Дмитрий Казаков – Дорога из трупов (страница 4)

Вскоре дверь открылась снова, и на крыльцо вышел некто лысый, сгорбленный, в длинном темном халате, и еще более длинной бороде, чей кончик болтался у тапочек с помпонами.

Арс ощутил, что глаза его собираются выбраться из черепа и хорошо прогуляться.

- Бурылик мурпляк хрыльк, - сказала фигура. – Ну, так и будем стоять? Давайте ваши буль документы.

- Чего? – спросил Рыггантропов.

- Буль-документы? – слабым голосом уточнил Арс.

- Дарульк мпляк да. Вы что, никогда эльфов не видели?

Перед ними и в самом деле стоял настоящий эльф.

Только лысый, морщинистый и бородатый.

Всем известно, что эльфы не стареют. Хотя от кого это известно? От тех же эльфов, которые настолько гордятся имиджем собственного народа, что вполне могут врать. А еще прятать стариков от посторонних глаз где-нибудь в глубине своих Лоскутов, куда чужакам хода нет.

Но то, что эльфы живут долго, много дольше всех остальных рас – известный факт. Чтобы состариться, уроженцу Высокого леса или Солнечных полян нужен не один век, и не два.

Похоже, старший хранитель возрастом превосходил многие экспонаты музея.

Или просто возник вместе с ним.

- В-видели. В-вот в-вам, - Арс сумел справиться с собой, и протянул направление на практику.

Тот почмокал губами, производя те самые чудные сочетания звуков, и недовольно изрек:

- Прлюк ральп понятно. Навязали нам этих практикантов, словно музей демонами набит. Хлюп.

- Так мы вам не нужны?

- Зарлип мульк почему? – эльф посмотрел на Топыряка подозрительно. – Рабочих рук не хватает. Лульк. Приставим к делу на полный срок, не сомневайтесь. Меня можно называть Простодрэль.

- Я – Арс, а это – Рыггантропов и Тили-Тили.

- Дарлюк плюх ну и имена. Идите за мной.

За дверью они окунулись в темноту, столь глубокую и пахнущую пылью, словно она вылезла из шкафа со старой одеждой.

Что-то шевельнулось во мраке, и Арс разглядел человекоподобную фигуру.

- Харульт пальк не бойтесь, - сообщил Простодрэль. – Это Пасюк, наш привратник. Он зомби. Очень удобно. Никогда не спит, по нужде с поста не отлучается, а подкупить его хрульп невозможно.

- Это верно, - свистящим голосом подтвердил привратник.

- А чего его, типа к работе не приставить? – спросил Рыггантропов.

- Нульк цалюк должен же кто-то у дверей стоять? А руки Пасюка то и дело отваливаются. Не рабочие они бульк какие-то.

За новой дверью начались залы с экспонатами, огромные, словно внутренности левиафана. Окна, узкие и высокие, были закрыты темными шторами. Мягко поблескивали стекла витрин.

Музей строил архитектор, считавший, что колонны – это главное, и что чем их больше, чем лучше. Массивные и толстые, украшенные резьбой, они уходили вверх, в полумрак, где благополучно подпирали потолок.

Доносились шорохи, намекавшие, что тут существует жизнь, пусть не очень яркая и заметная, но живая.

В витринах лежали камни, совершенно обычные, какие можно найти на улице, кости, какие-то вовсе непонятные штуки. Странно смотрелись валуны, неясно каким образом попавшие внутрь здания.

- Что-то тут неинтересно, - прошептал Рыггантропов, породив в углах очередного зала гулкое эхо. – Это разве, в натуре, история?

Арс, честно говоря, тоже ощущал легкое разочарование, а кончики ушей йоды выглядели печально обвисшими.

- Йобулк вальк тля, - сердито забулькал эльф. – Это та история, о которой мы, смертные, имеем мало представления. Та история, для которой мы всего лишь налет, слизь хлобрап на теле вечности! Это ее тело! Вечное, неизменное! И вы, молодые маги, должны быть рады, что видите его!

- А я думал, история – это когда один король убил другого, или там битва с кучей трупов, - сказал Рыггантропов.

Он, как обычно, бил не в бровь, а в глаз.

Простодрэль больше ничего не сказал, но в шарканье его тапочек возникли презрительные нотки.

Они прошли еще три зала, а в четвертом, что был заполнен бревнами, ветками, шишками и почками, остановились.

- Тальк цытьк сегодня будете работать тут, - проговорил эльф и показал на столик в углу. – Вот краска и кисточки. Ваша задача – обновлять стертые таблички хдюп на экспонатах. А стерлись они почти все.

- А откуда мы узнаем, что писать, если они стерлись? – спросил Арс.

- Ляпул пробтых ну вы же маги? Вы должны уметь восстанавливать надписи. Или вы не умеете?

- Умеем.

Да, такому их действительно учили – немного, не так, как студентов с кафедры магии слова. Но все же достаточно, чтобы прочитать почти уничтоженную надпись из нескольких слов.

- Хляк тогда за дело.

И Простодрэль удалился, бурча себе под нос.

Рыггантропов подошел к столику, на котором стояли три жестяные банки и лежали старые, облезлые кисти.

- В натуре, - сказал он уныло, - это будет типа похуже лекций по теории магического анализа.

- Сс, - согласился Тили-Тили, а Арс печально вздохнул.

***

Лейтенант Поля Лахов выпрямился и оглядел собственное войско.

Калис и Ргов выглядели помятыми, и с трудом стояли на дрожащих конечностях, но это было нормально после вчерашней пьянки. К таким стражникам обитатели Ква-Ква привыкли. А вот новобранец казался подозрительно бодрым, и это внушало тревогу. А ну как горожане решат, что жизнь у Торопливых пошла хорошая? Тогда неприятностей не избежать.

- Так, - тут Лахов икнул, и сам содрогнулся, ощутив вонь собственного перегара. – Ты, Форн, хоть лицо поглупее сделай. Или перекосись, словно у тебя зубы болят. Все разом.

- Зачем?

- А чтобы не выделяться.

Форн Фекалин слегка наморщился, и отвесил нижнюю челюсть, после чего стал напоминать жертву удара молотком по голове.

- Вот так-то лучше. А теперь пошли. Нас ждет оно. Патрулирование. В районе Молоточной площади.

Негромко лязгая и распространяя специфические запахи, Торопливые выбрались на улицу, и зашагали на право-запад.

По дороге Лахов рассказывал новобранцу правила патрулирования:

- Нужно глядеть в оба. И слушать тоже в оба, но в других. И еще чуять спинным хребтом, где опасно.

- Чтобы отправиться туда и задержать преступника? А? – спросил Форн Фекалин.

- Нет. Чтобы сбежать и остаться в живых. Если кто-то начинает звать стражу, то мы, конечно, идем туда, но очень медленно и крайне шумно. Понимаешь, зачем?

- Чтобы остаться в живых?

- Верно, - лейтенант похлопал новобранца по обтянутому кольчугой плечу и затряс ушибленной непонятно обо что ладонью. – Ты сразу показался мне умным парнем. Но есть и вторая задача – немножко подзаработать. На паршивую горсточку бублей, что платит нам город, не проживешь. Поэтому мы… как бы это сказать.

- Тащим все, что плохо лежит, - брякнул честный Калис.

- И это… дружим с всякими людьми, - Ргов пнул в спину катившегося мимо калеку на тележке.

Тот брякнулся наземь, вскочил на внезапно отросшие конечности. Открыл рот, готовясь разразиться теми выражениями, которые в интеллигентной среде называют непарламентскими.

И тут увидел, с кем имеет дело.