Дмитрий Горчев – ЖЖ Дмитрия Горчева (2009–2010) (страница 7)

Вот и я тут прожил в бездарной этой стране три уже почти недели. Нахуй-нахуй такую страну. Правители болваны, жители идиоты, продукты говно и погода дурацкая.

В деревню, завтра же в деревню: пиздить собаку Степана и ожидать всходов озимого чеснока.

Как-то тут давеча сформулировал для одного гламурного журнала (один раз не пидарас) своё отношение к домашним животным.

Я животных вообще-то люблю. Особенно диких: крокодилов там, бегемотов, медведей, но издалека.

А вот домашние животные — это совсем другое дело. Тут я полностью поддерживаю кота Матроскина: если некое животное получает гарантированный ежедневный харч, то оно должно его отрабатывать — говорить «кто там», нести яйца, давать молоко, охранять дом, ловить мышей. А иначе мы зря его кормим. Если животное не исполняет этих своих функций, оно выбывает: курица в суп, корова на мясокомбинат, остальные — нахуй. О да, это не очень соответствует гуманистическим идеалам. Тоже нахуй.

Городского жителя можно понять: природы вокруг него никакой, вот он и заводит себе фальшивую жизнь на свою потеху — в аквариумах, клетках, горшках. Кошечку там, собачечку, которая валяется на хозяйской постели с грязными ногами и решительно не понимает, что же она должна делать в этой жизни.

А в деревне живая жизнь — она везде. Она топочет на чердаке, жуёт крупу в шкафу, клюёт с окна замазку и разоряет мусорное ведро. И заводить себе ещё один источник говна, от которого нет никакой пользы, кроме этого самого говна — это весьма бессмысленно.

Собираясь в гости, решил подарить принимающей стороне свою книжку (книга — лучший подарок, если кто забыл), но ни одной из оных в доме не обнаружил.

Поехал в озерки в тамошний дом книги — да хуй там: весь отдел современной прозы, который не завален Пелевиным, Сорокиным и Быковым, завален сочинениями писателя Малатова. А моих произведений нету. Вот уж правильно сказал Антон Борисович Носик: там где завёлся хоть один пидорас, нормальному человеку уже делать нечего.

Пошёл в буквоед на малую свою родину, то есть на просвещения. Я там когда-то прожил, между прочим пять лет и это была самая лучшая из моих съёмных квартир. Там было тогда чудесно: длинный-длинный бетонный забор, вдоль которого стояли старушки с петрушкой. Обувной магазин, хозяйственный, гастроном, ночной магазин 24 часа.

Пожрать, правда, в культурной обстановке там было совершенно негде. Мы, помнится, с любимой мною тогда московской барышней вынуждены были ездить на улицу Рубинштейна, что тоже было положительным моментом: надо же всё-таки иногда делать в ебле хоть какие-то перерывы.

А потом что-то лопнуло в нашем государстве и всё пространство вокруг станции метро обросло кошмарными торгово-развлекательными учреждениями. Одних только ложнояпонских столовых не менее пяти штук, не говоря уже про всё остальное. С тех пор я избегаю этого района, хотя с ним и связано множество прекраснейших моментов моей жизни.

И тут вот снова заглянул: некоторая часть торговых площадей уже сдаётся в аренду на самых льготных условиях. На запылившихся стёклах кое-где уже выведено чьим-то пальцем заветное слово ХУЙ.

А жизнь-то налаживается.

Какую всё ж-таки гламурную жизнь я веду, когда временно пребываю в городе[2]:

А вот короткий очень вопрос (для картинки одной надо): при советском союзе самый дорогой бензин был 93-й. А ещё были два бензина, не помню номеров. Кажется 72-й и ещё какой-то. Может быть кто-нибудь напомнит?

О, а вот и ещё одна студийная фотография: http://jj-maestro.livejournal.com/31088.html

Кстати, похоже, что некоторые люди не совсем понимают жанр, несмотря на мои подробные разъяснения.

Это игра такая, просто игра. У студийных фотографов есть специальный термин «история». Чтобы у поглядевшего на картинку случайного зрителя возникали мысли о снятых ими предметах. Ну, театр такой. Я скверный актёр, но мне было забавно в этом участвовать. То есть не западло. В конце концов и Эйнштейн тоже не всегда ходил с высунутым наружу языком.

Я вот тут почитал в интернете и подумал: ну неужто вот эти обладательницы сумок за пять тысяч баксов действительно настолько безмозглы, что со всем своим тончайшим чувством стиля и статуса не понимают совершенно очевидной вещи, как то: биркин-хуиркин — это для нищебродов и лузеров.

Трусы с алмазами — это нихуя не круто. По-настоящему круто — это когда в заведение, где сидят тётки в этих самых трусах, заходит похмельный мужик в трениках с пузырями на коленях под руку с толстой бабой в бигудях и с фингалом под глазом, и лично хозяин заведения вежливыми пинками освобождает для них самый лучший столик.

…наступил он на бабочку, прилетел обратно, а тут миссис Гудзон и река Хадсон.

Две недели мучался над портретом Николая Васильевича.

Очень сложно рисовать (писать) про то, что действительно любишь. Я у Николая Васильевича люблю всё (в отличие от Фёдора Михайловича с отвратительными его потугами на юмор, вроде «Крокодила»).

Нарисовал Николая Васильевича, делающего «ха!» — а под шинелью украинская вышиванка. Получилось очень глупо и некрасиво.

Тут по счастию проехал мимо нашего дома двухтомник (килограмм на пять) Норштейна «Снег на траве». Мы с маленьким моим мальчиком перед сном с наслаждением рассматривали раскадровки Ёжика и Волчка, угукали, когда попадался Филин и выли, когда встречался Волчок.

А второй том там был про шинель, которую Норштейн никогда уже не доделает. Но там всё прекрасно. И, когда мальчик заснул, я сел и за десять минут нарисовал портрет Николая Васильевича.

Потому что Норштейн, конечно, гений, но Франческа Ярбусова — это охуеть, какой гений.

Ну, опять спиздил, подумаешь.

Да, вот картинка, мне нравится: http://maccolit.livejournal.com/767094.html

И к вопросу похож-не похож, Николай Васильевич, на самом деле, выглядел вот так: http://public-library.narod.ru/Gogol.Nikolai/, а всё остальное — это уже наши фантазии.

Да жив этот пиздоблядский собака-степан. Забрал его у соседа, приковал к цепи у себя во дворе. Сидит в будке, стенает.

Вырос, ему уже ебаться хочется. А вот хуй ему, а не ебаться, у нас тут женских собак, кроме его собственной матушки нету. А с матушкой ебаться — это нет, не позволю.

Я, знаете ли, сторонник консервативных ценностей.

Будучи ненавистником всего живого, впустил в дом жить ещё одного обитателя. Хозяйка его отбыла в Луки, и никому он тут больше нахуй не нужен, тем более, что у него какие-то проблемы со здоровьем. Сдохнет ведь без меня.

Сидит вот, мурлычет. Будет срать в доме — получит страшных пиздюлей. Назвать думаю Виссарионом. В честь самого лучшего литературного критика и папы Великого Кормчего.

Ну и последнее про кота (я сам не люблю рассказов про домашних животных).

Вот он лежит на койке и на лице его сразу пять вопросов: Как? Откуда? Почему? Это кто? И вопрос вопросов: Надолго ли это счастье?

Вот же блядь же.

Поставил себе в первый раз в жизни на компьютер совершенно честный лицензионный виндовз из коробки с номером. Он два дня себя по-всякому обновлял, сделался толстый, гладкий, расположился на весь жёсткий диск, занавесочек понавешал и мизинчиком эдак помавает: сервиспак-три ещё хочу!

Привёз его в деревню, так он аж охуел: «Что это? Где я? Почему неизвестное оборудование? Не хочу работать на этом оборудовании! Везите меня обратно в город!»

А вот хуй тебе. Сейчас ты у меня отправишься в утиль и будет вместо тебя жить неприхотливый и пиратский брат твой близнец.

А ещё мне вот эта картинка нравится, про глобус:

А кстати, да и хуй с ним, с виндовзом.

Я уже ровно десять лет живу в Российской Федерации. Я в этой федерации родил мальчика, завёл себе дом в деревне, посадил чеснок и лук. Заготавливаю дрова, скоро заведу себе гусей.

Но каждые три месяца я обязан пересечь государственную границу этой самой Российской Федерации. У меня там уже все пограничники знакомые: «А, — говорят, — Писатель, читали, читали». Ставят штамп.

Чего вам ещё надо, чтобы я имел право жить в уёбищной этой вашей стране, в которой может жить только такой доброволец как я? Да русский я, русский, вон в паспорте написано. Что, бля, неинтересно? Экзамен вам сдать на право владения русским языком? Да нету у меня спида, идите нахуй.

Как же заебало.

Для тех, кто не в танке.

Гражданство Российской Федерации получить, разумеется можно. И процедура очень несложная.

Сначала нужно сделать временную регистрацию. Это просто — в течение трёх суток после пересечения границы нужно прийти в любое почтовое отделение и заполнить там гигантский формуляр в присутствии принимающей стороны. Обойдётся рублей в четыреста.

После этого можно замахнуться на право временного проживания. Для чего нужно сдать анализы на спид, сифилис, желтуху, золотуху и глисты. Тоже не очень сложно. Сложно только то, что квоты на въезд иностранных граждан все давно выбраны. А сколько долларов нужно случайно вложить в прошение, чтобы эти квоты расширить, я категорически не знаю и не умею.

Через год временного проживания разрешается подать прошение на вид на жительство. Процедура та же самая (прошлые справки недействительны и квоты опять урезали). Плюс письмо от работодателя об источнике моих доходов, при том, что он не имел права меня нанимать.

Через два года можно подать уже заявление на (о!) гражданство. Что там требуется, я не знаю, потому что до этого места мне этот квест ещё ни разу пройти не удавалось.