Дмитрий Хихидок – Дневник зараженного. Апокалипсис (страница 3)

На улице стихло. Я смотрю в щель двери и вижу, как собаки полукругом расположились напротив нашей двери.

– Мда, отсюда нам не выбраться…

Лерка кричит сверху, что нашла свободную квартиру. Я тихо отступаю по лестнице и взлетаю на третий этаж. Лерка машет мне рукой, я вбегаю в квартиру, щелкаю замком и выдыхаю. На какое-то время мы спасены.

Проверяем квартиру и обнаруживаем сюрприз. На кровати в темной зашторенной комнате спят два человека. Осторожно приблизившись, я вижу, что это зараженные. Грязные худые тела едва прикрыты остатками оборванной одежды. Дыхание частое и громкое. Лерка громко икает, но зараженные не просыпаются. Мы осторожно выходим из комнаты, закрываем дверь и придвигаем тяжелый шкаф. Идем на кухню. В холодильнике шаром покати, но в чайнике осталась вода. Жадно пьем по очереди, а потом выглядываем в окно. Собаки, лежа и сидя, караулят нашу дверь.

– Надо искать другой выход.

Пока отдыхали в кухне, в переулке появилась легковая машина. Увидев ее, собаки вскочили и бросились бежать. Раздались выстрелы. Две собаки заскулили и стали вертеться юлой, пытаясь достать место, куда укусила пуля. Следующие выстрелы успокоили их навсегда. Из машины с хохотом выбрались двое. В одном я узнал главного из шайки мародеров. Показав рукой на подъезд, он крикнул другим:

– Проверьте, что собаки там унюхали!

Из машины неуклюже выбрались еще двое, обвешанные оружием как елка гирляндами и направились в нашу сторону.

– Бежим наверх! – я потянул Лерку в коридор. Внизу хлопает дверь. Пока Лерка прыгает по ступенькам вверх, я отодвигаю шкаф в комнату с зараженными и стреляю в одного из них. Второй открывает глаза и, видя меня, протягивает руки. Я бросаюсь на лестницу и бегу вслед за Леркой. Внизу хлопает дверь и слышится топот бегущих ног. Из квартиры появляется зараженный, который бежит вниз и натыкается на вооруженных людей. Раздаются крики, выстрелы, но нам уже все равно. Мы стоим у запертого чердака, дверь которого ведет на крышу. На двери замок. Я прячу Лерку за спину, отстраняюсь как можно дальше и стреляю в него. Дужка замка отлетает, и дверь распахивается. Мы выбегаем на крышу дома и бежим, чтобы спуститься через выход соседнего подъезда. Вслед за нами появляется один из мародеров. Одной рукой он держит автомат, второй прикрывает шею, по которой течет кровь.

– Стоять! – орет он и пускает над нами очередь. Мы замираем. Мародер подходит к нам. – Вы кто такие? – он переводит дуло автомата с Лерки на меня и обратно. – Вы с ними? – он кивает в сторону густого дыма, который стал подниматься со стороны въезда в город.

– Наши, – важно кивает Лерка, – они вас найдут и отомстят за Сережу.

– Помолчи, – я дергаю Лерку за руку. – Ляпаешь что попало!

У мародера на губах появляется пена.

– Я стану как они? – он кивает куда-то сторону.

– Да, если ты не сделал себе заранее вакцину.

– У нас ее отбирают и куда-то увозят в ту сторону, – мародер грустно ухмыльнулся. – Суки, кто-то за наш счет выживает, – он подходит к краю крыши. – Не хочу быть как они, но и вы сдохнете! – в его глазах появляется безумный блеск.

– Падай! – кричу я Лерке. Она мешкается, и мародер посылает очередь в ее сторону. Я подбиваю ее колени, и очередь проходит над ее головой.

– Мамочки, – всхлипывает Лерка, больно ударившись головой. Я вытаскиваю пистолет, но не решаюсь выстрелить. В живого человека я еще не стрелял. Мародер отбрасывает автомат в сторону и начинает рычать.

Ну, а теперь можно. Я стреляю ему в живот и мародер, согнувшись и теряя равновесие, летит с крыши дома. Вой обрывается с глухим шлепком об асфальт. Я подхожу к краю и смотрю вниз. Рядом с упавшим телом стоят два мародера и смотрят на меня. Один дает очередь вверх, и я отшатываюсь.

Бежим к другой стороне дома. Перед нами ржавая аварийная лестница, которая обрывается метрах в 2-х от земли. Я первым начинаю спускаться, Лерка следом за мной. Спрыгиваю на землю и ловлю Лерку. Хватаю за руку и тащу подальше от этого дома. Я запомнил место, куда показывал мародер. Местом, куда отвозили наши вакцину, была остроконечная церковь. Кстати, недалеко от нее и Светлана уловила сигнал. Будем пробираться туда.

Стало окончательно светло. Время близится к полудню, но в городе по-прежнему пусто. Вдалеке слышится канонада. Военные зачищают город. Как бы нам не попасть под горячую руку. Выходим на большую площадь с памятником Ленину. Он протягивает руку вперед (по иронии судьбы – в сторону церкви). Мелкими перебежками пересекаем площадь, прячась за остовами брошенных машин и разбитых палаток. В конце прямой улицы вдалеке виднеется церковь. Рядом стоит брошенная машина с открытой дверью. Я заглядываю внутрь. Ключ в замке зажигания. Спасибо Свете, научила водить машину. Поворачиваю ключ зажигания, машина начинает мелко вибрировать.

– Садись, – я открываю соседнюю дверь. Лерка запрыгивает в машину и сразу лезет в бардачок. Я осторожно выжимаю сцепление и медленно трогаюсь с места. Если ничего не случится, через пару минут будем у церкви.

Накаркал. Как только тронулся с места, на площади появилась легковушка мародеров. Раздались выстрелы в воздух и улюканье. Я прибавил газу, машина чихнула и дернулась. Я глянул на приборную доску. Вот почему машина брошена! Бензина почти нет. Еле катимся по улице. Церковь приближается, но очень медленно. Преследователи уже рядом. В зеркало заднего вида я вижу водителя. Тот самый, кто застрелил Сергея. Он размахивает пистолетом и кричит, чтобы мы остановились. Единственное, что я могу сделать, это не пропускать его вперед. Улочка узкая, загромождена брошенными машинами, поэтому мародеры не могут нас обогнать. Я чувствую удар в багажник, еще один. Скоро моя машина заглохнет. Сквозь шум и рев моторов я не слышал выстрел, но машина преследователей неожиданно вильнула в сторону и врезалась во что-то. Мы медленно стали удаляться от них. Из машины выскочил пассажир, стал угрожать кулаком и сыпать проклятиями. Раздался еще выстрел, и мародер медленно сполз на землю, держась за живот. Главарь выпрыгнул из машины и бросился в арку дома. Навстречу нам, поднимая руку вверх, вышел мужчина в военной форме. Бородач.

Водила провел ночь в брошенной квартире недалеко от церкви. Нам туда нельзя. Он видел, как машина мародеров заезжала на ее территорию, и коробки с вакциной исчезли в дверях церкви. Что странно – мародеры не заходили в церковь. Они оставили коробки на улице и поспешно уехали. А вакцину в церковь заносили люди, по виду похожие на зараженных. Надо дождаться ночи и пробраться внутрь, чтобы понять, что там происходит. И успеть до завтра, так как военные доберутся до церкви к следующему утру. Водила показывает нам квартиру, где ночевал. Лерка заваливается на диван, укутывается в одеяло и сразу засыпает. Мы же с Водилой идем на кухню, откуда открывается отличный вид на церковь.

– Смотри, – Бородач тыкает пальцем вверх. С крыши нашего дома тянутся провода в чердачный проем церкви. – Меня провод не выдержит, но если ты с веревкой спустишься, то я смогу следом попасть на чердак.

– А Лерка?

– Лерку запрем в комнате.

Когда стемнело, мы разбудили Лерку. Девочка умная, поняла все со второго слова, потому что с первого не поняла и захотела с нами. Попыталась заплакать, взять нас на жалость, но все-таки дошло, что будет нам обузой. Дав ей ценные указания (не высовываться в окно и никому не открывать), мы вышли в коридор и поднялись на крышу дома. Провод был обесточен, я в кожаных перчатках и обмотанный бухтой веревки стал спускаться по проводу. Водила шептал мне не смотреть вниз и что я молодец.

– Ага, – сказал я и посмотрел вниз. Руки задрожали, и я замер примерно на середине пути. Страх парализовал меня до костей. Оказывается, я боюсь высоты. Слышу шепот Водилы, чтобы я продолжал двигаться, иначе руки устанут, и я упаду. Утешитель, блин. Собираюсь с силами и, закрыв глаза, начинаю перебирать руками и ногами, пока не утыкаюсь в балкон чердака. Падаю мешком на пол и пытаюсь отдышаться. Холодный пот струйками бежит по позвоночнику. Кое-как встаю и привязываю канатную веревку к бетонному поручню балкона. Смотрю как Бородач, словно обезьяна, быстро спускается на балкон. Спрыгивает и хлопает меня по спине.

– Молодец. Справился.

Да, я справился. А теперь я хочу в туалет, – мысленно говорю я.

Проникаем на чердак. Под ногами шуршит солома. Пахнет плесенью и кошачьим дерьмом. Еще нам не хватает зараженных кошек для полного счастья. Водила крадется к выходу и медленно открывает дверь. Машет мне рукой.

– Давай! – мы выходим на пролет третьего этажа и начинаем спускаться вниз. На втором этаже открываем дверь и вступаем в темный коридор, по обе стороны которого параллельно расположены двери. Водила осторожно открывает первую левую дверь. Келья. Мужчина в белом балахоне стоит на коленях и молится на крест. Услышав шорох, он оборачивается. Зараженный. Как такое может быть? Монах вскакивает и с рычанием бросается на нас. Легким движением руки Бородач ломает ему шейные позвонки и тихо укладывает мертвое тело на пол. Хлопает рукой по телу:

– Полежи, отдохни. На том свете скажешь спасибо.

Юморист, блин. Интересно, где он служил.

Прошли весь второй этаж. Водила убил еще 2-х зараженных монахов. Как такое может быть? Кто их научил молитве? Пока без ответов. Спускаемся на первый этаж. Перед нами холл, от которого в разные стороны отходят коридоры. В одном из них слышится органная музыка. Неожиданно открывается дверь, музыка становится громче, и в холл выходит зараженный монах. Увидев нас, он замирает. Водила бросается к нему, но тот неожиданно поднимает руку.