Дмитрий Фёдоров – Новые дороги (страница 29)

— С восточниками-то отличные отношения. Владислав и Бапото мои старинные друзья. Про церковь Матери и говорить нечего — они регулярно отправляют нам на стажировку своих сестер и воинов-храмовников, а если того требует ситуация — их войска, обученные сражениям с абисситами, прибывают в течение пары дней. Проблема кроется в другой стороне, на юге. На мои наделы на Большой Земле точит зуб герцогство Анжу. Они уже сейчас владеют самым большим куском земли в империи, разумеется, после коронных земель. И я точно уверен, что они его получат через несколько лет. Все мои виноградники, все мои поля и рудники, земли предков. Отличнейший кусок земли размером шестьдесят на сто двадцать километров достанется ленивым прохиндеям, которые очень любимы императором за то, что треть всех доходов его казны приходится на них. Ты, наверное, хочешь спросить меня, каким образом они его получат? — граф глянул на меня остро, и я кивнул, — Просто я умру. Так получилось, что наследников у меня не осталось — жена подарила мне двух сыновей и умерла. А потом война забрала и обоих сыновей. Новую жену я так и не взял, не смог, а потом уже было поздно. Согласно завещанию, графство должно перейти Хролу, одному из двух баронов графства, с которым у нас есть и родственные связи — сестра моей бабки вышла за его деда. Дело-то обычное, не первый раз рода уже прерываются, оставалось только получить разрешение императора, которое он дал бы мне в счет былых заслуг. А их за девяносто лет службы накопилось изрядно! Но тут вмешался герцог Анжу. Мол, слишком много земель для Винланда, которые даже не умеют ими толком управлять. И нет никакого смысла оставлять земли тылового обеспечения тому, кто почти не воюет с абисситами. Даже, вон, пять лет назад продавили указ о передаче пограничного форта в ведение короны, забрав его у меня из рук! «Для облегчения ноши заслуженного воина» — тьфу! И пусть будет хоть малая возможность урезать наследство — они это сделают. А передача графства барону может таким поводом стать.

— Погодите… вы сказали девяносто лет службы?

— Так и есть. В сто одиннадцать лет меня уволили со всех должностей в армии, отправив в почетную отставку с присвоением звания генерала фронта. Уже, считай, пятнадцать лет прошло… И осталось мне считаные года. Может, еще пяток протяну, да и все на том.

Мы с женой переглянулись — интересно тут все устроено, особенно интересен возраст этого старика. Насколько я знаю, таких долгожителей на Земле не было вообще ни разу.

— А такой возраст, сто двадцать шесть, это нормально здесь? — задал я вопрос.

— А чего ненормально-то. Если дорос до пятьдесят пятого — то, считай, до ста десяти еще ничего так будешь, бодреньким, молодым еще жару дашь. А потом — все… Тело дряхлеть быстро начинает. Еще лет двадцать-двадцать пять протянешь и хорош. Те, кто выше поднялся, до семьдесят пятого — те и до двухсот дожить могут, хоть под конец уже урюк сушеный напоминают, ха! Ну а кто до сотни добрался — те и триста протянут, но таких было всего двое за всю историю. Много кто из тех, кто до сотого уровня поднялся, потом исчезали при странных обстоятельствах. Но теперь давай вернемся к делу. Готов слушать? Серьезный вопрос!

— Всегда готов, как пионер! — сказал я, приложив руку ко лбу.

— Не знаю, кто это, да и не важно. Важно вот что: согласно королевскому эдикту триста двадцатого года «О мужах достойных», гаснущий род может усыновить и передать наследство в полной мере, далее цитатой: «юноше неблагородного происхождения, добившегося небывалых успехов в делах ратных и познании сил магических». И вот передо мной юноша, добившийся успехов и в ратном деле, и в осознании Великого Дара. — последнее он произнес как-то с придыханием, — Я предлагаю тебе все, что у меня есть. Взамен ты возродишь род, не дашь уйти землям предков в жадные лапы торгашей и лизоблюдов. Я уверен, мои предки будут рады тому, что я передал свой надел достойному человеку, да еще и из первого поколения.

— Звучит хорошо, но есть нюанс — я уже не юноша. И как вы вообще поняли, что я достойный человек?

— Ты говорил с духом Святой. У тебя есть Великий Дар. Этого достаточно, поверь. Этого будет достаточно вообще для всех. А то, что ты не юноша… ошибаешься. Какой у тебя уровень сейчас и возраст?

— Пятьдесят третий уровень и тридцать два года…

— Юношей по нашим законам ты будешь считаться до тридцати пяти лет. А если наберешь еще уровней, а ты наберешь, то и больше. Так вот все устроено — треть от периода, пока ты «в силе» — считается юношеством. Так каково твое слово, Александр?

Дорогие друзья! Половина книги за спиной, надеюсь, моя история остается для вас интересной!

Подписывайтесь и ставьте лайк!

Глава 17

Судьбоносное решение

— А время на подумать у меня есть? — спросил я графа немного неуверенно. — Не хотелось бы принимать такое решение прямо здесь и сейчас.

— Боюсь, времени у тебя, юноша, нет. Ибо я не намерен ждать даже день, прожив впустую столько лет. — хмуро ответил граф, смотря на меня исподлобья.

Я шумно выдохнул и откинулся на спинку стула. С одной стороны — это какой-то бонус первопроходцу, прямо скажем. Раз уже из осколков Земли мы тут оказались раньше всех. С другой — это явно целый ворох проблем в будущем. Да даже банально управление всем этим хозяйством потребует от меня навыков, которыми я никогда в своей жизни не обладал. Да и кусок территории площадью с Адыгею надо как-то контролировать. Здесь, как я уже понял, плотность населения примерно такая же, как в Канаде, где в северной части страны медведя встретить проще, чем человека. Но даже с такой плотностью населения на этой территории могут жить тысяч двадцать-тридцать человек. Как я с ними справлюсь? А налоги, соблюдение законов и все прочее? И нельзя забывать о том, что на эти земли покусился кто-то гораздо более могущественный, чем сам старый граф.

— Хорошо, но тогда мне нужны еще ответы. Почему графством считается именно этот осколок, а не куда более богатые и обширные владения на большой земле? — я наклонился в сторону старика.

— Согласно эдикту первого года от основания королевства, статус пограничных территорий с враждебным государствами и народами закреплен особо. Тогда у нас еще не было возможности выстроить здесь такую линию обороны и графство регулярно подвергалось атакам, которые опустошали осколок. Сжигались посевы, скот резали, люди не могли прокормить себя без помощи извне. Так и были созданы пограничные территории. Формально, они принадлежат императору, но он не лезет в управление ими и не требует передачи даже малой части доходов. Сейчас у нас спокойствие, а пять сотен расквартированных солдат готовы прийти на помощь форту в течение нескольких часов и отбить любой приступ. И некоторые посчитали, что пограничные земли теперь должны изменить свой статус. Но ничего. Моего влияния и моих знакомств хватит, чтобы все удержать, если будет хороший наследник. Я уверен, что все великие графства и северные герцогства меня поддержат. Ведь если я, самый слабый из них, буду первым, то не станут ли они вторыми или третьими?

— Слишком много минусов для меня, хотя и плюсы значительны. Прирасту к этой земле и буду бесконечно вникать в проблемы, решать их, а мне это все осточертело еще даже не начавшись. Я вообще людей не люблю, я интроверт! Я в последнее время так круто из зоны комфорта вышел, что ее даже на горизонте уже не видно, а тут еще это…

— Саша. — Настя положила мне ладонь на руку, призывая успокоиться, — Ты же недавно мне рассказывал, что не знаешь, какое будущее ждет нас и наших детей? Что мы им оставим? Так вот оно — решение. Какого черта, Сахаров?

— Ты больше не сможешь называть меня Сахаровым…

— Александр Винландский звучит круче, знаешь ли.

И я сдался. Махнул рукой, поднял глаза к потолку, будто бы пытаясь найти там ответ, вздохнул и опустил взгляд на старика:

— Согласен. Где расписаться кровью?

— Другое дело! — граф весело хлопнул ладонями по столу, — Это надо отметить! Якоб! Вели накрыть на стол! И подготовить покои рядом с моими! Ха! Дальше все обсудим уже не на сухую, Александр. Торвальд, готовь форт к проверке, не дольше чем через пару недель вы вернетесь под мое крыло!

— Ваше сиятельство, я потому и здесь. Мне бы наконец-то провести ротацию, людей домой отпустить, другую сотню прислать, раз уж мы теперь снова ваши будем. Но это позже, после подтверждения императора. А пока я хотел попросить у вас сотню мужчин, из них хотя бы полтора десятка профессиональных строителей, чтобы поднять стену на два метра и поставить башню для метательной машины. И провианта для них. Доставку материала с вашего надела на Большой Земле для строительства, с ближайших осколков с провалом сможем взять лишь сами камни, но и только. Ни дерева, ни известняка, ни глины там толковых нет. Впервые за десять лет у нас есть гарантированная передышка в месяц, а то и два. Дадите?

— Якоб! Зови управляющих! Всех! Торвальд, как придут, они твои. Разрешаю потратить на стройку годовой бюджет содержания форта. Понял?

— Так точно, ваше сиятельство! Нам хватит, не сомневайтесь! Разрешите идти?

— Не разрешаю! Пока хотя бы час с нами не просидите, покушав и выпив, не покидать этот зал!