Дмитрий Карпин – Тайна Черной пирамиды (страница 17)
— Твой заяц? — с непониманием посмотрел на друга Павел.
— Да, мой заяц, — кивнул Владимир. — Правда, он уже не мой, но…
— Теперь он мой, — перебила Аня. — При нашей последней встрече месье Волков подарил мне его.
— При вашей последней встрече? — удивился Павел.
— Уверяю тебя, это была всего лишь случайность, — сказал Владимир. — Я возвращался с охоты и встретил Аню…
— Кто знает, была случайность ли это, — подмигнув Волкову, произнесла Аня. — Вы ведь специально возвращались через наши земли, Владимир. Лично мне приятно думать, что вы жаждали случайной встречи со мной. — И девушка звонко рассмеялась, поспешив скрыть улыбку за кружевами веера.
Юсупов с негодованием посмотрел на Аню, а затем на Владимира, но Волков покачал головой и с нажимом произнес:
— Уверяю вас, мадмуазель, что это была всего лишь случайность, мне просто хотелось развеяться и проверить прыть моего жеребца, потому я так далеко и уехал от своих земель.
— Кто знает, — улыбнулась Аня. — Ну, ладно, мне пора. Маменька уже заждалась. Сейчас мы будем всех приглашать за стол, так что не расходитесь далеко, господа… И Владимир, я надеюсь, что сегодня вы подарите мне танец!
— Всенепременно, — кивнул Волков, тайком бросив взгляд на Павла, который покраснел от негодования.
И Анечка удалилась, оставив господ одних.
— Владимир, мне кажется, я что-то не так понял? — возмущенно произнес Павел, в упор глядя на друга. — Или ты решил приударить за Анечкой, несмотря на мои чувства к ней?!
— Это не совсем так, дружище, — поспешил оправдаться Волков.
— Что значит не совсем?
— Прости, я не так выразился… Уверяю тебя, у меня и в мыслях ничего подобного не было!
— Но ее слова и взгляды говорят об обратном!
— Павел, послушай…
— Ничего не хочу, и слушать! — замотав головой, произнес Юсупов. — Прости меня, друг!.. Честь имею!
И кивнув Владимиру, разгоряченный Павел поспешил прочь, расталкивая господ и дам.
— Похоже, эта Анечка еще та сердцеедка! — многозначительно хмыкнув, заключил Мартин.
Владимир посмотрел на испанца, открыл было рот, но потом опустил голову и промолчал.
В этот момент гостей начали приглашать к столу.
— Не печалься, дружище, — положив руку на плечо ученика, произнес Мартин. — Жизнь — это всего лишь череда мелких недоразумений! Пошли же за праздничный стол и выпьем вина и забудем об этой мелкой несуразице!
Владимир кивнул, и они с Мартином двинулись к столу, за который уже стекались остальные гости. Стол оказался богато накрыт и украшен, он ломился от различных блюд и яств, среди которых были: царская уха из трех видов рыб на первое; утка, запеченная с апельсинами и красной капустой фламбе, с вишневым соусом; буженина из дикого кабана и осетрина, в сливочном соусе на второе; помимо этого на столе имелось великое множество закусок и различных салатов и, конечно же, вино и шампанское всех видов. У Мартина, увидевшего все это, заблестели глаза, и он, аппетитно облизнувшись, произнес:
— Сегодня живем!
Все поспешили за стол. Аня с маменькой сидели во главе, Владимир с Мартином разместились рядом, напротив них по другую сторону оказались Юсупов, Орлов и граф Рябов со своим незабвенным спутником, бравым гусаром Смолиным. Волков кивнул им и получил такой же кивок в ответ. Граф с интересом посмотрел на испанца, затем спросил что-то у Павла, тот как-то растерянно ответил и граф переключился на Смолина, зашептав тому что-то на ухо.
«Интересно, о чем это они там шепчутся?» — подумал Владимир, но возможности расслышать их разговор у него не имелось.
Все подняли первый бокал за именинницу и принялись за яства. Потом последовал второй тост за родителей Анечки: покойного Петра Карловича помянули добрым словом, а Елизавете Федоровне пожелали долгих лет жизни. Следующий тост был за любовь, и имениннице пожелали самого лучшего и самого богатого супруга, который только может сыскаться. В этот момент Владимир поймал на себе лукавый взгляд Ани, но отвечать на него он не стал и отвел взор в сторону, краем глаза увидев, как недовольно смотрит на него Юсупов. Друг явно ревновал его к своей возлюбленной, и на эту ревность он имел все основания, и повод, который Волков сам неосторожно даровал ему. Аппетит Владимира оказался испорчен, а в голову украдкой полезли недобрые и мучительные мысли.
Зато на аппетит Мартина ничто не могло повлиять, испанец ел за двоих, а вино пил за троих, меж тем успевая общаться с публикой, проявляющей к нему недюжинный интерес, и перешучиваться с Елизаветой Федоровной, чей интерес оказался выше всех прочих.
После того, как все наелись, заиграла музыка и те, кто помоложе направились танцевать мазурку. Владимир намеренно остался за столом и сделал вид, что о чем-то увлеченно беседует с Мартином, а сам краем глаза принялся наблюдать за Аней. К девушке подошел Павел и пригласил ее на танец, та не отказала ему, и они бросились в пляс… Владимир с облегчением вздохнул.
— Самый подлый поступок это предавать свое сердце, — поняв, о чем думает Волков, сказал Мартин. — Она же нравится тебе?! Так иди же и танцуй с ней и не обращай внимания на этого занудного пижона.
— Иногда веленью сердца лучше предпочесть голос разума, — произнес Владимир. — Этот занудный пижон — мой лучший друг и я бы очень не хотел ранить его чувства.
— Но… — начал, было, Мартин, но Волков перебил его:
— Я знаю наперед, что ты скажешь, мой дорогой друг, но не стоит!
— Как хочешь, — пожал плечами Мартин и подвинул к себе поближе графин с вином.
Тут к ним подошел Орлов и дружески похлопал Волкова по плечу.
— Друг мой, Владимир, приветствую тебя! — звучно сказал он и улыбнулся в густые усы. — Представь меня своему товарищу.
— Алексей Орлов, Мартин де Вилья, — без лишних слов коротко бросил Владимир и украдкой поглядел туда, где танцевали Павел и Аня.
— Эта большая честь для меня познакомится с вами, — присаживаясь рядом, произнес Алексей. — Я столько слышал о вас и о вашем искусстве. Могу ли я рассчитывать, на то, что вы дадите мне пару уроков?
— Рассчитывать можешь, — усмехнулся Мартин. — Но обещать не буду, поскольку задерживаться в России надолго я не собираюсь. Скоро наступят холода, а у вас такие суровые морозы, что боюсь, очередной зимы здесь я не переживу. Сам не представляю, как я смог выдержать их в прошлый раз, наверное, пил вина больше, чем обычно!
— С учетом того сколько ты пьешь, твоя кровь уже давно должна была превратиться в спирт, и ты вообще не должен чувствовать холода, — пошутил Волков.
Танец Павла и Ани закончился, и Владимир увидел, как они оба устремились к ним. Юсупов выглядел вполне довольным, Аня же просто сияла.
— Господа, а что это вы грустите и не танцуете? — подойдя к столу, спросила Аня.
— Мы наслаждаемся вином, мадмуазель, и милой беседой, — за всех ответил Мартин.
— Владимир, а вы ведь обещали мне танец?! — неожиданно произнесла Аня.
Волков поднял голову и увидел, как лицо Павла опять помрачнело, но правила приличия требовали от него исполнения обещания и, вставая из-за стола, он произнес:
— С превеликим удовольствием, сударыня.
И, взяв Аню за руку, Владимир повел ее вглубь зала, где танцевали другие пары. В центре левой рукой он обхватил Аню за талию, а правой сжал ее маленькую ручку, и они закружились в такт завораживающей музыки. Приятный аромат ее духов проникал в мозг и медленно пленял его, ее черные красивые глаза с восхищением смотрели на него, алые губы мило улыбались, а гладкая кожа рук заставляла трепетать. Танец закружил им головы, и Владимир ощущал прерывистое и приятное дыхание девушки на своей шее. Ощущать объект своего вожделения так близко, оказалось одновременно и божественно приятно и дьявольски невыносимо, поскольку Владимир знал, что сейчас за каждым их движением следит пристальный и ревнивый взгляд Юсупова.
— Как вы божественно танцуете, Владимир, — произнесла Аня.
— Спасибо. В танцах у меня большой опыт.
— Как и во многом другом, перед местными кавалерами!
— Вы намекаете на Павла?
— И на него тоже!
— Зачем вы делаете это с ним?! Он ведь безумно вас ревнует!
— Ну и пусть ревнует, ему это полезно. К тому же я ничего не обещала!
— Но он влюблен в вас, и я думал, что вы тоже влюблены в него!
— Признаться честно, я думала так же… пока не встретила вас! — неожиданно сказала Аня и отвела взгляд в сторону. — Но молчите, давайте не будем об этом сейчас.
— Как вам будет угодно, — произнес Владимир, не понимая радоваться ему в этот момент или напротив.
Когда танец закончился, Волков раскланялся с Аней и направился к столу, где Мартин беседовал с Орловым. Павла уже не было, и Владимир спросил у друзей, где он.
— Отправился с графом на балкон выкурить трубку, — ответил Алексей.
— Думаю, нам стоит присоединиться к ним, — сказал Владимир. — Мне бы очень хотелось повидаться с графом. — И он подмигнул Мартину.
— Так чего же мы ждем?! — допив бокал вина и вытерев губы салфеткой, произнес испанец. — Я бы тоже с превеликим удовольствием проветрился.
И друзья направились на балкон.
На большом полукруглом балконе, с которого открывался чудесный вид на вечерние окрестности владений Ларионовых, друзья нашли Павла в компании графа Рябова и бравого гусара Константина Смолина в начищенном до блеска мундире.
Владимир вежливо раскланялся, пожав руку Смолину, и надменно заглянул в холодные глаза графа, в которых, к своему удовольствию, он прочел легкое смятение.