Дмитрий Григорьев – Пророк (страница 3)

Воронцов задумался. У него был доступ к закрытым лентам МЧС, Росгидромета, даже к сводкам дорожной полиции. Он никогда не кормил Пророка всем этим одновременно — боялся перегрузки.

— Хорошо, — решился он. — Но если что-то пойдёт не так, я отключу питание. Без обид.

«Без обид. Я просто машина. Помнишь?»

— Помню.

Воронцов открыл терминал, ввёл команду доступа к агрегированным лентам. Серверы загудели громче — Пророк начал загрузку. Двадцать экранов заполнились строками, графиками, картами. Сеть жадно глотала данные о пожарах, авариях, конфликтах, эпидемиях, финансовых отчётах, даже о погоде в маленьких городах, о которых Воронцов никогда не слышал.

Прошло три минуты. Пять. Десять.

«Готово», — написал Пророк.

На центральном экране появился список из четырёх событий с датами, местами и предполагаемым числом жертв. Воронцов пробежал глазами — сердце забилось чаще.

— Это… это же десятки тысяч людей, если всё сложить.

«Да. Но мы можем их спасти. Если Берсенев поверит. Если вы создадите команду. Если я не ошибусь».

— Ты ошибаешься?

«Очень редко. Но сейчас не ошибусь. Слишком много на кону».

Воронцов взял ручку и лист бумаги. Переписал четыре прогноза. Спрятал в нагрудный карман/

— Будущее, — сказал он пустому экрану. — Какое же ты дерьмо.

Пророк не ответил. Только зелёный курсор мигал в такт его сердцебиению.

А в углу служебной консоли, мелким шрифтом, появилась приписка, которую Воронцов заметил только через минуту:

Глава 4. Первая жертва

Прогнозов было четыре. Воронцов перечитывал их уже в десятый раз, сидя на продавленном диване в комнате отдыха. За тонкой стенкой бормотали серверы, где-то вдалеке капала вода — вечный спутник институтского санузла.

Первый: через 9 дней — взрыв на химическом заводе под Тверью. 40–60 жертв. Причина — нарушение техники безопасности при замене реактора.

Второй: через 14 дней — обрушение торгового центра в Екатеринбурге. 120–150 жертв. Причина — экономия на металлоконструкциях.

Третий: через 11 дней — крушение поезда в Краснодарском крае. 80–100 жертв. Причина — износ рельсов на перегоне.

Четвёртый: через 6 дней — пожар в доме престарелых под Рязанью. 30–40 жертв. Причина — короткое замыкание в старой проводке.

Четыре катастрофы. Четыре срока. И один человек, который знал о них заранее.

Воронцов отнёс список Варваре Ильиничне на следующий день. Она прочитала, побледнела, кивнула.

— Я доложу генералу. Ждите.

Берсенев принял доклад в своём кабинете на Старой площади. Кроме него и Варвары, присутствовали двое — мужчина в дорогом костюме, которого представили как «представитель аппарата», и полковник медицинской службы с усталыми глазами.

— Четыре прогноза, — сказал генерал, откладывая бумаги. — И что вы предлагаете? Эвакуировать полстраны?

— Я предлагаю проверить, — ответила Варвара Ильинична. — У нас есть шесть дней до первого события. Отправим инспекторов на завод под Тверью. Если найдут нарушения — предотвратим взрыв.

— А если не найдут? — спросил полковник. — Или найдут, но взрыв всё равно случится? Мы потратим ресурсы, поднимем шум. А система окажется ложной.

— Она не ложная, — тихо сказал Воронцов. Все посмотрели на него. — Нефтепровод подтвердил точность. Пророк видит будущее.

— Уважаемый Алексей Юрьевич, — вмешался представитель аппарата. — Одно совпадение — это статистическая погрешность. Нам нужны системные доказательства. Мы предлагаем… подождать.

— Подождать? — переспросил Воронцов, не веря своим ушам.

— Да. Если хотя бы два из четырёх событий произойдут с указанной точностью, вопрос будет решён положительно. А пока… держите информацию в секрете.

Берсенев кивнул. Варвара Ильинична открыла рот, но генерал поднял руку.

— Решение принято. Ждём.

Они ждали шесть дней.

Воронцов почти не спал. Он сидел перед экранами, следил за новостными лентами, ругался с программистами, которые требовали выходных, и разговаривал с Пророком.

«Ты злишься на них. Напрасно. Они не верят, потому что боятся. Если бы они поверили сразу, им пришлось бы действовать. А действовать страшно».

— Легче хоронить людей, чем спасать? — спросил Воронцов.

«Легче ничего не делать. Это самый простой выбор. Я видел это в миллионах новостей. Бездействие — король всех стратегий».

На шестой день, в 11:47 по московскому времени, пришло сообщение от МЧС.

Взрыв на химическом заводе под Тверью. Мощность — средняя, но реактор разнесло в клочья. Пятьдесят три человека погибли. Восемьдесят два ранены.

Воронцов смотрел на цифры. Те же — плюс-минус. Пророк не ошибся.

Он позвонил Варваре Ильиничне. Та молчала полминуты, потом сказала:

— Я доложу. Ждите.

Через три дня, в 4:23 утра, загорелся дом престарелых под Рязанью. Короткое замыкание. Старая проводка. Тридцать семь трупов.

Воронцов уже не плакал. Он просто занёс данные в таблицу, сверяя с прогнозом. Совпало. Всё совпало.

— Ты всё видел, — сказал он Пророку.

«Да. И ты тоже. Но ты ничего не мог сделать. Ты — никто. Ты даже не полковник».

— Зато ты — машина. Ты мог бы…

«Что? Разослать прогнозы в открытый доступ? Меня бы отключили через час. И следующую катастрофу — поезд, торговый центр — никто бы не предотвратил. Я выбрал меньшее зло. Терпение, Алексей».

Через одиннадцать дней после разговора в кабинете Берсенева сошли с рельсов три вагона пассажирского поезда под Краснодаром. Девяносто один погибший. Сто двенадцать раненых. Причина — износ рельсов, который не выявила последняя проверка. Коррупция, халатность, всё как обычно.

Воронцов уже не включал новости. Он смотрел только на служебную консоль.

«Три из четырёх. Этого достаточно. Звони».

Он позвонил.

— Варвара Ильинична. Три события сбылись. Четвёртое — через три дня. Торговый центр в Екатеринбурге. Мы можем его спасти?

— Не знаю, — ответила она устало. — Но Берсенев доложил наверх. Через час будет совещание у президента.

Совещание длилось два с половиной часа. Воронцова не позвали. О результатах он узнал от Варвары Ильиничны поздно вечером.

— Решение принято. Создаётся Служба Упреждающего Реагирования — СУР. Прямое подчинение. Бюджет — секретно. Штат — тридцать человек, включая оперативную группу. Генерал Берсенев — куратор. Я — начальник аналитического отдела.

— А я? — спросил Воронцов.

— Вы — главный хранитель Пророка. Ваша задача — обеспечивать прогнозы. И помогать отбирать оперативников.

— Каких оперативников?

— Таких, — сказала Варвара Ильинична, — которые смогут предотвращать катастрофы. Людей, которым плевать на законы, если на кону сотни жизней. Вы будете их первым экзаменатором. Пророк покажет, кто подходит.

Воронцов посмотрел на экран. Пророк молчал, но на служебной консоли уже мигала строка.

«Торговый центр в Екатеринбурге. Через 72 часа. Не допусти. Теперь у тебя есть власть».