Дмитрий Ермаков – Тайный остров (страница 7)
– Бабушка, а дальше?
А у бабушки слёзы по щекам бегут.
Мужики за столом, бутылочка на столе. Выпили по стопке. Дед Николай Иванович, пытаясь бравость свою показать, на Катерину с Анастасией прикрикнул:
– Нечего слёзы лить! Вернутся скоро! Победят Гитлера!..
– Да молчи уж, дед… – Настя, рукой махнула, и, не скрываясь, к Егору своему прижалась, за руку его двумя руками ухватилась…
– Ладно, пойду я на дежурство – никто не отменял, – сказал дед и, натянув картуз с мятым матерчатым козырьком, ушёл в свою сторожку.
Иван всё работой себя старался занять – на дворе что-то потюкал топориком, за водой сходил…
У колодца встретился с Валей Костроминой. Что-то сказал ей, что-то ответила она…
В этот вечер – 24 июня – уже никаких гулянок и пьянок не допустили. В магазине запретили продажу водки. Всё же пьяные были. Двоих даже Ершов «арестовал» с помощью председателя сельсовета Ячина. Заперли на ночь в какой-то кладовке.
Днём почтальон привёз газеты от 23 июня. Одну из них («Правду» или «Известия») ветеринар Глотов прихватил в конторе и сейчас спешил на излюбленное место чтения – колокольню…
Между прочим, случилась сегодня история: Оська-поляк не явился на призывной пункт, устроенный в сельсовете. Сперва думали – ну, мало ли, припозднился, придёт. Не приходил. На рабочем месте – в пожарке, Оськи не было. Домой к нему парнишку отправили. Мать его, глухая старуха Марья Полякова, сказала, что ушёл ещё рано утром…
«Может, уже объявился Оська», – думал Глотов подходя к «пожарке»-церкви.
Сам Глотов призыву на военную службу не подлежал, чему и были подтверждением его очки с толстыми стёклами и металлическими дужками. Но и он уже задание и даже приказ получил. Круглову позвонили из райкома партии, а он, переговорив с Ячиным и Коноваловым, вызвал Глотова, назначил ответственным по Семигорскому сельсовету за мобилизацию лошадей. Должность не маленькая: не только ведь в своем колхозе, во всей округе лошадей осмотреть, годных для войны отобрать… Завтра вот он уже в дальний колхоз поедет (в своём-то колхозе от жеребёнка, вчера родившегося, до пожарного мерина – всех знал). Ветеринар полнился значимостью, но и побаивался ответственности. Чаще обычного поправлял очки на носу…
Нет, Оська-поляк не объявился… Но был другой приятель деда Попова – пожилой колхозник Авдей Бугаев, отец осуждённого за прошлогодний пожар бригадира.
– Ну, давай, читай, Сано, – попросил Попов ветеринара, когда тот газету из-за пазухи достал.
Глотов, поправив очки, торжественно начал:
– Выступление по радио заместителя председателя совета народных комиссаров союза эсэсэр и народного комиссара иностранных дел Молотова. Двадцать второе июня тысяча девятьсот сорок первого года…
– Это ещё позавчера, значит, он по радиву говорил? – перебил Попов.
– Да, – недовольно ответил ветеринар и продолжил, но уже не так торжественно, как начал. – Граждане и гражданки Советского Союза, советское правительство и его глава товарищ Сталин поручили мне сделать следующее заявление: сегодня, в четыре часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбёжке со своих самолётов наши города – Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие, причём убито и ранено более двухсот человек. Налёты вражеских самолётов и артиллерийский обстрел были совершены также с румынской и финляндской территории.
Старики слушали, затаив дыхание, возможно только сейчас начиная понимать, какая беда разразилась, куда уже завтра уйдут их дети, внуки…
– Это неслыханное нападение на нашу страну, – продолжал чтение Глотов, и голос его снова окреп, посуровел, – является беспримерным в истории цивилизованных народов вероломством. Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то что за всё время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей. Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в пять часов тридцать минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что германское правительство решило выступить с войной против СССР в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы. В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на CCCP несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной. По поручению правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы, и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчёт несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.
– Вот как! Сами напали да теперь на нас и сваливают! – не выдержал дед Попов. Бугаев молча покивал.
Глотов ничего не сказал, только строго недовольно глянул на старика. Продолжал:
– Теперь, когда нападение на Советский Союз уже совершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ – отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины. Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие страны и народы. Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед родиной, перед советским народом и нанесут сокрушительный удар агрессору. Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришёл к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за родину, за честь, за свободу. Правительство Советского Союза выражает твёрдую уверенность в том, что всё население нашей страны – все рабочие, крестьяне и интеллигенция, мужчины и женщины – отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочён и един как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить всем необходимым Красную Армию, флот и авиацию, чтобы превозмочь врага. Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, ещё теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя товарища Сталина. Наше дело правое. Враг будет разбит, победа будет за нами!
– Вот, как значит… Так значит… – снова первым подал голос Николай Иванович Попов.
– В конце-то как там? – переспросил Авдей Бугаев. – «Наше дело правое…»
– Враг будет разбит, победа будет за нами! – Глотов ещё раз прочитал.
– Дай Бог, дай Бог, – негромко сказал дед Попов.
Авдей вдруг спросил, неизвестно к кому обращаясь:
– Так почто не Сталин-то, а Молотов выступает?
– Ну… Сталин… – не нашёлся, что сказать Глотов.
– У Сталина делов щас… – добавил Николай Иванович Попов.
Прочитал Глотов и Указ о мобилизации, по которому призывались военнообязанные, родившиеся с 1905 по 1918 год включительно. И сводку за 22 июня…
«Сводка Главного командования Красной Армии за 22.06.1941 года.
С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Со второй половины дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточенных боёв противник был отбит с большими потерями. Только на Гродненском и Крастынопольском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Кальвария, Стоянув и Цехановец, первые два в 15 км и последнее в 10 км от границы. Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встречала решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолетов противника».