадров выйдут четкими. Я широко улыбаюсь и встаю на ноги, подняв руки над головой.

– Спокойно, друг, спокойно. Камеру хочешь? Так забирай, только не стреляй, – прошу я и приближаюсь к двери.

Я протягиваю руку с фотоаппаратом между прутьями и жду, когда охранник подойдет. Он инстинктивно делает шаг навстречу, но останавливается, словно только что понимает, что этого делать не следовало. И снова слишком поздно! Я хватаю второй рукой пропуск и тяну его к себе.

– Пик! – раздается сигнал открывающейся двери.

Мы оба вваливаемся в Загон и падаем у ближайшего столба. Выстрелы так и не раздаются.

– Ты очумел? Да пусти ты! Убью, гад! – в бешенстве кричит охранник.

Эффект неожиданности прошел и здоровенный мужчина дергает меня за грудки и ставит на ноги. Он нанес всего один удар под дых, но это заставляет меня отшатнуться и хватать ртом воздух.

– Ха-ха! – снова смеется охранник и смотрит на зомби позади меня – Сейчас сдохнешь!

Резкая боль в шее буквально разрывает мое сознание. Зомби… укусил меня?! Я вырываюсь, словно раненный зверь, но мертвый африканец не разжимает челюсти. Охранник продолжает хохотать и поднимает из пыли мой фотоаппарат.

– Ну-ка улыбнись, гаденыш! Ну что же ты? Весело тебе теперь? – здоровяк направляет на меня камеру и делает снимок.