Дмитрий Дашко – Инспектор Лестрейд. Рыжий… Честный… Инспектор (страница 15)
– Куда прикажете подать ужин? – осведомилась мадам Беркли с предельной вежливостью, разве что книксен не сделала.
– Как обычно, ужинать буду у себя, – сказал я.
Она почему-то улыбнулась.
– Разумеется, мистер…
Эта улыбочка показалась мне подозрительной… За ней, скорее всего, что-то стоит.
Поэтому, поднимаясь по лестнице и отпирая дверь номера, я мысленно готовился ко всему, включая поданного в зажаренном виде констебля Кризи, украшенного яблоками. Или к полудюжине вооружённых до зубов бандитов, вроде тех, что поджидали меня в переулке.
Половицы под ногами скрипели, дуло из всех щелей…
Подойдя к двери, я немного постоял, почти не дыша и прислушиваясь к посторонним звукам.
Вроде бы в номере никого не было, но пресловутое шестое чувство говорило, что это не так…
Был единственный способ это проверить.
Мимо как раз проходил один из моих соседей – замухрышка с преисполненным скорби лицом.
– Мистер… не знаю вашего имени, – окликнул его я.
– Что? – замер он.
– Вы не откажетесь мне помочь? – улыбнулся я и, не дожидаясь ответа, распахнул дверь номера и втолкнул его внутрь.
Тут же захлопнул дверь и прижался к стене.
Ни тебе выстрелов, ни взрывов, ни звуков борьбы… Только тягостная тишина.
Замухрышка выскочил из дверей с такой скоростью, что едва не перелетел за перила и не сверзился вниз, я успел его подхватить в последний миг, и он не разбился.
– Осторожнее, мистер! Вы могли упасть!
Лицо соседа почему-то приобрело густо-свекольный цвет.
– Ну, мистер… Ну, знаете! – воскликнул он и, одарив меня злым взглядом, скрылся у себя.
Видимых повреждений на соседе не наблюдалось.
Пожав плечами, я открыл свою дверь.
Глава 8
– Здрасьте— приехали! – без особого веселья произнёс я.
На моей кровати, так, чтобы вошедший в номер имел возможность разглядеть все её выдающиеся прелести, расположилась обнажённая девица.
Дотоле я её не видел, но не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться: это была одна из тружениц заведения мадам Беркли, разве что классом повыше большинства.
– Леди, вы ничего не перепутали? – продолжил говорить я. – По-моему, это всё ещё мой номер. И не могли бы вы одеться…
– Мистер-скромняга так заботится обо мне? – хихикнула девица, продолжая пребывать в той же позе.
– Мистер в первую очередь заботится о себе. При виде вас меня бросает в жар, а в комнате такие сквозняки, – сказал я. – Сейчас я снова выйду за дверь, а когда вернусь – вы будете полностью одеты, как полагается приличной леди. Пяти минут хватит?
– Какой же вы зануда, мистер Лестрейд! – покачала головой красотка, поднимаясь на локтях. – Неужели я вас не возбуждаю? Или вам больше нравятся лица одного с вами пола? Если это так, я скажу мадам, и она найдёт того, кто поможет скоротать вам эту ночь…
– В данный момент больше всего меня возбудит хороший ужин – я жду его с минуты на минуту, во-вторых, я сильно храплю и тому, кто захочет провести со мной ночь – не понравится. В-третьих, передайте мадам Беркли мои слова глубокой признательности. Я очень польщён её выбором. Вы – действительно красотка, что надо.
– Так в чём же дело, Джордж! – воскликнула она. – Возьми меня, и, клянусь, ты скоро забудешь о еде, а ещё – ночью тебе будет не до сна, так что никто не услышит твоего храпа!
– Пять минут! – напомнил я. – Я вернусь через пять минут. Постарайся уложиться…
– Мэгги… Меня зовут Мэгги!
– Моё имя ты знаешь. Время пошло.
Выйдя в коридор, немного постоял, прислушиваясь к тому, что творится в моей комнате. Зашуршала ткань, загуляли доски пола. Процесс пошёл.
Часов у меня не было, так что пришлось положиться на внутренний хронометр.
– Надеюсь, ты уложилась в норматив, – объявил я, возвращаясь в номер.
Мэгги мало того, что была при полном параде, так она ещё успела привести в порядок причёску и накраситься.
Завидев меня, она капризно вытянула губки.
– Неужели я тебе не понравилась?
– Мэгги, ты просто чудо! Большинство мужчин отдали бы руку, чтобы провести с тобой ночь… Да что ночь! За час в твоих объятиях! Просто у меня… как бы тебе сказать…
– Вы кого-то любите? – вкрадчиво спросила она.
Я осёкся.
В памяти настоящего Лестрейда я не нашёл той, которую он бы любил. Да, были мимолётные встречи, бурные романы – но ничего серьёзного, чтобы раз – и на всю жизнь. К своим немалым для этого времени годам он не успел обзавестись семьёй, продолжал быть холостяком и… кажется, ему это нравилось.
Знавал я таких людей прежде.
А что касается меня… Мы много лет прожили с женой душа в душу, к сожалению, она ушла гораздо раньше меня. Первое время без неё было трудно. Когда я видел её вещи и всё, что напоминало о ней, щемило сердце, накатывала неимоверная тоска. Потом… потом как-то привык, даже настроился, что уйду вслед за ней, и, кто его знает, что нас ждёт – вдруг мы увидимся снова?
Наверное, это и есть настоящая любовь.
– Да, – кивнул я.
Она окинула меня нежным взглядом.
– Мистер, знали бы вы, как я завидую той, кого вы любите… Ей так повезло!
– Не думаю, – слабо улыбнулся я. – Я – тот ещё подарок.
– Когда мадам Беркли предложила девочкам… ну, разделить с вами постель… Я… я сама вызвалась, – покраснев, призналась Мэгги.
– Почему? Вы же меня не видели…
– Вы помогли Молли, спасли её от этого негодяя Чарли! Девочке всего четырнадцать, а он любит бить тех, с кем спит. Его это страшно заводит…
– Бедный ребёнок, – покачал головой я.
– Если бы не вы – кто знает, что он бы с ней сотворил…
– Неужели этот Чарли – такой ценный клиент, раз мадам Беркли так им дорожит?! – изумился я.
– Дело не в самом Чарли! Он – редкостная тварь и только. Но у него есть кузен…
– Постой! – воскликнул я. – Дай догадаюсь! Этот кузен – констебль Кризи.
Мэгги кивнула.
– Так и есть, мистер Лестрейд. Кризи держит всех в кулаке, на этой улице все ему платят, а он решает, кто и что должен делать…
Я ждал чего-то в этом духе. Уж больно нервно реагировал констебль на известие, что я поколотил Чарли. А если присмотреться, в их чертах лица можно найти отдалённое сходство. Гены есть гены, от них не денешься.
– Ясно. Значит, любая выходка Чарли сходит ему с рук, благодаря родственнику.
– В Лондоне на каждой улице есть свой Чарли и свой констебль Кризи, – вздохнула Мэгги. – С этим ничего нельзя поделать, мистер. Кризи отправил за решётку полдюжины человек, которым не нравился такой расклад. С остальными расправился Чарли и его дружки.