Дмитрий Данков – Вирус Бога (страница 49)

– Хорошо, спасибо, – командир ­почему-то стушевался и вышел из палатки.

– Зачем ты с ним так? – спросил Сергей у Марины. – Нормальный, вроде, мужик.

– Все они нормальные, пока ты шаг в сторону не сделал, или пока им не приказали взять дробовик и вынести тебе мозги, – включился в разговор Владимир.

– Ну, что ты все со своим посттравматическим синдромом? Ну, постреляли в тебя, сам нарвался, успокойся уже, – огрызнулась на него Марина.

– Да он же ни секунды не думал, взял и выстрелил, – не унимался Владимир.

– Думаю, он все прекрасно понимал про нас, потому и выкинул эту штуку, – сказал Сергей.

После завтрака, убравшись и выкинув грязную посуду, выпили кофе.

– Все готовы? – осведомился Сергей. Кроме Павла Сергеевича, все ответили утвердительно. – Пойдемте, посмотрим, что нам приготовили господа военные, Профессор обещал, что будет интересно.

Группа вышла из палатки и бодрым шагом направилась к командному шатру. Летнее утро было в самом разгаре, пели птицы, теплый ветерок шелестел в кронах деревьев, солнце приятно грело.

– Сейчас бы искупаться, – мечтательно проговорила Маша.

– Уже накупались, на всю оставшуюся жизнь, – фыркнула Марина, – свалили бы сразу, может, и пронесло бы.

– Чего теперь душу травить? – сказал Сергей.

– А где она теперь, душа? – не унималась Марина.

– Ну, правда, прекратите уже, пожалуйста, – попросила Юля, – и так тошно.

Они уже были у входа в шатер, охранник открыл перед ними дверь, приглашая вой­ти.

– Какой галантный мужчина, боже мой, – жеманно произнесла Юля, послав охраннику воздушный поцелуй.

За столом у большого экрана их уже ожидали: Профессор, половник и множество людей в военной форме и белых халатах. Стол был сделан большой подковой, повернутой открытой частью к экрану. На экране появилась карта местности, на которой по всей территории пульсировали красные точки.

– О, спящие красавцы и красавицы, – воскликнул Профессор, – мы уже вас заждались, чтобы не повторять все дважды, решили без вас не начинать, а вы оказались любителями хорошо поспать. А где ваш пожилой товарищ? – спросил он у Владимира.

– Он вчера покончил с собой, но сейчас с ним, вроде, уже все в порядке, спасибо, – будничным тоном ответил тот, – спит, мы думаем, потому, что потерял много крови.

– Много?

– Если быть точным, почти всю, что смогла из него вытечь. Но мы надеемся на скорое возвращение Павла Сергеевича в строй.

– Надо же, какой ранимый мужчина, а по нему так сразу и не скажешь. Детишек наших замочил, не побрезговал. А тут – на тебе, расстроился, – Профессор покачал головой. – Ну, хорошо! – Пятигорский хлопнул в ладоши. – Садитесь. Вас, молодой человек, – обратился он к Андрею, – попрошу сесть рядом со мной. Вы вчера удостоились высокого доверия, влились в ряды штаба данной операции, так что не стесняйтесь, осваивайтесь. Ознакомимся с отчетом на данный момент. Антон, прошу вас.

Профессор кивнул одному из «белых халатов», молодому человеку с замысловатой прической и тонкими усиками, тот встал и, взяв в руки пульт, нажал кнопку. На экране появилось изображение мутной темно-­зеленого цвета жидкости, густо усеянной мелкими зернышками. В левой части экрана промелькнула длинная зеленая полоса, похожая на змейку.

– О, снова зеленые сопли! – вскрикнул Юрка, показывая пальцем на экран.

– Что, простите? – повернулся к нему Антон.

– Мы такое уже видели, с нашей камеры, когда она нырнула в воду на дне провала, только без этого десерта с семенами чиа, – пояснил Юрка.

– Семенами чиа? – Антон явно был сбит с толку.

– А ведь верно подмечено, – засмеялся Профессор, – споры при такой плотности действительно напоминают семена чиа, в десерте, я такой часто покупаю, да, забавно.

– Так это споры? – настал черед удивиться Юрке.

– Да, это вода из вашего провала под сильным увеличением, в таком виде «Чужак» и попадает в организм, тут увеличение в несколько тысяч раз. Споры небольшого размера, но тут, надо признать, невероятная концентрация. Насчет их похожести на десерт не могу судить, не ем сладкое, – Антон поморщился.

– А эти полосы – что это такое? Мы их видели на записи с нашей камеры. Раз мы их видели на записи, сделанной обычной оптикой, значит, они совсем не микроскопические, – спросил Андрей.

– Мы пока только предполагаем, что это – простейшая форма жизни, созданная «Чужаком». Она состоит из видоизмененных спор, но по ­какой-то причине развитие в этом, как его назвали мои коллеги, «первичном бульоне» не пошло дальше.

– Если не ошибаюсь, термин «первичный бульон» не ваши коллеги придумали, а Александр Опарин, – поправил Андрей, – хотя он вряд ли оспорил бы корректность его применения в данном случае. Может быть, в таком десерте жизнь и зародилась ­когда-то, и мы сейчас видим, каким был тот океан, откуда все мы вышли. Но в тот раз развитие не остановилось на зеленых соплях.

– Мы все произошли от зеленых соплей, а не от обезьян? – Юрка засмеялся.

– Давайте ­все-таки ближе к делу, – подключился полковник, постучав по стакану карандашом, – не отвлекайтесь, пожалуйста.

Юрка моментально принял серьезный вид: аккуратно сложил руки перед собой, как примерный ученик, все свое внимание сосредоточил на экране. Полковник фыркнул и покачал головой.

– Благодарю за комментарий, молодой человек, – Антон слегка поклонился Андрею, – могу я продолжить, с вашего позволения?

– Продолжайте, пожалуйста, – распорядился Профессор: его очень забавляло происходящее, и искры между его коллегами и молодыми исследователями в особенности.

– Несмотря на явную потенцию создать новые формы жизни, «Чужак» ограничился только этими странными существами. Провал случился во время землетрясения, чуть более года назад, но подземная полость с тем, что мы называем «бульоном», потому как водой это уже называть никак нельзя, существует очень давно. Возможно, стоит скорректировать нашу теорию в части способности «Чужака» создавать жизнь, тем более что источником это теории является носитель, то есть зараженный чужаком субъект. При всем уважении… нам стоит с большей осторожностью относиться к такому источнику информации…

– Вы, имеете в виду, что мы, будучи носителями, можем сознательно дезинформировать вас? – поинтересовался Сергей.

– Ну, может быть, не совсем сознательно… – немного замялся Антон.

– А как? – настаивал Сергей.

– Мы до сих пор не знаем задач и целей «Чужака». Согласно действующим установкам, он рассматривается нами, как угроза. Вы – зараженные им субъекты, которые, благодаря вашим предыдущим заслугам, попали в исследовательскую группу, причем в ее руководящий блок, – вмешался в разговор сидящий слева от полковника другой «белый халат» – пожилой мужчина с густой седой шевелюрой и в старомодных очках.

– Два вопроса: что за установки, и что за предыдущие заслуги? – спросил у него Андрей.

– Я отвечу. Установки мы получили от руководства, думаю, вы понимаете, о ком речь, – он кивнул наверх. – Вы считаетесь угрозой. До того, как вы заразились, вы проделали отличное исследование, которое и привело нас всех сюда. Благодаря этим заслугам, вы заняли место в нашей группе, еще раз отмечу, в руководящем составе группы. Вы даже не представляете, насколько это уникальная ситуация. Вы должны быть изолированы, а сидите здесь, за одним столом с нами. Вы же понимаете, что мы должны с вами сделать по протоколу?

– Догадываюсь, – пробормотал Андрей.

– Но, с учетом имеющихся данных о том, как «Чужак» изменяет носителей-­людей, мы просто обязаны с должной осторожностью относиться к вашим словам, к информации, которую вы нам предоставляете. Прошу вас с пониманием относиться к этому обстоятельству. Хочу дополнить, что благодарить за все вы должны прежде всего Профессора. Если ­что-то пойдет не так, отвечать будет он.

– Дмитрий Сергеевич, благодарю вас за напоминание об этом обстоятельстве и данные нашим молодым, не побоюсь этого слова, коллегам разъяснения, – сказал Профессор, наклонившись над столом, чтобы лучше видеть собеседника.

– Раз мы во всем так замечательно разобрались, – снова взял слово стоящий перед экраном Антон, – давайте вернемся к нашим гипотезам относительно «Чужака», в особенности к вопросу возможности зарождения, либо толчка к зарождению новых форм жизни. Почему, имея возможность творить, в данном случае он остановился на столь странных полуформах…

– С чего вы взяли, что он остановился? – перебила его Света.

– Ну, мы же не видим в провале на засыпанном озере никаких новых форм жизни, – глядя на нее с улыбкой, ответил Антон. – Это же очевидно, – он повернулся к своим коллегам, ища у них поддержки, те одобрительно закивали головами и повернулись к Свете, ожидая ее реакции.

– Вы, видимо, представляете себе, что из этого провала должна просто переть жизнь, как из деревенского туалета, куда кинули изрядный кусок дрожжей? – спросила его Светлана.

– Простите? – Антон вопросительно поднял бровь.

– Забудьте, – Света отмахнулась от него рукой. – Здесь источник, – продолжила она, – он появился в этом месте не вчера, и все, что необходимо, он на нашей планете уже сделал. Сейчас это просто источник спор, почему они иногда создают эти «сопли», я не знаю. Но точно знаю, что процесс не остановился, просто здесь вы его не увидите.

– Откуда такая уверенность?