Дмитрий Горчев – ЖЖ Дмитрия Горчева (2001–2004) (страница 52)

Я точно говорю: они готовят Нашествие. Сначала завоюют себе обратно Финляндию, тем более что там все указатели по-шведски, так что шведы там не заблудятся. Ну а потом конечно отвоюют себе обратно исконный шведский город Ниеншанц. Вот вам и окно в Европу.

Я вот всегда с детства боялся РОДИТЕЛЕЙ.

Неважно каких, главное, что они придут всегда именно тогда, когда всем весело и спросят что-то вроде «а ты мусор вынес?». Ну или там уроки сделал ли и какие оценки получил. Это не мои даже родители, а любые. Они приходят усталые всегда, а мы тут в общем-то ничего постыдного не делали, мы подушками дрались, а им это противно, что кто-то может драться подушками, когда у них всё так хуёво и даже не потому что машина у них сломалась и на работе полное говно, нет, не потому, а потому что вообще всё сложно а мы ещё не понимаем и поэтому тут мы такие все раскрасневшиеся и даже не потому что письки друг другу показывали, а потому что блядь у нас всё ЗАЕБИСЬ и нет у нас никаких проблем именно потому что это они нас каждый день кормят, чтобы у нас было счастливое детство, а мы нихуя не ценим как это всё непросто на самом деле.

И все сразу замолкают и подушками никому больше драться не хочется и все расходятся по домам.

Я тоже вчера хотел посмотреть кинофильм Хрусталёв, машину. И даже наверняка посмотрел бы, но перед кинофильмом выступил сам Герман и сказал, что мол ВАМ будет очень сложно его смотреть. Нет, ВЫ конечно же можете и переключиться на другой канал, но через некоторое время ВАМ станет за это стыдно.

Ну в общем не стал я смотреть кинофильм Хрусталёв машину и пошёл в ванну прощаться с горячей водой, которую сегодня, как и обещали, отключили. В чём бы другом им, сволочам, такую пунктуальность и обязательность.

А Германа я однажды видел года три назад в доме творчества кинематографистов в Репино, где как раз проходил летний лагерь Лито. Великий режиссёр сидел в баре за соседним столиком, окружённый толпой старух, которые хохотали от каждого его слова. Герман их сильно не баловал и был немногословен, галдели в основном старухи про то, что он Гений. По его лицу было видно, как они его заебали, но жить без них он уже не может.

Склероз подсказывает мне, что я уже где-то про это писал, ну и ладно.

Пожалуй и кинофильм трудно быть богом я тоже не стану смотреть, если он его конечно когда-нибудь доснимает — боюсь он тоже будет для меня слишком великий.

Проснулся в субботу с бодуна и с головной болью. Вообще, надо сказать, что я часто вызываю большую зависть у некоторых окружающих из-за того, что у меня практически никогда не болит по утрам голова. А тут вдруг болит.

Из чего следует, что русскому человеку не нужно пить глупых пижонских водок типа русский стандарт. А надлежит русскому человеку пить исключительно дешёвые, вкусные и полезные водки псковского или кингисепского производства, такие как скобарь, кузьмич или петровская.

Кроме того, смешивая напитки, всегда нужно проявлять очень большую осторожность. Я, как человек, некогда даже мешавший чифир с одеколоном, очень хорошо в этом разбираюсь. Лучше всего мешать между собой напитки из той местности в которой живёшь. Если же напитки из разных мест, нужно обязательно учитывать исторические отношения этих местностей.

Например петербуржец может совершенно спокойно запивать пиво степан-разин водкой завода ливиз. Тогда наутро он будет бодр и свеж. Также он может запивать пиво клинское водкой гжелка — утром он будет печален, но смерть его не наступит. Запивать же степан разин гжелкой — верная смерть.

Именно из-за исторической вражды французов и англичан никогда не нужно мешать коньяк с виски. И даже коньяки иногда нельзя мешать между собой, например армянский и азербайджанский.

Самый печальный опыт смешивания напитков я имел в начале реставрации капитализма. Тогда только что в барах появилось разливное баварское пиво. И вот однажды употребив литра три этого пива, я усугубил его еврейской лимонной водкой кеглевич, отчего-то очень популярной в те времена. И всё вроде бы ничего, но на следующее утро уже в поезде я в первый и единственный раз в жизни упал в обморок. Есть наверное такие люди, которые валятся в обморок от всякой хуйни, крысу например увидели или ещё что-нибудь, а у меня так не принято. Даже в детстве, когда одна сумасшедшая старуха стукнула меня по затылку довольно серьёзной дубиной, когда мы жгли на помойке покрышки, я и то в обморок не упал. Сознание потерял, это да. Зато без этого самого сознания я убежал так далеко, что потом довольно долго искал дорогу в родной дом.

А вообще я иногда думаю, что может быть старуха та была вовсе не сумасшедшая, а вот именно так и выглядела моя Судьба. Ведь именно после этого удачного удара по затылку я перестал учиться на одни пятёрки, начал грубить учителям и даже пробовал курить, но тогда не получилось. Затем я не закончил школу с золотой медалью, не поступил в мгимо, и вообще не стал никем из тех, кем собирался стать: ни лётчиком-испытателем, ни космонавтом, ни оператором электронно-вычислительных машин.

И оно наверное правильно. Вот подходил бы я сейчас по утрам к зеркалу — а там Космонавт зубами скрежещет. Вот уж дохуища счастья-то.

Стоны измученных неправильным летом людей дошли наконец до ушей облачных пастухов и погонщиков антициклонов.

Для оказания особого уважения через секретную стратосферную трубу в европейскую часть России было переброшено шестьсот миллиардов тератонн сгущенного раскалённого воздуха прямиком из пустыни сахара.

Теперь ранее несчастные сотрудники фирм, компаний, банков и холдингов могут доехать наконец из кондиционированного офиса в кондиционированном автомобиле до прохладного водоёма дабы на его брегах придать своему солярному загару более подобающий для живого человека оттенок.

Меж тем на проспекте художников копошатся в липком асфальте неземные совершенно герои в оранжевых ватных жилетах. Лица героев суровы и сосредоточены, как будто они проводят последние тренировки перед высадкой на Венеру без скафандров. В раскалённых маршрутках потеют и воняют безропотные любители моросей, изморозей, хмарей и хлябей.

А из меня во время легкомысленной прогулки вытопился последний, и без того не обильный, подкожный жир. Ну и как я теперь перезимую? Я же до ноября нового жира не нагуляю. А там зима, голод, мёрзлые ягоды, долгие ночи и пятый десяток.

Август

Когда поезд вдруг останавливается посредине непонятно чего, человек некоторое время любуется вдруг наступившей тишиной, ёлками по правому борту и сосенками по левому.

Но поезд всё стоит и стоит и никуда уже не собирается, и ёлки в общем-то уже так себе, а сосенки и с самого начала были весьма кривые.

А потом человек вдруг понимает, что этот поезд уже никуда не поедет — перегорела просто лампочка на огромной сияющей карте железнодорожных путей и нет как будто этого поезда. И только машинист идущего вслед лесовоза за четверть секунды до смерти вдруг страшно удивится: а это тут откуда взялось?

А вот конкурс тенета прошёл на редкость удачно.

Я получил все призы за себя и за Гену Рябова и кажется не успел совершить ничего особенно постыдного и теперь мирно пью чай в квартире Мошковых. На улице какой-то другой совсем непривычный город, непонятно почему другой — дома вроде бы те же, а всё равно другой.

В общем спокойной всем ночи.

В домах творчества есть специальный тип вахтёрной дамы со злобным взглядом и сжатыми губами. Эти дамы обычно внучки других дам, которые видели ещё Алексея Толстого и Михаила Шолохова и такого навидались, чего нормальному человеку видеть не положено. Ну например приезжает детский писатель, культурный вроде бы, в шляпе и очках, а ТАКОЕ в комнате у себя устроит, что непонятно почему такому человеку разрешают детские книжки писать. Это же дети — наше будущее.

Да. А вообще-то я хотел пожить немного в Комарово, бродить там в сосенках, навестить Анну Андревну и всё такое. Но оказалось, что если ты настоящий писатель, а не говно, ты должен сделать заявку ещё в апреле, потому что до сентября всё давно занято.

И действительно — в столовую строем идут будущие прозаики и драматурги из города Братск, толстожопая пионервожатая отчитывает какого-то хулигана и сзывает юные дарования на вечерний развод. Две окололитературные дамы беседуют о фантастике и приключениях.

На берегу залива в микрофон кричит затейник, играет специальная веселительная музычка. Каменная коса, по которой хочется уйти в балтийское море, заминирована — там скоро будет Фейерверк.

Примерно в этом самом месте я однажды и решил, что людей необходимо уничтожать. Ненавижу, суки.

Холодильник сдох совсем. Зато я теперь знаю как выглядит жидкость фреон — это такая жырная вонючая дрянь, пальцем трогать не нужно, потому что потом не отмоешь.

На девятом этаже померла старушка, а лифт не работает. Я как раз пошёл за сигаретами, а её несли в покрывале вниз, там скорая помощь. Кому приехала помогать — непонятно, старушка совсем уже мёртвая.

Блядь блядь блядь, у меня августовская мизантропия. В августе всё сложно всегда.

Ночью кусали комары, жужжали страшно, включил им фумигатор, сдохли суки, заснул наконец. Утром включил туда же чайник — оказалось, что этот удлиннитель в розетку не воткнутый.