Дмитрий Емец – За 1000 лет до Тани Гроттер. Молот Тельхинов (страница 3)
– Как «всё»? Старик Боссе погиб?
Тень развела руками.
– Ты же знаешь! На дедушку порой находило. Тут на одном уроке он стал уверять, что взгляд василиска в темноте не опасен. Ты не видишь василиска, значит, не видишь и его взгляда. А раз не видишь, то он тебе и не страшен. Мы сдуру стали над ним смеяться. Боссе рассвирепел, помчался в подвалы искать василиска и нашёл на свою голову. Но всё же в руках у него был меч. Успел как-то вытащить. Так что всё у него нормально. Без меча бы его к Одину на пир не пустили!
Кузя вздохнул. Он любил старика Боссе. Тот много знал о чудилах, хотя многие его сведения были не особенно достоверными. Например, Боссе уверял, что существует такая чудила, которая называется «слон». Ноги слонов лишены колен. Такие здоровенные колонны. А раз так, то, упав, слон уже ни за что не поднимется. Слоны знают это и спят, прислонившись к дереву. Чтобы добыть слона, надо лишь подкрасться ночью и подпилить ствол дерева. К счастью, на Бешеном Полуострове слонов не водилось, так что Боссе всё же дожил до встречи с василиском.
– И кто теперь преподаёт чудиловедение?
– Пока что сам Бодуэн. Но он не особо доволен, ведь препод по чудиловедению должен следить за всем зоопарком. Ждём нового препода. Бодуэн послал за ним птероящера.
– А кто это будет?
– Не знаю. Но кто-то крутой. Вроде пойдёт к нам зимой через горы, – отозвалась Тень.
– Зимой? Через горы? Ты серьёзно? – не поверил Кузя.
Тень шмыгнула носом. Шмыгнула тихонечко, почти свистнула. Это был её шмыг № 1.
– Да. Мы тоже все надеемся, что он идёт с мечом в руке и успеет на одну пирушку с Боссе! – сказала она.
Рюрик нашёл замороженную треть кабаньей туши и стал её поджаривать, вертя над вулканом. Вкусно запахло. Ветки, из которых был сложен шалаш, шевельнулись. Вылезла Фиоля. Молча подошла к вулкану и стала греть над ним руки. Ни с Тенью, ни с Рюриком не поздоровалась, только слегка им кивнула. Тень с Рюриком тоже не лезли к Фиоле с общением. Правило № 7 истинного вождизма гласит: «Не стоит разговаривать с только что проснувшимся человеком, пока он не заговорит с тобой сам».
Тень с любопытством поглядывала на Фиолю. Нет, не арысь. Действительно, Фиоля, но одетая так, как зимой одеваются мужчины-варяги. Кожаная куртка, местами сильно потёртая. Плащ с прорезью для рук, на плече скреплённый застёжкой-фибулой[1]. Фибула самая простая, бронзовая, но с длинным выступом, который сошёл бы за кинжал. На ногах – кожаные сапоги выше колен, защищающие от снега. Голенища сапог привязываются кожаным шнурком к штанам из тюленьей кожи так, чтобы не попадала внутрь влага.
– А почему… – вопросительно начала Тень, но продолжать не стала. Сама сообразила, что женскую зимнюю одежду в этой части полуострова раздобыть непросто.
Кузя протянул Фиоле котелок с травяным чаем. Фиоля отпила и немного согрелась. На голове у неё была такая же ледяная шапка, как у Рюрика. Горячий чай позволил Фиоле оттаять настолько, что она смогла улыбнуться.
– Разговаривайте! – потребовала она.
– Чего-чего? – переспросил Рюрик.
– Разговаривайте между собой! Не со мной, а между собой! Я хочу слушать! – по-царски приказала Фиоля.
– Ну да, – признала Тень. – Всё верно. Интуитивно ты сформулировала «Правило № 8 истинного вождизма»: «Когда рядом с тобой только что проснувшийся человек, не надо на него обрушиваться и испепелять своим вниманием. Лучше всего спокойно ему улыбнуться и продолжать разговаривать между собой». Только, Рюрик, не надо! У тебя нормальная улыбка только когда ты не знаешь, что улыбаешься. В противном случае получается запугивающий боевой оскал!
Фиоля несколько раз подпрыгнула, разминая ноги. В её волосах зазвенели сосульки.
– Ну всё! Я оттаяла! И знаете, что я сейчас скажу?
– Очень плохое слово? Которого ты раньше не знала, но теперь всегда будешь употреблять? – попыталась угадать Тень.
– Я сейчас ляпну глупость. Мне порой нравится быть арысью. Когда я арысь, я по-другому чувствую запахи, зрение становится острее. А слух! Я не просто слышу шорох, а точно знаю, что это мышь задела хвостом сухой дубовый лист. А в трухлявом дереве сидит короед и протачивает ход… Я не мёрзну ночью, а днём не боюсь ветров. И вообще никого и ничего не боюсь, зато все боятся меня. Не стоило этого говорить, но я же предупреждала, что ляпну глупость!
– А мудрила тебя боится, когда ты арысь? Бедолага! Ну, так ему и надо! – ехидно спросил Рюрик. Мужская дружба – странная штука. Вроде бы ты с человеком дружишь, но одновременно с ним конкурируешь и ищешь в нём слабые стороны. Ага, вот он запутался, а вот тупит, а вот испугался…
Фиоля серьёзно покачала головой.
– Нет. Кузя меня не боится. Мне кажется, он даже лучше ко мне относится, когда я арысь. Иногда я задумываюсь, что как арысь он любит меня сильнее, чем как человека. И тогда я ревную сама к себе. Смешно!
Кузя потрогал раскалённый бок Афиногена и подул на палец.
– Тут не в тебе дело, а в людях в целом. Волк – он всегда волк. Чудила – всегда чудила. Ты знаешь, что ждать от молодого волка, а что от паука-норника. А люди – они очень разные, и в книге целителя Ктесия о них не написано, – серьёзно сказал он.
Внезапно Фиоля напряглась, вскинула голову и рукой подала всем знак замолчать.
– Скрипит снег. К нам кто-то идёт! – предупредила она.
– Кто?
– Не знаю. Двое. Один тяжёлый, другой лёгкий. У тяжёлого одышка. У лёгкого в правом сапоге острая щепка. Он её не вытащил и прихрамывает.
Тень не слышала вообще ничего. Обычные лесные звуки. Ветер. Скрип веток, трущихся друг о друга.
– И ты говоришь, что у арыси слух острее, чем у тебя?
– Гораздо, – заверила её Фиоля. – Слух у меня сейчас примерно как у тебя. Но я умею истолковывать то, что слышу… Вон они!
На Ланий взгорок поднимались двое. Маленькую фигурку они узнали сразу. Она то забегала вперёд, то останавливалась и поджидала. Это был Роман Рычащий, их рыжеволосый товарищ, который не выговаривал букву «р» и ещё половину алфавита. Чуть позади крупно вышагивал могучего сложения варяг со спутанной бородой, на его трофейном нагруднике скалилась львиная морда. В гиганте легко угадывался отец Романа Рычащего – вождь племени Страшных Варягов Ярополк Яростный.
Глава 3
Молот Тельхинов
– Доброту надо на людях проверять! На людях! Всё надо на людях проверять, даже новые грибы!
Единственное, что роднило малыша и гиганта, – цвет волос. Не будь Ярополк столь же рыжим, можно было бы решить, что аист ошибся и не того ребёнка подкинул в капусту. Огненная грива Ярополка спадала на лоб, а из-под неё поблёскивали упрямые медвежьи глазки.
Роман подскочил к вулкану и, грея над ним руки, затарахтел:
– Мы шли по вашим следам! Папа плиплыл ночью на ладье, ему нужно…
Ярополк яростно чихнул, и сын сразу притих. Великий вождь Страшных Варягов вообще всё в жизни делал яростно. Яростно ходил, яростно размахивал секирой, яростно отдавал команды. Интересно, спал он тоже яростно? Хотя можно же яростно храпеть!
Тень, Рюрик, Кузя и Фиоля ждали. Они понимали: когда такой серьёзный вождь является в школу ни свет ни заря, проделав долгий и опасный путь, а потом сразу отправляется на Ланий взгорок, это явно не затем, чтобы поблагодарить их за дружбу с его сыном.
Однако Ярополк Яростный, если и имел к ним дело, по старой варяжской традиции сразу разговора не начинал. Бросая голодные взгляды на вулкан, над которым поджаривалось мясо, Ярополк утверждал, что ему ужасно НЕ хочется есть. Варяги всегда всё говорят наоборот. К примеру, если варяг жаждет получить ваш меч, он раз сто произнесёт, что он его НЕ хочет. Разумеется, вождя немедленно накормили, и оставшаяся треть свиньи превратилась в одну пятую.
– Вкусно? – спросила Тень.
– Сойдёт! Я так долго не ел, что слопал бы даже дохлую кошку! Хах! – рявкнул великий вождь.
Тень спохватилась, что задала невежливый вопрос. Когда великий вождь хочет похвалить, он делает это без подсказок. После того как Ярополку Яростному ужасно НЕ хотелось есть, ему ужасно НЕ захотелось пить.
– Ну раз вам не хочется, тогда и не надо! – попыталась пошутить Фиоля.
Ярополк бросил на неё далёкий от восхищения взгляд. Фиоля ощутила, что на сей раз ей удалось-таки ляпнуть ужасную глупость.
– У нас есть травяной чай, – сказал Кузя.
Ярополк Яростный яростно вздохнул. Травяной чай – не тот напиток, который уважают грозные вожди Страшных Варягов.
– Ну давайте уж! Всё лучше, чем снег есть! – согласился он и выдул весь чай из котелка. – Могло быть гораздо хуже!.. Хотя хуже просто быть не может! Мы все в опасности! УКРАДЕН МОЛОТ ТЕЛЬХИНОВ!
Ярополк хлопнул себя по нагруднику. Оскаленная львиная морда зазвенела. Больше Ярополк ничего не сказал и пристально поглядел на Кузю, словно тот прямо сейчас должен был сознаться, что молот тельхинов утащил именно он.
Кузя сознаваться не стал, а закрыл глаза. Память работала у него странно. В ней будто пролистывались страницы древней книги Ктесия, пока не открывалась нужная. Казалось, книга не уничтожена, а продолжает жить в глубинах его сознания.
– «ТЕЛЬХИНЫ – божества весьма зловредные. Одни утверждают, что они сыновья Посейдона. Другие – что сыновья Тартара и Немесиды. Третьи рекут, что родились тельхины от вулканов, в бездне океанской извергающихся. Выглядят тельхины многоразлично. Порой видят их как гигантов бородатых с хвостами русалочьими, а порой у них щупальца спрутов.