Дмитрий Карпин – Мы – попаданцы, спасаем мир (страница 26)
Первым этапом плана, самым простым, было попасть на Марс. Хотя легко сказать «самым простым», ведь кого ни попадя туда не брали. Но тут помощь пришла, как говорится, откуда не ждали, поспособствовал сам старший майор госбезопасности Кир Бахчисараев. Денису пришлось переступить через себя и идти с поклоном на ковер с просьбой. И уже там, перед комитетчиком разыгрывать чувство вины перед страной и обществом, рассказывать, как тяжко с его опытом стража закона не быть милиционером, как он скучает по отцу и желает хоть как-то помочь ему. И для всего этого в совокупности он просит перевести его в военно-марсианский корпус для поддержания порядка на планете. Бахчисараев, конечно, удивился, пытался отговорить Дениса, рассказывал о том, что вахта на Марсе длится до трех лет, что за это время он, молодой парень, потеряет значительную часть жизни, но Громов-младший был тверд как сталь в своем решении и повторял заготовленную фразу: «В проступке отца я чувствую свою вину. Поэтому я все решил! И подобным поступком я желаю искупить преступление предка перед обществом». Он все же убедил кагэбэшника поспособствовать.
Денис зажег свет перед умывальником и, взглянув в зеркало, провел рукой по бритому черепу. Совсем недавно начавшие отрастать волоски кололись, как иголки самого настоящего ежа. «И почему это во всех армиях солдат принято брить наголо? Не марсианских вшей ведь они опасаются?»
Кстати, Анастасия и Кики тоже летели с ним на межорбитальном космическом паруснике, но уже в составе медицинской бригады. Но с их попаданием на корабль все обстояло гораздо проще, ни перед каким комитетчиком, упрятавшим родителя Дениса за решетку, им унижаться не пришлось. Здесь уже заранее постаралась ёжик, просто взломав компьютерную базу военно-марсианского корпуса в мире, который и слыхом не слыхивал ни о каких хакерах.
И теперь все они здесь: он, царевна, кицунэ. Летят под парусом по бескрайнему космосу к далекой и загадочной красной планете, с которой ученые необъятного Советского Союза сделали поистине невозможное. Да и тот факт, что летят они не на какой-то ракете, а на самом настоящем паруснике, бороздящем просторы космоса, тоже казался фантастическим. Во всяком случае, в родном мире об идее подобных парусников Денис даже не слышал.
Сама конструкция космолета не представляла собой ничего изысканного или изящного: длинный, вытянутый, вращающийся для создания постоянной гравитации цилиндр, так бы Денис описал корабль. Но впереди огромный парус со сторонами в полтора километра, сделанный из углеродного волокна, способного улавливать солнечный ветер и разгонять космолет до нескольких сотен километров в секунду. Парусник являлся межорбитальным кораблем и был создан прямо в космосе, поэтому он ходил лишь от планеты до планеты, а уже затем в дело шли обычные шаттлы.
Все это было очень фантастично и удивительно. Если мир смог создать нечто подобное, значит, он не так плох, говорил себе Денис. Но, впрочем, это уже не играло никакой роли, поскольку мир был действительно обречен, и сомневаться в этом уже не приходилось. До момента отбытия с Земли на планете произошел и второй катаклизм – новое извержение, да не одно, а множественное, правда, не такое масштабное, как йеллоустонское. Словно оспины на зараженной вирусом парадокса времени планете один за другим набухли вулканы и, будто язвы, начали лопаться то тут, то там, выпуская раскаленный гной. За этим последовали масштабные землетрясения, потянувшие за собой не менее разрушительные цунами. Японию, Новую Зеландию, Британию и даже внушительную часть Австралии затопило в одночасье. И, конечно, те, кто выжил, постарались покинуть пострадавшие от катаклизмов районы. И началось новое большое переселение народов. Мигранты обезумевшими толпами ринулись к территориям Советского Союза. И не сложно было догадаться, чем все это грозило обернуться…
Денис, наконец, умылся. Затем натянул черный комбинезон с нашивками, свидетельствующими о его принадлежности к правоохранительным марсианским войскам. Конечно, никаких капитанских звезд на шевронах не было, сейчас он являлся лишь обычным солдатом, которому предстояло сделаться надсмотрщиком-вертухаем в марсианском ГУЛаге, но этого было вполне достаточно для осуществления задуманного. Громов-младший еще раз провел ладонью по непривычному бритому черепу и, натянув кепку с изображением серпа и молота в красной звезде – символа войск, произнес:
– Дверь, отворись.
Стальные створки разошлись в стороны, и Денис вышел в коридор. Холодный, серый, без каких-либо украшений и иллюминаторов, зато с множеством дверей, за которыми жили новобранцы марсианских военных сил. Под потолком во всю длину коридора тянулась голубоватая подсветка, на стенах желтой краской стрелки, указывающие направления к лифтам, хозяйственным этажам и жилым корпусам вспомогательного персонала. Поначалу вся структура космолета представлялась Денису как самый настоящий лабиринт. Даже карта, что выдавали пассажирам при посадке, не вносила особой ясности, словно схема Московского метрополитена для жителя какой-нибудь отдаленной деревеньки, и казалась куда понятней, чем схема расположения секторов корабля. Но спустя время разобраться можно во всем. Поэтому сейчас уверенной походкой Громов-младший зашагал по коридору, попутно отвесив несколько кивков таким же бредущим на завтрак служивым, как и он. Многих из них он даже не знал, но если ты уже несколько месяцев путешествуешь в бескрайнем космическом пространстве, находясь на пусть и огромном, но все же немного тесном космолете, словно сардина в консервной банке, это как-то сближает тебя с другими «сардинами».
Как раз две такие «сардины» точно в таких же черных комбинезонах, как и на Денисе, сейчас дожидались лифта. Громов-младший коротко им кивнул. Дверь лифта отворилась, в кабинке уже стоял офицер в фуражке и форме – будущие надзиратели тут же откозыряли ему чин по чину, офицер коротко кивнул, после чего все трое вошли в лифт. Дверь затворилась, и кабинка бесшумно стала опускаться вниз, на табло быстро заморгали цифры: 18, 17, 16… На десятом ярусе лифт остановился, и все двинулись в пищеблок.
Столовая казалась необъятной: высокие потолки тянулись на несколько ярусов вверх, стены были белые, а не привычно серебристых тонов, преобладающих на корабле, зато столы, лавки и все остальное сверкало надраенной серой сталью. К украшениям интерьера можно было отнести лишь развешанные плакаты: агитационные, пропагандистские и по безопасности. «Товарищ, вымой руки перед едой – не плоди бактерии в космосе!» – на плакате изображен космонавт с вздернутыми, словно для заклинания у волшебника, намыленными руками, посылающий мылобол в страшного инопланетного демона-бактерию. «Товарищ, не будь жадным и ешь столько, сколько необходимо организму – помни, еда в космосе на деревьях не растет!» – опять же космонавт в защитном костюме, усыпанном крошками, комбинезон лопается на обжоре по швам в области живота, отчего этот самый живот вываливается прямо в открытый космос. И прочее, в лучших традициях советской пропаганды.
– Денис! – раздался девичий окрик.
Громов-младший повернулся на зов, возле раздаточного пункта еды с подносом в руках стояла Анастасия. На ней был белый комбинезон с нашивкой на рукаве в виде красного креста. Распущенные темно-каштановые волосы покрывала пилотка красного цвета – типичная форма работника марсианской медицинской бригады. За ней в очереди стояла Кики, но ее прикид типичным назвать нельзя, поскольку поверх белого комбинезона была накинута кожаная куртка-косуха, а пилотка отсутствовала. На космолете такие вольности пока позволялись, «а вот на Марсе, усмехнулся про себя Денис, наша панк-лисичка уже не повыпендривается».
Денис подошел к девушкам, Анастасия приветливо приобняла его. Это тоже являлось частью легенды, поскольку космолет – это герметичная «консервная банка», как его ранее определил для себя Громов-младший, а «сардины» в этой самой «консервной банке» являлись рыбками преимущественно молодого мужского пола, только и жаждущими оплодотворить очередную порцию икры. Поэтому на немногочисленных девушек на корабле шла самая настоящая рыбалка, и каждый из парней старался заполучить в сети собственную щучку. А к привлекательным Анастасии и Кики тут же выстроилась очередь из рыбаков. Поэтому решено было сделать вид, что царевна и Денис встречаются. Впрочем, Громову-младшему иногда казалось, что Насте подобный расклад даже нравится, и она не играет в любовь, а действительно, испытывает к нему чувства. Парню это льстило, Анастасия давно привлекала его, но у него была ёжик… Впрочем, ёжик официально его бросила, и он был зол на нее за весь ее кровавый «план Б», но сердцу же не прикажешь. Ну, а с Кики в плане ухажеров все обстояло гораздо проще.
Еще на третий день полета в спортивном зале, когда японская лисичка упражнялась в фехтовании, сражаясь против собственной тени с палкой, заменяющей ей катану, к ней попробовал подкатить конопатый ухажер. Кики смерила его презрительным взглядом и отвернулась. Парень не захотел так просто сдаваться и совершил грубую ошибку, положив девушке руку на плечо. Бедолага. Кицунэ тут же наградила его вывихом сустава. Неудавшийся ухажер, подвывая, ретировался к приятелям, и те решили заступится за товарища.