Дмитрий Иванцов – Агрессия. Зелёный луч (страница 9)

– Нет, пусть продолжают готовиться к производству. Мы лучше сами на месте постепенно легализуемся, пусть даже это займёт какое-то время. Это не сильно к спеху. А вот быстрый запуск производства нам очень критичен. А какая хорошая новость?

– Хорошая новость в том, что регистрационные архивы граждан у них в основном текстовые. Фотографии в паспорта и карточки они только-только начали вклеивать, поэтому задача нашей легализации в полиции существенно упрощается. Мониторим смерти молодых одиноких людей и каким-то образом оставляем их регистрационные карты в действующих архивах. Ну и под видом этих людей будет действовать кто-то из нашей группы.

Да, именно молодых людей. В плане проекта по этому поводу есть специальный пункт в разделе установки нейрослепков. Реципиентами должны быть тела именно молодых людей, которые смогут потом пятьдесят лет внедрять на Корване наш проект и дождаться дня снятия нейрослепков с агрессивных доноров. Этот день обозначен как Событие или «Красный луч», потому что связь с мозгом доноров и аппаратурой космолётов будет устанавливаться по энергетическому лучу и этот луч будет красного цвета. А вот луч дистанционной установки нейрослепков в тела реципиентов будет зелёного цвета. Поэтому день внедрения наших нейрослепков так и называется – день Зелёного луча. Ну и всем участникам группы внедрения проекта предстоит прожить ещё одну насыщенную жизнь. Да здравствует долголетие! Стоп. Что-то ту немного не то. Надо будет подумать на досуге.

– Надо дать задание местной группе, чтобы они разобрались в процедуре снятия с учёта умерших людей.

– Они уже узнали. В архиве полиции в конце каждого дня собирают карточки умерших, делают в них отметки о смерти и отправляют их в архив муниципалитета.

– Нам нужно наладить контакты с работниками архива полиции, там скорее всего сидят молодые девчонки. Им явно нужны деньги на наряды и трусы, поэтому с ними будет легко установить долгосрочные деловые отношения.

– Интересно, не подумал. – с уважением глядя на меня сказал Координатор группы.

– Надо дать задание тем, кто сейчас на Корване занимается подготовкой прибытия, заняться этими девочками. А ещё лучше, если они если наладят контакты с местным преступным или деловым миром. Там уже наверняка должна быть своя система левой корректировки архивов для желающих за деньги. Это явно будет стоить дороже, чем с девочками работать напрямую, но зато сэкономит местной группе кучу времени.

– Откуда ты всё это знаешь? – поинтересовался Координатор группы.

– Всё полезное можно или придумать с нуля, или взять готовое, у тех, кто это уже придумал. Я взял готовое. А что у нас с производством?

– Позавчера было совещание на эту тему, тебя туда по твоей просьбе не тянули.

– Да, меня на это отвлекать не нужно, я лучше буду заниматься основной задачей проекта. В производстве я мало чего понимаю и у нас в группе есть люди, которые эти вопросы решат лучше меня. А я решу те вопросы, в которых уже они ничего не понимают.

– С такой постановкой вопроса полностью согласен. Так вот, на совещании приняли окончательное решение на Корване заниматься, как ты и просил, только тремя направлениями.

– Правильно, распыляться не нужно. Одно направление основное, два для подстраховки. – одобрил я собеседника.

– Направления производства выбрали такие. Гигиенические средства, бытовая техника и оружие. По первой группе производство можно наладить за несколько месяцев, по бытовой технике подготовка займёт год или больше. А по оружию потребуется пару тройку лет.

– Годится. Стоп, ещё момент. – всколыхнулся я. – Нам нужно, чтобы один из группы акционерного общества получил тело пожилого человека.

– Так ведь он тогда лет через двадцать умрёт и до события не доживёт?

– Не принципиально. За двадцать лет мы систему уже в целом организуем и выведем в рабочий ритм. Зато на начальном этапе нам будет нужно контачить с местной аристократией и богатеями, а мы все молодые и доверие к нам у них будет не очень.

– Да, наверное, ты прав. – после размышления откликнулся Координатор. – Если у меня есть рудники, заводы и небоскрёбы, а тут ко мне какой-то пацан с предложениями, то я бы действительно отнёсся к нему скептически.

– Вот именно. Последнему связному нужно будет передать местной группе список параметров тел. И один реципиент должен быть в возрасте, лет пятьдесят-шестьдесят, мудрый, кто-то из политиков или профессоров университета. Обязательно на Западном континенте.

– А чей нейрослепок в него будем ставить?

– Надо хорошо подумать. – пробормотал я. – Скорее всего в это тело пойдёт мой Помощник.

– Так ведь тогда ты через двадцать лет останешься без своей правой руки?

– За двадцать лет у нас будет сформировано ядро рабочей группы из местных. И других помощников из него или наших политиков я себе за это время подготовлю. Кстати, нам надо твоего Заместителя и моего Помощника капитально накачать информацией и планами работ на первые полгода. Мало ли у нас с тобой будут какие-то сложности установки нейрослепков в новые тела или проблемы с натурализацией. Надо чтобы в такой период они тянули наши лямки.

И такие встречи у нас проходили каждый день. А ещё три раза в день тестирование в виртуальной капсуле. И ещё ежедневные встречи с подгруппами. Чаще всех я встречался с группами войны, революций и политиков. Потому что половина будущего успеха проекта зависело именно от этих его элементов. И ещё продолжение планирования и разработка деталей, чем я занимался всё оставшееся от других дел время.

Большинство участников группы внедрения жили в Центре миграции, но раз в неделю они выезжали к семьям, чтобы отдохнуть и разгрузить мозг. У меня семьи не было, из Центра я никуда не выезжал, потому что решил отрываться потом на Корване. Но мозг периодически разгружать было нужно, это я делал лёжа на лежаке во внутреннем парке. Так было каждый вечер, но лежал не бесплатно, а читал книги. В основном по истории Земли, потому что там было много чего интересного для нашего проекта. А по вечерам в воскресенье ездил в аквацентр, парился в саунах и плавал в бассейне.

– Вы являетесь фундаментом всей нашей группы, всего нашего проекта. – обратился я к участникам банковской подгруппы во время очередного совещания. – Без вас проект или не состоится, или будет идти очень медленно, и мы можем не успеть.

– Мы это всё понимаем, – отреагировал руководитель подгруппы, – и поддерживаем. Но у нас есть очень большие сомнения. Вот если бы мы создавали обычный банк, то тут без проблем. Собрали спецов, получили лицензию, арендовали помещения и вперёд. Но то, что ты предлагаешь, это что-то из области фантастики.

– Вряд ли тут что-то получится. – тоже высказал сомнения один из банкиров и остальные его поддержали.

– Давайте сделаем так. – не стал я с ними спорить. – Вы создаёте такой банк, который нужен для нашего проекта. А я обеспечиваю вам политическую и юридическую поддержку. С меня разрешение на деятельность банка, с вас его функционирование. Пойдёт?

– Да пойти-то пойдёт, только мы всё-таки сомневаемся. Никто такого не делал и с чего вы решили…

– Вот так прямо и никто? – посмеялся я. – Очень даже и делали. Только не у нас, а на Земле.

– Ну, знаете, на Земле… Земля не Корвана и не Сантага. То, что там получилось, не значит, что получится и на Корване.

– Скажите, а войны на Корване были?

– Ну, вроде как были.

– Не вроде, а точно. А революции?

– Были.

– И ещё революции и войны были и на Земле. Ну вот и наш банковский проект тоже получится. С меня разрешение, с вас техническая работа.

– Хорошо. – вздохнул руководитель подгруппы. – Но у нас есть вот такие вопросы…

И он стал задавать мне эти вопросы, а я исходя из имеющейся у меня информации, на них отвечать. Он делал пометки у себя в тетради, а я в своей записывал, что ещё мне нужно узнать. А после окончания встречи я поспешил на совещание с руководством Центра и проекта.

– Всё. – радостно объявил Начальник центра миграции. – Группа внедрения набрана полностью, все кандидаты прошли тесты и соответствуют критериям подбора. Последний связной добрался до Корваны и передал им список параметров тел реципиентов. Местная группа сообщает по реципиентам: все тела подобраны, со спутника предварительный захват нейроактивности произведён. Теперь контроль положения тел реципиентов ведётся постоянно, оборудование готово к установке нейрослепков.

– А что с натурализацией? – спросил я у Координатора группы внедрения.

– На Восточном континенте местная группа попробовала законтачить с сотрудницей архива полиции. Контакт получился, но когда девушке предложили сделать махинацию с регистрационными карточками, то она заявила об этом своему руководству и нашего представителя повязали.

– Странно. – огорчился я. – Теоретически должно было получиться.

– Подожди переживать. – остановил меня Координатор. – В полиции её руководство содрало с нашего представителя штраф за попытку подкупа и отпустило. Но перед этим тихонько дало нашему человеку номер телефона и предложило позвонить туда. Он позвонил, с ним встретился какой-то юрист, который предложил свои услуги для организации таких незаконных действий с полицейским архивом. Он сообщил цены на его услуги и сказал не болтать. Как оказалось, там действительно есть структура, которая имеет выход на полицейский архив, и его сотрудники выполняют заказы только от этой структуры. Потому что власти периодически их пытаются на этом поймать и засылают в архив своих агентов. И вот сотрудница архива как раз и думала, что наткнулась на такого агента, поэтому-то и сообщило о нём. Но руководство полиции проверила нашего человека и быстро сообразило, что это не агент властей. Поэтому дало ему втихушку телефон структуры.