Дмитрий Даньшов – Светка. Оля. Аннушка (страница 9)
«Ну как же ж так? Ведь совершенно очевидно, что жениться нужно только на самой красивой! А тут? Вот невеста, а из тетенек, стоящих рядом с ней, вон и та красивее, и эта лучше! – с детства, прям с самого детсадовского детства, каждый раз, наблюдая за какой-нибудь свадьбой, удивлялся я, – этот дядька, который сейчас женится, он что, слепой?! Явно же выбрал не самую лучшую. Почему?! Непонятно…»
Мысль, что жениться нужно только на самой-самой, в мою башку просто «импринтилась» – втемяшилась то есть с раннего детства. Ну, возможно, вследствие… или в некоторой связи, или вне всякой связи с этой мыслью в свои почти тридцать лет я женат не был, что по тем временам, в середине девяностых, было явлением не совсем обычным. Сейчас-то оно по-другому, а тогда женитьба в двадцать два-двадцать четыре года считалась нормой. А мне было уже сильно побольше… Как-то все не встречалась, не случалась такая девушка, чтоб вот увидел и прям сразу – ах! Это, если что, предисловие.
Как-то, навестив родителей в поселке Биокомбинат Московской области и завезя им всяких вкусняшек, спускаюсь с намерением сесть в машину и ехать обратно в Москву. В холле подъезда родительского дома вижу тяжело идущую, сильно хромающую пожилую тётку. Грузная, сгорбленная, в не новом, но дорогом и когда то модном пальто. Придерживаю перед ней дверь. Смотрю, как она тяжело спускается по ступенькам, и задаю вопрос:
– А вы куда, собственно, идете?
– Мне в десятый дом, – отвечает.
Десятый дом. Так это ж по пути. Мимо него я сейчас как раз в Москву и поеду. Поселок небольшой. Машина у подъезда. Человеку идти тяжело. Почему бы не подвезти? Говорю:
– Садитесь, я вас довезу!
Едем, бабушка расспрашивает:
– А чё здесь делал?
– Родителей навещал.
– А чё один? Без семьи?
– Так по причине ее отсутствия, – отвечаю.
– А в чем причина ее отсутствия?
– Видимо, в том, что не женат. А не женат потому что не женился.
– А не женился почему? – не унимается моя пассажирка.
– Ну… как-то вот не встретилась еще подходящая девушка.
Пожилая дама делает паузу, секунды две думает, и уверенно заявляет:
– Так. Понятно. Ладно… Сейчас мы эту проблему решим. Я тебе тут напишу телефончик.
Перебиваю неугомонную барышню преклонных лет:
– Вы знаете, не надо мне писать телефончик. Я мальчик взрослый. Девушек вокруг достаточно, уж сам как-нибудь себе выберу. Вряд ли вы, не зная моих вкусов и характера, дадите мне телефончик той самой девушки, которая мне понравится. Вероятность, мягко говоря, не очень высокая.
Бабушка повернулась ко мне, удивленно-возмущенно посмотрела на меня в упор и выдала с чудовищной категоричностью:
– Да знаю я, какая тебе нужна! Телефон бери. И вообще, не спорь со мной!
Ну, знаете, у меня как-то даже это… мурашки по спине пробежали. Эти ее уверенность и бесцеремонность создали ощущение, что путь от дома моих родителей до дома под номером 10 в тот день был намного длиннее, чем всегда.
Довез бабушку до десятого дома. Телефончик она сама мне записала на листочке в мелкую клетку.
– Позвони! – в приказном тоне сказала она как отрезала.
Ладно… сунул бумажку в кошелек, доехал до дома. Нет, не забыл. Но и не позвонил. Сразу не позвонил: и некогда было, и сопротивление какое-то… не только психологическое – весь мой организм сопротивлялся: а че это какая-то бабка утверждает, будто знает, кто мне понравится?! И откуда ей может быть известно, кто мне вообще нужен по жизни? Хрень какая-то…
Все предыдущие попытки, совершаемые моими друзьями и приятельницами (в основном любят этим развлекаться дамочки), с кем-то познакомить меня или наладить на свидание с приглянувшейся им (заметьте, им, а не мне!) кандидаткой на вакантную должность невесты заканчивались трагикомично. Уже в начале такой искусственной встречи я понимаю, что это не мой вариант, а потом вежливо терплю, дожидаясь, когда можно будет попрощаться, чтобы больше никогда не встречаться. И еще понимаю, что девушка, попавшая на такое свидание стараниями своих подружек или родственников, чувствует себя так же, как и я, осознавая весь идиотизм происходящего.
Девчонок-то в жизни много! Но вот вероятность того, что какая-то неведомая, с листочка в клеточку, окажется той самой, стремится к нулю. Прям вот исчезающе малая вероятность. Однако уж больно бабка попалась настойчивая! Такая самоуверенная! Так зыркнула на меня! Позвоню, как руки дойдут. Все равно прямо сейчас встречаться некогда.
Позвонил. Чуть ли не через месяц, но все-таки позвонил. Побеседовали. Договорились о встрече.
Стою на остановке возле метро Проспект Мира. Встретиться условились там. Напоминаю: девяностые годы, мобильников никаких нет, договариваться нужно чётко обо всем от места и времени встречи до описания своего внешнего вида. Помните фильм «Место встречи изменить нельзя»? «Роста я среднего, в пальтишке буду черненьком, кепчоночка серенькая, журнальчик у меня будет «Огонек» в руке». И все потому, что, оторвавшись от домашнего телефона, уже ничего не уточнишь, и свидание может не состояться.
И вот из троллейбуса (представляете? из троллейбуса!) выходит девушка… Смотрю на нее и понимаю, что жду именно ее. Не вижу, ни во что одета, ни что у нее в руках – просто знаю, что это та самая, которая мне нужна! Она фантастически красива! Именно тот редкий тип внешности, какой меня всегда привлекал в женщинах. Она мне нравится! Она особенная! Бывает же! И ведь ничего эдакого: никаких павлиньих перьев, каких-то ботфортов до подбородка и прочих глупостей, коими женщины любят себя украшать. Здесь ничего такого не надо – природа сама со всем справилась!
Пришли мы к тогда еще существовавшему занятному месту со странным названием «Комитет Защиты Мира». В цокольном этаже этого здания была кафешка-ресторанчик для своих. Место немного необычное и, можно сказать, даже статусное. Для храбрости я выпил коньячку. Граммов двести. Помогло. Девушка поддержала компанию одной рюмкой. Посидели, поговорили. Общение мне очень понравилось: слушает с интересом, про себя рассказывает немногословно. Первое восторженное впечатление только укрепилось.
С этого и начались три этапа моего движения в семейную жизнь. Первый из них был восхитителен. Мы познакомились ближе, потом… я сделал то, чего никогда ранее не делал: побывал у них дома, где познакомился с ее родителями, пригласил их к себе домой. Выпили с потенциальным тестем. Очень крепко выпили, доложу я вам… Впечатлений от знакомства нам это не испортило.
Всё шло замечательно. Эмоции зашкаливали, сердце пело, что всё прекрасно… Разум же тридцатилетнего мужика не оставлял попыток трезво анализировать ситуацию: посмотреть на родителей, сравнить порядки в семьях – моей и ее. Посмотрел. Сравнил. Хорошая семья, добрая, без лишнего пафоса. Попытался нарисовать в своем воображении картину нашей счастливой совместной жизни… Честно говоря, разум в этой ситуации просто отрабатывал задачу объяснить и обосновать решение, которое если и принималось головой, то в какой-то её глубинной, очень инстинктивной части. Девушка хороша – это чудесная реальность. Убеждение, что это именно то, что мне нужно, возникло мгновенно в глубине сознания. В рептильном мозге. А логический разум – всякие там лобные доли – они просто по заданию рептильного мозга готовили аналитическую записку, полностью подтверждающую его гениальные выводы. Ну, этого самого рептильного мозга. Уверен, что так все и было. Или это бабушка на меня индукцию сознания навела?..
Кстати, о бабушке.
Диана! Так звали хромую не то провидицу, не то колдунью, написавшую на листке в мелкую клеточку заветный номер телефона. Большой, определяющий след оставила Диана в моих судьбе и биографии. Я, конечно, материалист, хотя сейчас уже точнее будет сказать «в основном материалист», но по ходу описываемых событий я не раз задавал себе вопросы: «А так вообще бывает? А где тут логика, смысл и причинно-следственные связи? Что со мной происходит? Почему так накрыло? С ума съезжаю? Или бабка наколдовала?»
Наши отношения с девушкой развивались бурно и сложно. Были очень болезненные периоды, когда, казалось бы, все испорчено, отношения разбились и назад их не склеить. Но какая-то сверхчеловеческая сила заставляла меня адски переживать, скрипеть зубами и заново отстраивать все, что сломалось. Помимо моей воли. Я много думал бессонными ночами, почему я так поступаю, но не мог найти разумного объяснения. Какая-то другая, не моя сила вела меня тогда по жизни. Я сам, такой упертый, логичный, фанатично дисциплинированный, не смог противиться этой неведомой силе. И крамольная мысль: «Бабка наколдовала!» была мне единственным доступным обьяснением.
Бабушка Диана оказалась сильно-сильно дальней, не прямой родственницей моей девушки. Необычная бабуля. И это очень мягко сказано. Мысли про «бабка наколдовала» имели под собой некоторые извиняющие инженера и материалиста основания.
В момент нашего знакомства Диана проживала с пятым мужем. Хромая, старенькая. Всех своих мужей бросала исключительно она сама, тут же находя себе следующего достойного кандидата. И, как я теперь думаю, у кандидата не было шансов на Диане не жениться. Те, кто знал ее, поговаривали, что она обладает некоей магической силой. То есть может приворожить к себе любого мужчину. Она изгнала из своей жизни мужа номер четыре – и у нее сразу же материализовался муж номер пять. Заслуженный ветеран войны возраста восемьдесят плюс, весь в орденах полковник в отставке, занимавший ранее серьезную должность. Интеллигентный, эрудированный, много читающий старик с солидным денежным достатком в виде персональной пенсии, недвижимости и накоплений. Ну просто чудо что за дед! Думаю, за него многие тридцатилетние согласились бы выйти. А тут – Диана… Не красавица. Хромая. Характер тяжелый. И вот нá тебе – дедушка влюбился! И живет он себе со своей капризной Дианой, не желая большего счастья. С ума сбеситься можно.