Дмитрий Хихидок – Дневник зараженного. Апокалипсис (страница 5)

– А вот и я, – Водила влетает в палату, и Светлана резко от меня отшатывается. – У вас все в порядке? Чего ты такой бледный?

– С ним все хорошо, – Света мило улыбнулась. – Он просто изъявил желание отправиться в тренировочный лагерь, чтобы накачать мышцы и перестать быть слабаком.

– Серьезно? – Бородач хлопает меня по плечу, – молоток, пацан, я не думал, что ты сам это предложишь.

Я сглатываю комок в горле.

– Конечно, сам. Не она же заставила.

Водила весело смеется этой шутке.

– Был у начальства. Они дают два месяца на подготовку к операции. Я назначен ответственным за нее. Света – мой зам. Так что – еще увидимся.

Они выходят из палаты. Света, обернувшись, смотрит на меня. Ее губа приподнимается, и я вижу, что она рычит на меня сквозь стекло.

– Боже, помоги мне выжить в тренировочном лагере!

Часть 3

Из дневника школьника 11 класса, найденного в заброшенном коллекторе города N-ска:

1 день

Сегодня первый день, когда меня привезли в тренировочный лагерь. Ужасно боюсь встречи со Светой. На построении важный дядька проинструктировал меня и еще 10 человек, что мы тут на 2 месяца, чтобы пройти ускоренную физподготовку и овладеть приемами рукопашного боя. Со мной рядом стоят контрактники, которые выше на голову и старше лет на 5. Выделяется здоровый детина, который ухмыляется на эти слова. Дядька хмурится, но замечание не делает.

Обедали, потом была теория. Изучали разные виды оружия и как им пользоваться. Вечером случилось ЧП. Приехала Светлана. На построении, когда она проходила мимо нас, детина хлопнул ее по попке.

Скорая приехала быстро. Если сломанную руку еще можно вылечить, то что можно сделать с разорванным горлом? Детина распластался на асфальте, а из порванной зубами артерии булькала кровь. Светлана рвала голыми руками на нем камуфляж и пыталась дорваться до сердца. Водила оттаскивал ее от здоровяка, который уже бился в конвульсиях. Построение свернули, а нас отправили по комнатам. Спал плохо. Снились кошмары.

3 день

Прошел слух, что я знаком со Светланой. На утренней пробежке меня прижали к стенке и допрашивали, откуда я знаю ее. Узнав, что она моя наставница, контрактники отстали. Здорово, дедовщины я избежал. Хотя неизвестно, что хуже – дедовщина или Светлана.

Весь день занимались физподготовкой. Светлана наравне с нами отжималась и подтягивалась. Водила стоял неподалеку и следил на ней. Потом отрабатывали приемы рукопашного боя. Итог: двое в лазарете, а я снова видел страшный оскал Светы, когда она кидала в разные стороны солдат.

Вечером Света и Водила пришли ко мне. Передавали привет от Лерки. Уже скучает. Замечаю, что когда Водила говорит о моей сестренке, его голос размякает. Кажется, Лерка взяла в оборот Бородача. Света рассказывает, что третий город хранит информационную блокаду. Все, кто въезжает в него, назад не возвращаются. И хотя по телевизионным каналам идут обычные новости, на телефонные звонки никто не отвечает.

7 день

Был так загружен, что не было сил писать. Вечером после отбоя сразу засыпал. Тело – сплошной синяк и нет живого места. Уже научился вскакивать и одеваться за 45 секунд. Автомат Калашникова собираю и разбираю с закрытыми глазами за 10 секунд. Вернулся один контрактник из лазарета, второй попросился на перевод. Кстати, тот здоровяк выжил, правда, шрам на шее будет здоровый.

10 день

Сегодня мною занималась Светлана лично. Я ловил сочувствующие взгляды солдат, когда от моего падающего тела стояла пыль столбом. Запрещенные приемы. Увороты от удара в пах. Как избежать укусов в шею. Я дергался каждый раз, когда слышал щелканье зубов у своего горла. Крики Водилы, чтобы Света была поосторожнее со мной, потому что я еще ребенок, мало меня успокаивали.

15 день

Мне почти 17 лет и я не груша, чтобы меня каждый день метелили. В очередной раз, когда Светлана приблизила ко мне свои зубы, я боднул ее головой. Ее голова откинулась, и на губах появилась кровь.

– Как ты посмел! – прорычала она, и ее руки протянулись к моей шее. Кровь вперемежку с пеной стала капать мне на лицо. Я блокировал ее руки, согнул ноги в коленях и оттолкнул от себя. Вскочив на ноги, я согнул руки в боксерской стойке. Сзади послышались хлопки. Я оглянулся и увидел, как солдаты стоят полукругом, одобрительно кивают и хлопают мне. Потом меня сбил танк, и я потерял сознание.

Очнувшись в палате, я увидел Светлану и Водилу.

– Молодец, – одобрительно сказал Бородач, – наконец-то дал сдачи. Именно этого Света и добивалась.

Светлана кивнула головой.

– Не обижайся, но ты вел себя как хлюпик. Меня, конечно, накрывает психоз, но ты сделал все правильно.

Боже, Света стала нормальной, – тепло растекается у меня по телу.

– Но ты не расслабляйся! – в голосе Светы появились рыкающие нотки. – Еще полтора месяца впереди. Надо работать, чтобы выжить.

18 день

Сегодня дрался с зараженным. Оказывается, у нас тут есть свои бои без правил. В клетке 4*4, где некуда убежать, в близком контакте сходились солдаты и зараженные. Мы изучали их повадки и как правильно от них защищаться. Мне достался юркий зараженный. Судя по всему, он не первый раз выходит на ринг и уже понимает, что убить меня ему никто не даст. Поэтому зомбак старался нанести мне побольше увечий. Я уворачивался, блокировал его руки и бил в корпус ногами, не подпуская к себе. Минут через 15 я стал выдыхаться. Но зараженный, казалось, был вылит из стали. Я стал пропускать его руки. Он прижал меня к стенке клетки, и его зубы опасно приблизились к шее. Я боднул его головой как Светлану. Он отшатнулся, и я нанес удар ногой в пах. Зараженный взвыл и покатился по полу. Я сел ему на спину и связал руки веревкой, которая была у меня на поясе.1-0

25 день

Все, физические упражнения закончились. Почти каждый день мы проводим на ринге. Против одного, двух, трех зараженных. Иногда на ринг выходит Света, и тогда весь лагерь сбегается посмотреть на эту драку. Зараженные сначала не понимают, что им делать, так как Света выглядит как они. Поэтому ей приходиться начинать первой. Заканчивает она тоже первой. И как всегда смертью зараженного. Разучилась она жалеть. Солдаты каждый раз офигевают, когда она разрывает голыми руками грудную клетку и вырывает сердце.

30 день

Вот, что у меня получается хорошо. Я хорошо стреляю из снайперской винтовки. Выехали на полигон, где я уделал всех. Доволен как слон. Может, я и не такой сильный, зато лучше всех стреляю. Делаю вид, что ничего особенного, хотя распирает всего изнутри от удовольствия.

33 день

Приезжала Лерка. Визжала на весь лагерь, когда увидела меня. Черт, неудобно как-то. Все на меня смотрят и лыбятся. Ну и фиг с ними. Моя сестренка, что хочу, то и делаю. Ловлю ее на руки и подбрасываю в воздух. Какая она легкая стала. Или я поднакачался, что ли.

35 день

В лагере появился здоровяк. На шее ужасный розовый шрам. Ушел в домик к начальству и долго не выходил. Потом туда пришла Светлана с Водилой. Стоим с солдатами, обсуждаем, к чему бы это. Дверь распахивается. Здоровяк подходит к нам.

– Остаюсь с вами. Светлана меня простила.

Вот это поворот! И кто кого должен прощать? Но все равно вызывает уважение этот поступок. Остаться с нами после всего, что случилось…

40 день

Подняли по тревоге. Стоим на плацу, поеживаясь от холода. Водила со Светланой рассказывают, что одному человеку удалось вырваться из города через подземные коллекторы. Зомбаки мутируют, начинают объединяться в группы. Живых людей сгоняют в отстойники и охраняют с зараженными собаками. Часто уводят куда-то, но никто из них не возвращался ни живым, ни мертвым. Идут слухи, что над живыми людьми проводят какие-то опыты. Ему удалось вырваться, потом он долго прятался в канализациях. Он нарисовал схему прохода в город по подземным туннелям. Пора выяснить, что там внутри.

41 день

Добровольцев мало. Одно дело стоять в оцеплении среди своих, а другое – лезть к зараженным в самое пекло. Из 10 человек вызвался

Шрам, как прозвали здоровяка, кореец Ли по прозвищу Китаец и два брата-близнеца, выжившие во втором городе и потерявшие родителей. С зараженными дрались всегда вместе, стоя спиной к спине. За нечувствительность к боли и неуступчивость в бою получили прозвище Братья-варвары. Меня не спрашивали. Это было очевидно.

Заехали в головной офис. Хотел попрощаться с Леркой. Ее не берем. Должна понимать. Это мужская работа. Пока собирал вещи, искал ее взглядом. Но она куда-то пропала. Жалко, не успел попрощаться.

На закрытом брифинге узнали координаты города и расположение коллектора, подземный путь которого вел в город. Выживший мужчина обещал показать путь до входа, но дальше отказывался с нами идти.

Зашли в оружейную. Глаза разбегаются, сколько оружия. Я сразу усмотрел снайперскую винтовку. Шрам выбрал гранатомет, Китаец – полуавтоматические пистолеты и мачете, а братья обвешались всем оружием, которое смогли на себе унести. Светлана и Водила были скромнее. Автоматы и гранаты.

Машина была другая, обшитая крепким железом по бокам и спереди. На окнах решетки. Хотя не понимаю, зачем. Мы все равно будем в город пробираться на своих двоих. Но все равно так спокойнее. Водила за рулем. Света и я спереди, бойцы сидят сзади, бренчат оружием и балагурят. Улыбаюсь, когда близнецы в очередной раз спрашивают у Китайца, правда ли, что для него белые на одно лицо.