Дмитрий DM – Последний РИМ (страница 1)

Дмитрий DM

Последний РИМ

От автора.

Фантастические явления в жизни человека проявляются в разных видах и формах, их просто невозможно счесть. Иногда что-то происходит рядом, но мы не видим; иногда что-то предчувствуем, но не придаём значения… И лишь столкнувшись, понимаем: Вселенная совсем не такая, какой мы её представляли. Я насобирал в голове множество идей и тем для коротких фантастических историй и решил сделать сборник рассказов в разных жанрах от научной фантастики до фэнтези. Сборник всегда будет в статусе «Завершён» (рассказы буду сюда периодически добавлять, так как не знаю, когда закончу этот сборник). Поэтому, кому интересно, подписывайтесь, чтобы не пропустить что-нибудь интересное.

Содержание:

Проекция.

Отсутствие притяжения.

Одинокая птица.

Мэкки красная рука.

Прощай Земля, планета молодых.

Пустота.

Дикие.

Эхо.

Проекция.

"Бойся своих желаний, если не выстрадал их своим существованием".

Лаврентьев осторожно подкрался к двери, чуть помедлил, прислушиваясь – что там за ней? Вроде все тихо. Опрометчиво, не ожидая угрозы, спокойно потянулся и схватив дверную ручку, резко рванул на себя. Как говорится, «на автомате», машинально подался всем телом вперед, влетая внутрь дома, но тут же остановился и остолбенел. В небольшом коридоре стоял мужик с безумным взглядом сумасшедшего, наставив на него что-то вроде ружья. Полицейский уперся практически лицом в дульный срез. Черный кружок смерти судьбоносно смотрел прямо ему в правый глаз.

«Сука! Ствол!», — бахнула у него в голове мысль.

Он, словно кошка, прыгнувшая на горячую печку, мгновенно отпрыгнул в сторону, впрочем, успев захлопнуть обратно дверь. И вовремя. Потому что бахнуло уже за дверью, разметав ее на мелкие куски. Попутно вырвало дверной косяк, который вылетел рваным воздушным змеем, за ним фонтаном часть штукатурки, следом последовала непонятная яркая вспышка и служебная машина Лаврентьева, Форд Фокус, стоявшая, как раз на одной прямой с дверью, разлетелась на части.

Сам полицейский, размахивая руками, свалился с крыльца в кусты розового шиповника. Он, не мешкая, на карачках, с треском, прорвался сквозь шипастые ветки, потом перекатился, как в индийском боевике и оказался за спасительным углом дома. Прислонился спиной к стене кашляя и отплевывая горячую пыль, потряс головой.

«Еб твою мать! Что это было?!», — спросил он сам себя, продолжая трясти головой и смахивая кусочки древесины и штукатурки с куртки и волос.

Плечо онемело, но через пару секунд нестерпимая, ломящая боль накрыла, сообщая мозгу – на выбор: перелом, сильный вывих или сильный ушиб. По лицу тонкой струйкой потекло что-то теплое. С правой стороны на щеке легкое жжение.

«Сука… Задел!», — подумал Лаврентьев, размазывая неповреждённой рукой кровь на лбу.

Он сосчитал про себя до десяти и обратно.

«Заряд прихватил, и сильно… но жить буду», — отметил он.

Где-то там в доме вопил подозреваемый, который по предварительным данным взял в заложники жену и двух своих детей:

— Не смейте! Не смейте! Вас нет! Не вздумайте даже… Даже не пытайтесь!

Лаврентьев осторожно, пригибаясь и поддерживая руку, вышел с боковой стороны строения на дорогу. Держа в поле зрения развороченный вход в дом и окна, достал мобильный телефон и присел за кустарником. Связался с отделением, запрашивая поддержку, попутно кратко обрисовав ситуацию.

— Подозреваемый в доме. Вооружен… Чем-то вроде гранатомета, не разобрал. В невменяемом состоянии. Чрезвычайно опасен… Стреляет без предупреждения. Я не ранен, только немного оглушило. Веду наблюдение.

Через несколько минут подъехало несколько полицейских машин. Две перекрыли оба въезда на улицу, а еще одна встала за покореженным Фордом Фокусом. Лаврентьев устало проковылял через дорогу и присоединился к коллегам, которые вылезли из машин и пригибаясь, заняли позицию за ними, используя, как защитную стену.

— Палыч что здесь твориться? – спросил один высокий полицейский, в мятом, видавшем виды пиджаке, одновременно доставая из плечевой кобуры пистолет.

— Хуй его знает. Какой-то патлатый пидар едва меня не размазал по асфальту из какой-то базуки. Едва ноги унес… Еще секунда и перемешал бы меня с моим Фокусом в греческий салат.

Полицейский «из подмоги» несколько секунд рассматривал изувеченный Форд Фокус.

— Мда..., — протянул он, потирая подбородок.

Другой, тоже посмотрев на останки машины предположил.

— РПГ-7 или Муха.

— Я не видел, — отмахнулся Лаврентьев, — больше было похоже на пиратское ружье из…, — он задумчиво покусал губы, — как из детского мультика про Бармалея. Ну такое, знаете с расширением на конце ствола, как у музыкальной трубы. Типа игрушечное…

Полицейские уставились на него.

— Палыч, какая еще труба? Может самодел какой? Сейчас могут собрать все что угодно. В Интернете этого добра, как говна за деревенской баней.

— Не знаю ребята. Но шарахнуло, как из пушки сами видите, — и тут же предложил, — ну что может зайдем с трех сторон и возьмем говнюка?

— Ты чего песни Вальхалы услышал? Посмотри вокруг, здесь прямо бой шел. Так что, нет, не рвись, — ответил один из коллег, — Николай Вениаминович спецов вызвал. Сейчас прибудут, пусть сами разбираются, что там за труба, как у пиратов… Кстати, что у тебя с лицом?

Лаврентьев наклонился к зеркалу заднего вида у одной из машин. Лоб в размазах крови, кожа словно получила солнечный ожег, розовая, с одной стороны небольшой волдырь, протянулся длинной полосой от верхней скулы и почти до уха.

«Это он меня гребаной вспышкой приложил», — подумал он, поворачивая голову то правой то левой стороной.

Приехал автофургон со спецназом. Парни выпрыгнули из кунга и встали в закрытом от видимости секторе. Лаврентьев отправился к ним, оставив коллег наблюдать за домом.

— Ну и видок у тебя Палыч, — вместо приветствия сказал командир спецназовцев.

— Сережа, он чуть меня не размазал, нахер, — пожаловался Лаврентьев.

— Чем шмальнул?

Лаврентьев задумался на пару секунд.

— Что-то вроде гранатомёта, но мы думаем на самодел больше похоже.

— Ясно, — подытожил спецназовец.

Он махнул рукой одному из бойцов.

— Давай стрелка на позицию. Пусть держит окна и выход.

Потом быстро глянул на дом.

— Две группы. Щитовой заходит на адрес с правой стороны. Так, все, парни ничего нового, выдвигаемся на позицию и ждем моей отмашки.

Он повернулся к Лаврентьеву.

— Тебе медик нужен?

Тот отрицательно мотнул головой.

— Нет. Справлюсь. Когда войдете?

Спецназовец пожал плечами.

— Приказ был только встать на позицию, обложить дом и ждать.

Посмотрев на удивленное лицо полицейского, пояснил.

— Палыч, я не знаю, что у них там. Сказали ждать. Сейчас говоруна привезут, будет твоего гранатометчика увещевать. А дальше уже по ситуации. Два варианта: либо маякнет контуром в окне и стрелок его снимет, либо потопаем внутрь и там его уже уложим мордой в пол.

— Сережа, я с вами пойду.

— Палыч ты себя в зеркало видел? Вождь краснокожих твою мать… И плечо, я вижу, у тебя болтается отсушеное, как нарезка из минтая. Сиди уж…

— Нет Серега, не тормози меня. Ты мне друг или нет? За вами зайду через два метра.

Спецназовец досадливо цыкнул и покачал головой.

— Хер с тобой. Но только через два метра… За нами, после зачистки. И давай без самодеятельности.