Дмитрий Иванов – Новая экономическая физика. Природа денег (страница 3)

Второй фактор, сломавший весы ценности, – это исчезновение трения.

В физическом мире, чтобы изготовить второй стул, вам нужно столько же дерева, сколько на первый. Это линейный рост. Тут работают законы сохранения: нельзя получить больше, не потратив больше.

В цифровом мире (и мире идей) копирование стоит ноль.

Написать код для Uber стоило дорого. Но подключение миллионного водителя к системе стоит ноль целых ноль десятых цента.

Компании новой экономики работают как черные дыры: набрав критическую массу, они начинают затягивать в себя рынок с нарастающей скоростью, при этом их издержки почти не растут. Старая экономическая физика не знает, как это оценивать. В учебниках написано: «При росте производства издержки растут». В реальности софта: «При росте производства издержки стремятся к нулю, а прибыль – к бесконечности».

Поэтому деньги бегут из реального сектора (где действуют законы трения и гравитации) в виртуальный сектор (где царит невесомость).

Ловушка для работяги

И вот здесь мы подходим к главной драме современности.

Большинство людей работает в секторе «трения». Врачи, строители, водители, учителя – они не могут масштабировать себя. Учитель не может вести урок для миллиона учеников одновременно так же качественно, как для тридцати. Их время подчиняется жесткой физике.

А капиталы (деньги) утекли в сектор «невесомости».

Получается разрыв:

Люди живут в мире, где действуют законы сохранения энергии (устал – отдохни).

Финансовая система живет в мире, где действуют законы экспоненциального роста (инвестируй и масштабируй).

Интерфейс денег перестал стыковать эти два мира. Зарплата учителя – это линейная функция. Капитализация техгиганта – это экспонента. Пропасть между ними будет только расти, сколько бы денег ни печатали центробанки. Печать денег, наоборот, ускоряет этот процесс, потому что свеженапечатанные деньги первым делом попадают на финансовые рынки, раздувая «будущее», и только потом, в виде инфляции, приходят к тем, кто живет в «настоящем».

Мы оказались в ситуации, когда деньги, заработанные честным трудом сегодня, математически обречены проигрывать деньгам, поставленным на кон будущего.

Но что происходит, когда это будущее всё никак не наступает, а ресурсы настоящего начинают заканчиваться?

Локальная правда и глобальная ложь

Как получается, что тысячи умных людей с дипломами MBA, вооруженные суперкомпьютерами, принимают решения, которые в сумме выглядят как коллективное безумие?

Почему мы строим небоскребы из элитных квартир, в которых никто не живет, пока миллионы не могут позволить себе жилье? Почему мы создаем сервисы доставки, которые привозят одну зубную щетку за 15 минут, сжигая литр бензина, хотя с точки зрения логистики это абсурд?

Ответ прост: Интерфейс денег потерял связь с физической реальностью.

Представьте, что вы едете по GPS-навигатору. Он говорит: «Поверните направо, там свободная дорога». Вы поворачиваете и падаете с обрыва. Навигатор не хотел вас убить. Просто карта в его памяти устарела, мост обрушился вчера, а спутник этого не увидел. Для навигатора дорога существует. Для физики – нет.

Сегодня деньги работают как этот сломанный навигатор.

Искажение сигнала

В здоровой экономике высокая цена – это сигнал: «Этого ресурса мало, береги его». Низкая цена – сигнал: «Этого много, можно тратить».

Но когда в систему вливается бесконечная ликвидность (дешевые кредитные деньги), компас сходит с ума. Деньги говорят предпринимателю: «Строй этот торговый центр, деньги дешевые, спрос будет!» В реальности же (в физическом мире) город уже задыхается в пробках, у людей нет времени гулять по моллам, а набержная не выдержит еще одной горы бетона.

Возникает феномен локальной правды и глобальной лжи.

•      Локально застройщик прав: он взял дешевый кредит, построил, продал бетонные метры инвесторам (которые тоже хотят спасти деньги от инфляции), получил прибыль. Баланс сошелся. Интерфейс показал «Успех».

•      Глобально система проиграла: ресурсы потрачены на создание мертвого актива, который не генерирует жизнь, а лишь потребляет энергию на отопление пустоты.

Это называется ошибкой аллокации (распределения) ресурсов. И сейчас она достигла исторических масштабов. Мы тратим лучшие умы поколения не на то, чтобы открыть новые источники энергии или вылечить рак, а на то, чтобы заставить пользователя кликнуть по рекламе на 0,1 секунды быстрее.

Почему? Потому что сломанный денежный интерфейс говорит, что клик стоит дороже, чем лекарство.

Скрытый счет

Проблема не только в том, что деньги врут о будущем. Они врут и о настоящей стоимости вещей.

Посмотрите на пластиковый стаканчик. Он стоит 1 цент.

Деньги говорят вам: «Это мусор, это ничего не стоит».

Физика говорит: «Чтобы сделать этот стаканчик, нужно было добыть нефть с глубины 2 км, перевезти её танкером, переработать на заводе, отлить форму и привезти в магазин».

Экология говорит: «Этот стаканчик будет разлагаться 400 лет, отравляя почву».

Реальная стоимость (энергетическая и экологическая) этого стаканчика – несколько долларов. Но денежный интерфейс показывает 1 цент. Куда делась разница?

Она ушла в невидимый долг.

Мы не платим этот долг на кассе. Мы платим его своим здоровьем, изменением климата, качеством воды и воздуха.

Старая экономическая модель позволяла игнорировать эти «экстерналии» (внешние эффекты). Можно было приватизировать прибыль и национализировать убытки. Завод получал деньги, а город получал смог.

Но мир стал тесным. Спрятать убытки больше негде. «Внешней среды» больше нет, мы живем в замкнутой системе.

Системная слепота

Это создает опасную иллюзию эффективности. ВВП растет, компании отчитываются о рекордных прибылях. Но если бы мы пересчитали баланс по законам термодинамики (учитывая истощение почв, выгорание людей и загрязнение воды), мы бы увидели, что мировая экономика давно работает в убыток.

Мы похожи на биологический вид, который научился сжигать мебель в доме, чтобы согреться. Термометр показывает, что в комнате тепло (ВВП растет). Но мебели становится всё меньше. И когда сгорит последний стул, холод наступит мгновенно.

Деньги, как устаревший интерфейс, не умеют учитывать стоимость «мебели» (природного капитала и социального доверия). Они умеют считать только дрова в камине.

Именно поэтому вы чувствуете, что мир «сошел с ума». Ваша интуиция (древний биологический механизм) видит, что дом пустеет. А экономические сводки (сломанный прибор) говорят, что вы богатеете.

Кому верить? Глазам или цифрам?

Великая коррекция: когда физика предъявляет счет

Есть одна фраза, которую стоит вытатуировать на дверях каждого центробанка и фондовой биржи: «Физика не ведет переговоров».

Вы можете договориться с кредиторами. Вы можете принять закон, запрещающий банкротства. Вы можете изменить правила бухгалтерского учета. Но вы не можете уговорить энтропию подождать или убедить законы термодинамики сделать исключение для «слишком больших, чтобы упасть».

Рано или поздно наступает момент, который в старой экономике называют «кризисом», а в новой физике – синхронизацией.

Эффект натянутой резинки

Представьте, что реальная ценность (ресурсы, труд, технологии) и денежная масса (цена) соединены резинкой. В нормальном мире резинка расслаблена: цена соответствует ценности.

Последние пятнадцать лет мы изо всех сил тянули цену вверх, печатая деньги и раздувая капитализацию, в то время как реальная производительность росла черепашьими темпами или стояла на месте.

Резинка натянулась до предела. Она звенит от напряжения.

Это напряжение мы ощущаем как социальную тревогу, политическую поляризацию и тотальную неуверенность в завтрашнем дне. Мы все интуитивно ждем удара.

У системы есть только два выхода:

1.      Резкий рывок ценности вверх. Случится технологическое чудо (бесплатная энергия, синтез материи), которое мгновенно сделает реальный мир таким же богатым, как его финансовое отражение.

2.      Резкий рывок цены вниз. Схлопывание пузырей. Денежная оценка с грохотом падает до уровня реальности.

История показывает, что второй вариант случается гораздо чаще.

Кризис как возвращение зрения

Мы привыкли бояться слова «кризис». Нам кажется, что это поломка системы.

На самом деле, кризис – это единственный момент, когда система работает исправно.

Когда рынок обваливается на 50%, когда разоряются банки-зомби, когда сгорают дутые стартапы – это не катастрофа. Это момент, когда датчики сбрасывают лед и начинают показывать реальную высоту.

В этот миг деньги снова обретают смысл. Они очищаются от инфляционного жира и снова становятся жестким, честным эквивалентом реальности.