Дмитрий Карпин – Зов предков (страница 20)
— Ты должен! — тоном, не приемлющим пререканий, заявила дочь и потащила отца к выходу.
Громкий щелчок раздался в воздухе, и ручная черная мамба Алистера Дрейка обвилась вокруг щиколотки профессора Фокса.
— Никуда вы не пойдете! — заявил английский лорд.
— Держи, дочка, — вымолвил Генри Рой и протянул Аманде дневник. — Без этого они не смогут найти город с Черной пирамидой!
— Нет, я не брошу тебя! — закричала девушка, хватаясь за отца сильнее, но Лорд Дрейк дернул, потянул хлыст на себя, и отца выдернуло из ее рук.
— Беги, лисенок! — только и выдохнул профессор Фокс, после чего свалился к ногам масона.
Аманда кивнула. Она все решила, с дневником у нее еще будет шанс поторговаться. В следующую секунду она ринулась к выходу. Солдату, попытавшемуся преградить ей дорогу, сильно не повезло, она отшвырнула его точным ударом ноги в точку солнечного сплетения и выбежала в незапертую дверь трактира, в чем была… И уже не видела, а лишь слышала, как позади прозвучали новые выстрелы — это мистер Бирн пальнул два раза в потолок и нацелил на Потапова пистолет.
— Сдавайтесь! — прокаркал он.
Аманда Фокс бежала, как могла, а каблуки сапог, надетых на удобные для ее выкрутасов брюки, все чаще проваливаясь в снег. После трактира она кинулась к лесу, поскольку здание стояло на опушке, немного за чертой города. Девушка понадеялась, что там окажется легче спрятаться. И хотя теперь мисс Фокс поняла, что это была плохая идея, поскольку помимо брюк и сапог на ее теле оказался лишь легкий жакет, а мороз уже больно начал пощипывать раскрасневшиеся щеки. Но Аманда все же бежала, бежала через лес, лавировала между соснами и еще какими-то деревьями, названия которых она не знала, но ветви которых так больно хлестали ее по лицу и телу. А по пятам уже нагоняла погоня.
Стоял день, солнце отражалось от белоснежного снега, и беглянку было очень хорошо видно. Раздались несколько выстрелов. Одна из пуль ударила совсем рядом, сбив кору с дерева.
«Боже, куда они стреляют? Это что же получается я им, совсем не нужна живой? — в ужасе подумала мисс Фокс. — Хотя, конечно, им ведь нужен только дневник».
Прыжок, Аманда перемахнула через сугроб, обогнула еще несколько сосен, а затем обернулась на ходу, чтобы взглянуть далеко ли погоня. Серые шинели солдат мелькали совсем неподалеку — преследователи приближались. И тут сама судьба подставила ей подножку в виде неудачно подвернувшегося корня, оказавшегося спрятанным под глубоким снегом.
Мисс Фокс плюхнулась в сугроб. И именно что плюхнулась, поскольку погрузилась в него с головой, а когда вся в снежинках подняла голову, то увидела перед глазами чьи-то сапоги. Ее взгляд тут же поднялся выше, заскользил по ногам, вырывающимся из сапог, задержался у пояса, заметив шпагу, украшенную внушительным сапфиром, пополз выше по волчьему тулупу и остановился на заросшем щетиной лице. Впрочем, лицо оказалось молодое, но не глаза! В серых, холодных глазах читался опыт человека повидавшего жизнь, а еще какая-то, трудноуловимая печаль. Об этом непростом жизненном пути свидетельствовал и седой локон, спадающий на лицо незнакомца, и выбивающийся из общей копны иссиня-черных волос.
«Просто дьявол какой-то! — возникла первая мысль у Аманды. — И наверняка разбойник, вон одет, как оборванец, не брит, не чесан, а у пояса благородный клинок, да еще и с сапфиром. Да, дорогуша, попала ты из огня да в полымя!»
Но незнакомец смотрел вовсе не угрожающе и даже протянул даме руку, чтобы та смогла подняться. И тут губы девушки не выдержали и сами собой произнесли, позабыв русскую речь:
— I need help[22]!
— Англичанка? — удивился разбойник, а потом вдруг фыркнул. — Терпеть не могу англичан!
— Это еще почему? — пискнула Аманда, наконец, подымаясь на ноги.
— Для русского человека от вас только беды и жди! — Был ответ.
Мисс Фокс от возмущения открыла рот, и уже хотела было произнести гневную тираду, как вдруг сзади донесся шум настигшей погони.
— А вот и беда пожаловала, — отчего-то совсем спокойно произнес разбойник. — Хотя сколько вас? Раз, два, три. Ну, позвольте, это еще не беда, а так — мелкие неприятности.
Шутливый тон незнакомца совсем не понравился Аманде, она с подозрением покосилась сначала на него, а потом на троих солдат, вооруженных ружьями и саблями.
— Иди своей дорогой, шутник, а девушку оставь нам, — выкрикнул один из служивых, — и мы тебя не тронем!
— Извините, но не могу позволить себе бросить даму в беде, — пожал плечами человек с седой прядью. — Не так воспитан.
— Неправильное решение, — покачал головой солдат, что вел диалог, и направил на разбойника ружье. — Буду считать до трех, может быть, ты передумаешь?! Раз…
— Два… — в такт ему произнес человек с седой прядью и медленно и демонстративно опустил руку на эфес сапфировой шпаги.
«Боже, что он делает? — в ужасе подумала мисс Фокс, переводя взгляд то на разбойника, то на солдата с ружьем. — Да он безумец!»
И тут прозвучало:
Интерлюдия
Мир был погружен в сумрак. Массивные, раскидистые кроны деревьев, сплошь покрытые лианами, и многочисленные гигантские папоротники изредка колыхались от легкого теплого ветерка. Иногда доносились крики крылатых ящеров, парящих высоко под облаками и наслаждающихся брачными играми. Но в остальном первозданный лес, по которому никогда не ступала нога человека, пребывал в полном спокойствии. Как вдруг ночную тишь пронзил дикий рев, а уже через секунду земля задрожала…
Молодые деревья послушно склонились под мощью выскочившего из леса ящера. Пробежав несколько метров и очутившись на открытой поляне, зверь остановился и, развернувшись, опустил рогатую голову, будто к чему-то готовясь. А еще через секунду из чащи донесся страшный, душераздирающий рык, и деревья вновь задрожали, будто в страхе перед тем, кто сейчас приближался. Рогатый дракон напрягся: правой передней лапой, словно бык, он ударил о земную твердь и выдохнул клубы пара из широких ноздрей, а затем еще ниже опустил голову и приготовился к схватке.
Могучие деревья, словно обычные кустарники, послушно разошлись в стороны, часть из них, что не захотела сдаться, оказалась сломана, и из чащи леса, гордо ступая, вышел гигантский ящер. На вид он разительно отличался от первого, поскольку опирался на массивные задние конечности. Передние лапы у зверя были маленькие и крючковатые, они казались бесполезными, зато огромная, словно у дракона, голова с маленькими, тупыми глазками и широкой, разинутой пастью с доброй сотней зубов делала чудовище воистину царем этих мест.
Зубастый ящер взревел, уставившись на противника. Рогатый ответил ему таким же мычащим воплем, а затем, выдохнув клубы пара из ноздрей и ударив оземь передней лапой, сорвался с места, устремившись на врага — сдаваться без боя ему явно не хотелось. Со всего размаху дракон врезался широким лбом в грудь зубастого монстра, и хищника отбросило в сторону. Ящер упал, ломая под собой деревья и пригибая папоротники, но быстро поднялся и, выставив вперед пасть, зарычал. Дракон вновь выдохнул пар и попытался атаковать вторично, но его враг развернулся в пол-оборота и ударил массивным хвостом по лапам рогатого гиганта. Хвост, словно хлыст, врезался в передние конечности дракона и тот, подкосившись, отлетел в сторону и упал набок, впиваясь лобными наростами в землю и разрыхляя ее. Остановившись, зверь тут же поднялся и затряс головой, а могучий ящер уже устремился на него, раскрыв устрашающую пасть. В самый последний момент рогатый дракон успел собраться с силами и, привстав на задних лапах, ударил передними в грудь подбегающего гиганта. Ящера откинуло назад, но он не упал, лишь отступил на два шага, сотрясая землю. Из пасти монстра вырвался новый яростный рык, и он атаковал хвостом. Дракон приподнял передние лапы, пропуская вражеский выпад и попытался боднуть ящера лбом, но тот, видимо предвидя этот ход, резко развернулся и устремил морду вперед, лишь в последний момент, клацнув зубами возле ускользающего противника. Рогач отшатнулся, а монстр вновь применил хвост, нанося страшный удар, но уже с другой стороны — по задним конечностям дракона. Зверь подкосился, упал на бок, попытался встать, но здоровенный ящер обрушился сверху, раскрывая ужасную пасть и вонзая острые, словно сабли, зубы в незащищенную шею жертвы. Еще секунда и мощные челюсти сомкнулись и заработали, разрывая драконью плоть. Рогач заскулил, задергался из стороны в сторону, но зубы ящера вонзились еще глубже, и стон поверженного зверя превратился в сдавленный писк, а потом и вовсе стих. А челюсти монстра все не успокаивались и не успокаивались, терзая безжизненную плоть, разрывая ее и проглатывая. И лишь поглотив несколько сочных кусочков, этот ужасный зверь оторвался от добычи и, устремив взгляд к ночному небу, издал ужасный и победоносный рев, ощущая себя истинным хозяином этих мест!
Жаль, но он ошибался…
Из чащи леса на могучего гиганта, терзающего плоть поверженной добычи, уставилась пара кроваво красных глаз с тонкими вертикальными зрачками. Те, кому принадлежали эти глаза, были куда хитрее и опаснее любого монстра этого древнего мира. Будто почувствовав, что за ним следят, ящер оторвался от трапезы и, подняв голову в сторону высоких деревьев, стал втягивать в широкие ноздри воздух. Учуяв нежеланных гостей, гигант разразился страшным рыком. В ответ донеслось противное змеиное шипение. А еще через секунду листья зашуршали, и из чащи выползло нечто, опирающееся на широкий хвост, переходящий в покрытое чешуей тело, с когтистыми пятипалыми руками, которыми существо сжимало белое копье с лезвиями по обеим сторонам. Да и мордой это создание совсем не напоминало глупую бездушную тварь, а имело сходство с теми, кому еще только предстояло появиться под этим небом. Губы открывали отвратительный рот, полный острых клыков, плоский нос, хитрые кроваво-красные глаза и высокий лоб, переходящий в раздувающийся капюшон… Нага оскалилась и зашипела в сторону гигантского чудовища, а затем, ударив в грудь когтистой лапой, сжимавшей копье, указала на противника, будто бросая тому вызов.