Дмитрий Фёдоров – Новые дороги (страница 28)

Я же с трудом подавил свой вопрос: «А великие?». Есть вероятность, что эти люди среагируют неадекватно, оно мне надо?

— Мы пришли. — сказал капитан, остановившись перед двухметровой оградой, которая закрывала от взглядов небольшой, судя по ее размерам, дворик. Соток на девять-десять, не больше. «Маловато, как для графа, особенно с учетом дома, который занимает половину участка…» — подумал я.

— Серж, извести графа о неожиданных, но очень важных гостях. Есть срочные новости для его сиятельства! — обратился капитан к одному из двух стоящих на воротах стражников.

— Вы тут что, все друг друга знаете? — удивился я.

— Нет, не всех, конечно. Но стража, кроме новичков, мне знакома вся. Население графства не так велико — чуть хлипче десяти тысяч человек.

Я при этих словах вспомнил прикинутый мной «на глаз» диаметр осколка и понял, что тут на квадратный километр приходится около четырнадцати-пятнадцати человек. Плотность не ахти какая, но всем этим людям надо что-то есть. Отсюда и обширные поля, и малая плотность населения. Не удивлюсь, если большая часть живет именно в этом маленьком городишке, в этих домах-пеналах в три этажа, слепленных друг с другом. А они вообще думали о пожарной безопасности, например?

— Граф готов вас принять! — стражник вернулся буквально через пять минут и пригласил нас внутрь. И уже отсюда я смог разглядеть территорию участка, плотно засаженную плодовыми деревьями и клумбами вдоль дорожек. Из интересного была беседка рядом с крохотным прудиком с искусственным водопадом, что меня озадачило. Я легко мог сделать такой дома, но как поступили здесь с циркуляцией воды — не понимал. Сам дом был именно домом, усадьбой, но никак не замком, как я мог себе представить раньше. Примерно двадцать на пятнадцать метров, в три этажа, украшенный декоративными башенками, фигурной кладкой кирпича и имеющий арочные высокие окна и двери. «У нас в некоторых коттеджных поселках побогаче строят» — подумал я, глядя на этот дом. Он был хорош, добротен, но, все-таки, с особняком графа у меня в голове никак не вязался.

(Простите, но в целом виде даже модели особняка Гурьевых под Калугой я не нашел, но именно эта усадьба выступила прообразом дома графа! Кому интересно — все есть на яндекс картах!)

Мы вошли в дом и сразу поднялись на второй этаж по крепкой дубовой лестнице. Вообще, весь дом был именно крепким, кроме довольно простой лепнины на потолках и затянутых тканями стен я особых украшательств не видел. На первом этаже была гардеробная и несколько дверей, больше ничего не разглядел. На втором этаже по правой стороне было несколько дверей в какие-то небольшие, судя по планировке, комнаты, слева же — большие двустворчатые двери. Стояла пара диванчиков и вазонов с цветами.

— Прошу, проходите. Граф ожидает Вас! — сказал слуга в ливрее, открывая перед нами двери. Странно, я думал, будет какой-то церемониал…

Сам граф, оказавшийся глубоким стариком, сидел на кресле за длинным столом в достаточно большом зале, чуть больше сотни квадратных метров. Стены драпированы красной тканью, занавески на шторах тоже красного цвета, на стенах картины, вдоль стен стоят кресла и маленькие столики. Видимо, балы здесь не в ходу, это больше похоже на приемную. Мы прошли к столу, за которым сидел граф и тот встал с кресла при нашем приближении, уперев костлявые руки в подлокотники.

— Давненько я не видел новых лиц. Позвольте представиться — Флоки Винландский, десятый граф Винланда. С кем имею честь? — голос оказался под стать внешности, немного с хрипотцой, уже надтреснутый, но все еще довольно твердый и громкий.

— Меня зовут Александр, это моя жена — Анастасия. Приятно познакомиться, граф.

— Что ж, садитесь… Торвальд, мальчик мой, как служба? Надеюсь, повод оставить свой форт у тебя был весомым, не так ли?

— Более чем, ваше сиятельство! Их благородия Александр и Анастасия…

— Вот как? — граф повернулся к нам, — Вы представились без титулов, почему же?

— Я не считаю себя дворянином, в нашем мире вообще почти не было дворян, пережиток прошлого.

— Ах вот оно что! Не думал, не думал, что по старости лет увижу появление новых осколков и людей из нового мира. А раз Торвальд обращается к вам именно так, то он следует эдикту сто пятого года от Основания «О праве дела». Похвально, похвально. А теперь расскажите мне всё.

И я рассказал. В общих чертах о том, как был устроен наш мир и чего мы достигли, кем я работал, чем мы занимались прямо перед Расколом, я назвал это событие так. Как сражались и как росли в уровнях, как получали новые силы. Какие осколки нам встретились, с какими противниками мы дрались на них. О текущем положении дел и о том, что мы успели смахнуться с демонами, уничтожив их крепость. О том, что некоторые вещи нам известны заранее благодаря видениям при поглощении камней и полной неожиданностью для нас происходящее не стало. Даже упомянул о своем разговоре со святой, чем привел графа в восторг, потому как он оживленно заерзал на своем кресле.

— Как-то так. Вроде, все вспомнил. — сказал я спустя час и взял со стола кувшин с водой, налив себе полный стакан и медленно выпил, успокаивая пересохшее горло.

Граф и наши сопровождающие сидели молча, с задумчивыми лицам. Наконец, спустя минуту, граф отмер, хлопнул ладонями об стол и начал:

— Сейчас, молодой человек, я расскажу вам немного о нашем королевстве… Тьфу ты, империи Нортумбрия. Непомерные амбиции нынешнего короля потребовали от него увековечить его имя, выделившись из рядов предыдущих королей, и кто-то вытащил на свет это название. Этот небольшой рассказ нужен вам для того, чтобы вы составили верное представление о происходящем у нас. Итак, начну с того, что основная часть нашей империи не столь велика, как могло бы показаться со стороны. В настоящий момент радиус Большой Земли, как мы ее зовем, составляет порядка тысяча двухсот пятидесяти километров, с общей площадью около пяти миллионов квадратных километров. Значительные территории занимают горы, озера, реки, болота, леса, даже пески. Пригодных к возделыванию земель не более одной четвертой. Текущее население — около тридцати миллионов человек. Давно могло бы быть больше, но, увы, война не прекращается ни на минуту. Честно говоря, если бы эльдар решили ударить нам в спину — люди бы пали. Но они никогда этого не сделают, потому как тогда на них навалятся еще и орки с абисситами. Нас спасает еще и то, что орки так же самозабвенно режутся с абисситами, как и с нами, распыляя силы. И, как мы предполагаем, существует некоторое число проходов между Некрондом и орками, потому как дохлые зеленокожие неоднократно были замечены в рядах мертвых. Говорят, что за абисситами и орками есть еще большие осколки, но мы практически ничего не знаем о тех местах, так как разведчики могут хоть как-то передвигаться лишь по территории абисситов, орки же их вычисляют очень быстро. Но даже так, дойти до другого конца осколка абисситов, пусть он и меньше нашей Большой Земли, практически невозможно.

— Пока вырисовывается не очень приятная картина. Люди между трех огней?

— Именно. Теперь позволь рассказать тебе о наших землях. В середине располагаются коронные земли — там спокойно и почти не чувствуется дыхание вечной войны, пока границы держатся. Коронные земли занимают порядка сорока процентов территорий. Дальше идут пять герцогств. Герцогства юга, как мы их называем, богатые и успешные, находящиеся далеко от войны. Но есть и минус — всех их жителей, включая знать, император обложил налогом в треть любого дохода, и даже от наследства он забирает себе десятину. Земли запада, на границе с эльдар, отданы на кормление служивой знати — король забирает с них треть доходов себе, награждая верных людей небольшими наделами, которые может забрать, если наследники не пошли по стопам предков и не несут службы. На западе есть одно исключение — великое графство Суррей, которое держит проход в Некронд. После начинаются земли севера, включающие в себя два герцогства и два великих графства. Они держат проходы к оркам. Там идет постоянная рубка. Редко выдается месяц, когда с той стороны никто не лезет. А такого, чтобы не атаковали сразу все четыре прохода, не было вообще никогда на моей памяти. По словам редких вернувшихся с той стороны разведчиков, осколок орков превосходит наш в разы. Там даже есть восходы и закаты их красного-оранжевого солнца. Поэтому количество орков, живущих там, не поддается никакому исчислению. Но их больше нас раз в десять-двадцать, это точно. Потому все четыре правителя всегда выступают единым фронтом и друг друга поддерживают. Ну и, наконец, земли востока, к которым относимся и мы. Тут два великих графства Копт и Салум, которые держат другие проходы к абисситам, графство Бенди, знаменитое своими храмами и монастырями Матери и управляемое ее же церковью, и мы. Графство Винланд, статус великого не получившее из-за самого длинного и самого неудобного прохода к абисситам. Но я не жалуюсь, всего хватает. И надел, который принадлежит Винланду на Большой Земле, вовсе не мал. Собственно, в наделе и проблема. — старый граф замолчал, взяв паузу на то, чтобы перевести дыхание и попить воды.

— А какие у вас отношения с соседями по восточному блоку? — спросил в этот момент я.