Дмитрий Форверц – Фаэтон. Чёрное сердце (страница 3)

– С каких пор ты стал похож на бомжа? – удивленно прошептал я, с трудом распознав в морщинистом лице моего товарища. – Решил соответствовать своему страшному прозвищу, Док?

– Максим? Это ведь ты? – растерянно произнес мужчина, всматриваясь в мой силуэт. Что-то мешало ему принять тот факт, что именно я стою сейчас перед ним. – Очнулся же? Максим?

– А разве не похоже? – я машинально закатил глаза от глупых вопросов, полетевших в меня от находящегося в прострации мужчины. – Вроде бродящим во сне замечен ни разу не был, чтобы сомневаться в моем сознании. Лучше скажи, какого лешего здесь происходит? Мало того что тебя жизнь потрепала хорошенько, так еще и это чудо здесь сидит.

Парень за столом дернулся, будто полетевшие в его сторону слова имели физическое воплощение. Он недовольно запыхтел, глядя на бородатого мужчину. Его безмолвный взгляд явно давал понять, что он ищет поддержки у нашего общего знакомого. Док тем временем окончательно принял происходящую действительность, одарив меня искренней улыбкой, проявившей под его глазами несколько глубоких морщин.

– Как же я рад, Максим! – радостно завопил он, повышая голос до запредельного уровня громкости. Вместе с тем он, растопырив руки, кинулся обнимать меня, как обнимают близкие друзья, встретившиеся спустя десяток лет. – Ты не представляешь, как я сильно перепугался. Мы думали, что уже и не очнешься никогда, а нам придется сторожить тебя, будто спящую красавицу.

– Какую еще спящую красавицу, – я попытался отпихнуть его от себя, и удалось мне это с большим трудом, потому как мужчина совсем не хотел сдаваться, снова прилипая ко мне.

– Да ту, что спит вечным сном в замке, а ее дракон охраняет, – засмеялся Док, принимая свое поражение в наших непродолжительных объятиях.

– Красавица из него, конечно, так себе, – пробурчал третий присутствующий в помещении.

– Но-но, Кот, ты придержи коней. Внешность нашего дорогого Максима – дело вкуса. Некоторые дамы вполне могут запасть на этого скромнягу, – я слышал смех Дока всего каких-то несколько минут, а он уже начал меня доставать.

– Из вас двоих тоже нет ни одного дракона. Разве что внешне, – недовольно фыркнул я, наконец справившись с надоедливым шутником. – Вижу, что ты нашел себе товарища по идиотским шуткам. Но тогда сделай мне одолжение, объясни, почему он живой сидит прямо передо мной?

Док выпрямился, внимательно заглядывая в мое лицо. Счастливая улыбка медленно сменилась надменной ухмылкой. Подобное выражение обычно возникало у всяких придурков, кичащихся перед другими своим умом. Меня подобное даже не удивило. Ничего другого от ребенка в теле взрослого мужчины я ожидать и не мог.

– И у тебя нет догадок? – прищурил глаза мужчина и, не дожидаясь моего ответа, подошел к сидящему на полу коту. Животное тут же согласно мяукнуло, запрыгнув на протянутые к нему руки. Стоило мужчине начать его гладить, как кот довольно заурчал, глядя на меня счастливыми глазами. – Вообще-то, ты всегда был парнем умным. Понимаю, что ты только пришел в себя, а этот процесс отнюдь не из простых, но у тебя должны были сложиться хотя бы малые логические цепочки.

– Док, не беси меня! – злобно прошипел я, стараясь удержать себя в руках. – То, что он одаренный, понятно и самому последнему идиоту. Но что у него за способность, если он выжил, когда пуля на моих глазах прошла через его черепушку?

– Скажи мне, друг мой агрессивный, сколько жизней у кошек? – он посмотрел на меня внимательными глазами. Они не выражали ничего, кроме ледяного спокойствия, ожидая от меня очевидного ответа.

– Девять, но какое отношение это имеет к делу? – прикусив язык, я сам осознал, какую глупость только что спросил. Все было слишком просто, и события начали складываться в единую картинку. В том числе факт наличия кошачьей головы во время сражения с военным уже не казался таким абсурдным. – То есть он…

– Имеет в запасе еще пять полноценных жизней, – усмехнулся Док, а сидящий за столом парень грустно вздохнул. – Ты и представить себе не можешь, как я удивился, когда обнаружил его живым. А ведь еще чуть-чуть, и ты бы мог стать отличным органическим материалом для моей способности!

– Не дождешься, поехавший старик, – Кот быстро отмахнулся от него, прогоняя из головы неприятные мысли. В то же время животное, сидящее на руках мужчины, недовольно замяукало, выражая полную солидарность со своим хозяином.

– Значит, пришел он в себя не сразу, – задумчиво протянул я, прикидывая в голове опасность данной способности.

На первый взгляд, она не казалась такой уж сильной. Какой-то непревзойденной ловкостью он не обладал, так как в ином случае непременно воспользовался бы ей в нашей дуэли. А ничего другого в голову не приходило. Разве что, он мог целый день жрать и ничего не делать, но подобное поведение относилось не только к животному, но и к некоторым людям, справлявшимся с этим гораздо лучше. Иметь девять жизней, конечно, полезное умение, безупречно сработавшее на практике. Хотя меня оно совсем не пугало. Я встречал одаренных и посильнее. Но с пользой его способности было трудно поспорить, ведь не каждому удается выжить после смертельного ранения.

Выжить?! Мысли моментально переключились на последние воспоминания, когда нас должны были добить. Мое последнее издыхание перед темной пустотой мурашками пробежало по телу. Сглотнув остатки слюны в пересохшем рту, я с замиранием сердца обратился к Доку.

– Где сейчас Аня?

Мужчина резко поменялся в лице, вернувшись к состоянию, в котором он пребывал, войдя в дом. Гримаса отчаяния кривой улыбкой проявилась на его лице, заставляя мое сердце колотиться чаще. Он хотел ответить на мой вопрос, но слишком долго собирался с силами. Его поведение пугало меня, ведь значить оно могло только одно.

– Док, какого хрена ты молчишь? – злобно вскрикнул я, срываясь к мужчине. Схватив за одежду, я одним движением притянул Дока к себе, заглядывая прямо в глаза. – Почему ты молчишь, Док? Ты можешь ответить мне, где сейчас Аня?!

– Эй, парень, успокойся, – Кот тут же вскочил с места, кидаясь в нашу сторону.

– Максим, прости, – тихо ответил Док и помотал головой, останавливая своего нового товарища. – Я не смог спасти ее…

– Что ты не смог сделать? – его слова будто кто-то забивал в мою черепушку, не желавшую принимать их за действительность. – Кого ты спасать собрался, придурок? Аня была жива! Ее не нужно было спасать, только немного подлечить, понимаешь? Совсем немного подлечить!

– Максим, она умерла, – уже громче ответил он.

– Док, хреновый из тебя шутник, – из меня вырвался истерический смешок, тесно связанный с накипающей злобой. – Как великий Конструктор мог позволить ей умереть? Я же жив, а она нет? Звучит как какая-то тупая шутка, Док! Ты можешь сколько угодно мне заливать эту историю, но так или иначе скажешь, где она сейчас!

– Она умерла! – Док закричал мне прямо в лицо, и в этом крике было настолько много боли, что нечто подобное я ощущал лишь после смерти матери.

Вместе с его выкриком наружу вылилась и вся моя злость. Возможно, я не хотел этого, но остановить руку уже не смог. Четкий удар в нос вызвал две аккуратные кровавые струйки, устремившиеся вниз. Это подействовало на мужчину, и он, поджав залитые кровью губы, отпрянул от меня. С минуту он смотрел в мои глаза, прикидывая дальнейшие действия. Затем Док рукой размазал по лицу не прекращающую бежать кровь и развернулся в сторону коридора.

– Пойдем, – твердо сказал он и, не дожидаясь моего ответа, зашагал по коридору.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать вслед за ним. Оставив военного с животным на кухне, мы зашли в просторную комнату. И пусть она была большой по площади, но по виду напоминала спальню для одного человека. И скорее всего, для женщины. Другой вариант я категорически не мог принять, глядя на бежевую мебель и туалетный столик с большим зеркалом. Именно к нему Док и подвел меня.

– Нет ее здесь, – хмуро сказал он, наблюдая за моим растерянным взглядом, блуждающим по комнате. Затем он подошел к окнам и одним движением откинул плотные занавески в сторону, впуская в помещение яркий солнечный свет.

– И зачем мы сюда пришли? – я по-прежнему не понимал замысла моего спутника.

– Сам все поймешь, только посмотри внимательнее, – с тоской в голосе ответил он, кивая на зеркало.

Вид моего отражения приносил мне мало удовольствия. За время моего побега я превратился из среднестатистического молодого парня в тощего мертвеца. Неаккуратная борода опоясывала высохшие за время губы. Кожа на лице впала, обнажая заостренные скулы. Даже улыбка не могла помочь исправить ситуацию, как бы я не пытался ее выдавить. И самый большой резонанс с внешностью создавали чистые серо-голубые глаза, вид которых было не под силу испортить даже синякам, расположившимся прямо под ними.

Ее глаза смотрели прямо на меня. В их блеске можно было найти все: детскую наивность, заботу и даже отголоски радости. Но в них не было ни капли меня, ведь они принадлежали совершенно иному человеку. Острое ледяное лезвие полоснуло по сердцу, перехватив дыхание, а ее глаза все еще были прикованы ко мне.

– Ее последнее желание, – в унисон моей боли прошептал Док. – Не знаю, как она смогла дотянуть до нашего прихода, но мне удалось ненадолго вернуть ее сознание. Этого не хватило даже на десять минут, и тогда она приняла решение. Аня в последний раз попросила меня помочь тебе, и у меня не было возможности проигнорировать ее просьбу. Жизнь покидала вас двоих, истекающих кровью детей. Как я мог ей отказать?