Дмитрий Быков – #заяц_прозаек (страница 15)

— Что тебе привезти? — как всегда спросил он. Привозить подарки из других стран тоже было традицией — из тех лет, когда в нашей стране ничего нормального не продавалось. Но, в отличие от газет, эта традиция мне нравилась, и я всегда ждал сувениры из командировок.

— Привези, пожалуйста, «мистери бокс» с тайными товарами, — попросил я.

— Ни в коем случае! — вмешалась в разговор мама. — Там же может быть отрава! Споры сибирской язвы или «Новичок» какой-нибудь. Я читала, что такое рассылают в конвертах в виде порошка.

— Какой там «Новичок»! Скорее старичок, — засмеялся отец. — Наверняка все коробки забиты медведями в виде Трампа.

Спорить с мамой — любимый вид спорта отца. Я всегда маме проигрываю, поэтому со мной спорить он не стал и обещал выкупить набор из нескольких посылок.

Я надеялся, что мои посылки не будут совсем ерундовыми. Не все же отправляют «сущие безделицы»! Ведь это надо заморочиться, время тратить: идти на почту, в очереди стоять…

— Последний раз ты так ждал меня лет в семь, — усмехнулся отец. Я стоял у двери — даже тапочки приготовил.

Мне было немного стыдно из-за того, что жду я не его, а свой «мистери бокс», и отец, наверное, это понимал. Но всё равно был рад.

«Мистери бокс» был обычной картонной коробкой с надписью «10 Items». Довольно большой: для того, чтобы её привезти, отец купил ещё один чемодан. В коробке и правда было десять пакетов с посылками.

Предчувствие огромного счастья или ужасной беды заколотилось между рёбрами. Я боялся притронуться к этой коробке тайн, стоял и глубоко дышал, пока не успокоился. Потом взял ножницы и начал осторожно вскрывать упаковку.

Через полчаса в куче пластика лежали телефон-«андроид» с картой на тридцать два гига, выводок резиновых утят, набор косметики, комикс «Могучие рейнджеры», электробритва, много разной одежды для детей и взрослых. И да, в пакете с тяжеленной Статуей Свободы для письменных принадлежностей оказался вездесущий медвежонок Трамп!

Я распечатал только девять посылок из десяти. Упакованную в пупырчатую плёнку и скотч продолговатую коробку, похожую на контейнер для яиц, я достал одной из первых. Но почему-то не открывал её.

В дверь постучалась мама:

— Можно?

Она брезгливо посмотрела на выпотрошенные посылки и показала на контейнер:

— Боишься открывать?

Я кивнул, а потом взял ножницы и решительно разрезал плёнку.

— Качественная керамика, — сказала мама.

Мы с разных сторон рассматривали два синих яйца, которые в свете лампы переливались всеми цветами радуги.

Может быть, это были и керамические яйца, но мне почему-то казалось, что они настоящие. Мама поскребла скорлупу серебристым ногтем:

— Хороший колорист поработал! Давай поставим на полку в гостиной? Они по цвету как раз гармонируют с Виноградовым и Дубосарским. Я закажу подставку…

— Инкубатор будет им подставкой, — отрезал я. — Заодно и проверим, насколько эта керамика качественная.

Конечно, я понимал, что всё это игра, но мне хотелось в неё играть. Уже несколько месяцев инкубатор не работал, потому что место в моей комнате закончилось и некуда было ставить новый террариум.

— Когда кто-то из старых умрёт, новых поселишь на их место, — жёстко сказала мама.

Но никто из моих зверей не умирал, чему я был, конечно, рад. Я поместил синие яйца в инкубатор и просветил их портативным овоскопом, чтобы узнать, если ли там кто-то живой. Бесполезно: то ли яйца и правда были ненастоящими, то ли скорлупа слишком плотной. Несмотря на неудачу я всё же включил инкубатор и выставил температуру в двадцать семь градусов, которая могла подойти и змеям, и ящерицам. Чувствовал себя при этом бабушкиной собакой Люськой: когда у неё сносило планку, она принимала одноухого игрушечного зайца за своего щенка.

К концу второго месяца мои надежды треснули, как скорлупа. А я ведь уже новый террариум приготовил, идиот!

«Может, надо было повыше температуру задать? — мучился я. — Почему я решил, что это змеиные яйца?»

В отчаянии я поднял температуру до тридцати восьми градусов, как для куриных яиц. И перестал подходить к инкубатору, чтобы не расстраиваться.

Сообщение от мамы я получил на самостоятельной по химии: «Оно проклёвывается!!

Что делать?». Я сначала даже не понял, о чём она. А когда дошло, почувствовал, как накрывает паника. Глубоко вздохнул, закрыл глаза, положил голову на руки.

— Полухин, скорблю вместе с тобой, но откосить не получится, — сказал химик. — Доделывай работу.

Впервые кто-то вылупляется, когда меня нет дома! Обычно я знаю, когда это случится и просто никуда не ухожу. Сейчас происходит главное событие в моей жизни, а я ничего не могу поделать!

— У тебя всё в порядке? — спросила Даша, моя соседка по парте.

— Да, — ответил я. Не люблю врать, но я просто не знал, что ей сказать.

— Можешь у меня списать, — предложила Даша. — И пойти домой, если тебе плохо.

— Мне не плохо, просто… Неважно. Спасибо.

Я быстро скатал у Даши оставшиеся задания, сдал тетрадь, отпросился со второго урока и помчался домой.

— Я слышу, что-то стучит! Потом ещё, и ещё! — объясняла мама, когда я высаживал ящерку в террариум. — А когда увидела, что из яйца голова торчит, у меня чуть сердце не остановилось! Одного не пойму: как эта ящерица могла выжить на почте?

— Наверное, это очень выносливая ящерица, — задумчиво сказал я, рассматривая нового питомца.

Неужели гималайская агама? У меня уже была одна агама, бородатая, но гималайскую у нас просто так не купить. Я присмотрелся к ящерке: нет, не похожа она на агаму. Слишком крупная, равномерно синяя, без желтизны на голове. На морде нарост, как будто вместо верхней губы — клюв. А на спине какой-то прозрачный пузырь: кажется, что ящерица рюкзак надела.

— На крокодильчика похожа, — сказал мама. — Наверное, так выглядит Бабайка.

Я обиделся, потому что ящерица моя была редкой красоты. Но имя Бабайка ей подходило.

Внезапно мама нахмурилась. Я весь подсобрался — когда у мамы такое лицо, значит, ей в голову пришла Тревожная Мысль:

— Вообще всё это ужасно. В квартире появился неизвестный зверь. Я думаю, нам придётся сообщить о нём куда следует.

— А куда следует? — заволновался я.

— Да вот я и сама не знаю, куда, — мамина тревога сдулась, было видно, что она лихорадочно ищет решение. — Может, в биологическом кружке поспрашиваешь?

С руководителем биостудии Германом мы разошлись со скандалом. У нас в студии так было заведено: раз в месяц ходили в гости к кому-нибудь из участников. Смотрели, кто у кого живёт, обменивались идеями по содержанию животных, ну, и чай пили, конечно. Когда Герман увидел мой зоопарк, то ужасно разозлился. Сказал, что так нельзя, что я веду себя, как хордер — собиратель животных. Что я один не смогу за всеми нормально ухаживать, и они зачахнут от голода и обезвоживания. А я прекрасно мог, и звери у меня были здоровы. В общем, не только я, но и все ребята поняли, что Германа разрывало от зависти. В студию я больше не ходил, и никого показывать Герману не собирался. Но сказал маме, что подумаю.

Я несколько дней не отходил от террариума с синей ящерицей. Написал в школьный чат, что заболел. Мама уже устала сопротивляться: я так каждый раз болел, когда кого-то нового покупал. Она покорно носила в комнату еду и чай, чтобы я не умер. Но сейчас я даже есть не мог. Днём и ночью бродил по интернету и искал ответ, что же такое у меня вылупилось. Сфотографировал ящерку: в гугле ни одного совпадения по картинке.

В конце недели пришёл мой друг Егор:

— Я тебе писал раз сто.

— Ага.

— И звонил примерно столько же.

— Ага.

Егор подошёл к террариуму и бешеными глазами смотрел, как я кормлю Бабайку.

— Ущипни меня, — прошептал он.

— Могу даже избить, всё равно не поможет, — сказал я. — Она и правда жрёт кошачий наполнитель.

— А зачем? — спросил обалдевший Егор.

— Да потому что нормальную еду для ящериц не ест! Зато слопала весь грунт! Когда кончился мох, кокосовая щепа и опилки, я от отчаяния насыпал ей наполнитель — и она от него без ума!

— Можно я? — попросил Егор, и я дал ему керамическую ложку: металлические окислялись от Бабайкиной слюны. Егор зачерпнул ложкой гранулы известняка и сунул ящерице под нос. Она распахнула розовую пасть и чуть не проглотила ложку.

— Василиск какой-то, — сказал Егор. — Клюв есть. И когти!

— Какой же это василиск? — возмутился я. — У василиска на голове и на спине гребень, плюс складка на горле. Да и насекомых он съел бы в два счёта!

— Да я не в зоологическом смысле, а в мифологическом, — начал объяснять Егор. — Петух с крыльями дракона и хвостом ящерицы.

Мифологический смысл мне был совсем не интересен:

— Фигня! Никаких крыльев у Бабайки нет, да и клюв скорее декоративный.

Егор прошёл по комнате, заглянул в террариум к полозу Пете: