Дмитрий Быков – #заяц_прозаек (страница 17)

Мама рассказывала, что в детстве она часто жила у бабушки. И с этим Шаром, она даже соглашалась оставаться дома одна. После школы мама уехала учиться в Питер, но так и недоучилась, вышла замуж, развелась и вернулась в Москву. А после этого встретила папу. Ее мама, бабушка Наташа, была очень против этого брака. А баб Мила их приютила, и вот собственно в этой ее квартире они сейчас и живут.

Шар был беспроигрышным вариантом. Надо было только придумать, как его позаимствовать. Видела бабуня уже совсем плохо. Федя решил, что если купить похожий, то можно будет его на время заменить. В четверг после школы, он отправился в ближайший торговый центр. Откладывать было уже нельзя, завтра праздник в школе. Он выбрал шар примерно такого же размера. Неяркий. Там был домик и снеговик. Жаль, почти все деньги потратил, лучше б подарок Кире купил. Но они пока не в таких отношениях. Пока они ни в каких отношениях.

Он поставил будильник на 6.30. Нужно было пройти через комнату родителей. За дверью ободряюще звучал папин храп. Если мама от этого не проснулась, то ее уже ничем не разбудишь. Федя нажал на ручку. Дверь крякнула. Федя вдохнул, как будто собирался нырнуть, и осторожно вошел. Несколько шагов — и вот он уже у двери баб-Милиной комнаты. У бабуни в комнате пахло сердечным лекарством. Она лежала на кровати у окна. Феде показалось, что глаза у нее открыты, и он замер на месте. Но она не двигалась. Еще два шага и вот он уже у стола. В стакане лежали бабунины челюсти. Федя вспомнил, как испугался в первый раз, когда увидел, что она вынула зубы. Он тогда сразу проверил, хорошо ли держатся его собственные. Федя взял в руки Шар, поставил на его место другой и немного прикрыл его пакетом. Хоть бы до вечера не заметили! Родители уйдут на работу. А сиделка внимания не обратит.

Выдохнул Федя только в своей комнате. Шар был тяжелый и холодный. Он положил Шар в рюкзак и лег в постель. В 7.30 его разбудила мама.

На улице было промозгло и сыро. Снег почти стаял, под ним неуместно зеленели островки травы. Никакого новогоднего настроения в воздухе не чувствовалось. Весь день в школе он то и дело заглядывал в рюкзак. За окном шел дождь, а в Шаре — снег! Феде хотелось достать его и держать в руках, но тогда все сбегутся, начнут вырывать. Еще уронят! Он покажет его только Кире. Но для этого нужно выбрать момент, когда уже кончатся уроки и начнется праздник. Но как поймать ее одну! Об этом он как-то не подумал. Вначале были Новогодние конкурсы, Федя таскался за Кирой, на расстоянии, конечно. Потом угощение в столовой — туда набилось человек сто. А вечером тупые танцы в актовом зале. «Эх, дебил! На что я рассчитывал!» — Федя сидел в темноте на лестнице за залом, которая вела в физкультурную раздевалку. Музыка оглушала даже здесь. Он положил Шар на колени. Шар светился в темноте — заснеженную поляну освещала Луна.

Вдруг из двери вышла Кира с телефоном.

— Мам, ну что? Ща, я не слышу ничего.

Кира зажала второе ухо и сделала несколько шагов вверх по лестнице. Федю она не заметила.

— Нет! Меня не надо встречать! Мам, ну я не в первом классе, ну. Меня Денис проводит! Ну, еще часа два. Хорошо, хорошо, я позвоню.

Лицо у Киры стало раздраженным и некрасивым. Но это неважно. Главное — сейчас они совершенно одни.

Сердце забилось где-то в районе горла. Надо решаться. Тут Кира засунула телефон в карман, приподняла короткий свитер и поправила лифчик. Федя замер и попытался проглотить слова, уже вырвавшиеся наружу. Кира вскрикнула и обернулась:

— Блин! Напугал, Горохов! Ты че не в зале? — сказала она зло, пытаясь скрыть смущение.

И тут она увидела Шар.

— Ой, что это?

— Смотри! Это Шар. Там снег.

Кира присела рядом на ступеньку:

— Дай посмотреть!

Она протянула руку, коснулась теплыми пальцами Фединых рук и поднесла Шар к глазам.

— Вау, это что? Ви ар?

Федя не сразу понял.

— Виртуальная реальность? Не знаю, нет. Это прабабушкино. Старинная штука. Тогда еще не было ви ар. Там летом дождь идет, и птицы…

— Прикольная вещь! Пойдем нашим покажем, — Кира стала спускаться по ступенькам.

— Нет, стой! Не надо показывать!

— Да, ладно, успокойся, не покажу. Возьму поиграть до понедельника.

Федя чуть не задохнулся от неожиданности и возмущения. Вот так вот просто, взять чужую вещь. Самую дорогую! Что делать? Вырвать из рук? Но тогда уж точно надеяться не на что.

Он стал спускаться за ней, Кира вошла в зал, прошла к своей сумке и убрала шар. А потом махнула ему покровительственным жестом и пошла в круг танцующих. Федя потоптался в зале и пошел в раздевалку. В половине девятого Кира вышла с Никой и Светой. Спасибо, что без Дениса. Федя быстро выскочил на улицу, пока его не заметили.

Девочки разошлись в разные стороны. Федя пошел за Кирой, догнал:

— Кир, понимаешь, это не моя вещь!

— Ой, откуда ты взялся, Горохов?! Да что ты как маленький! Отдам в понедельник.

— Мне сегодня надо. Вдруг мама заметит.

— Какой ты скучный — «мама заметит».

— Эээ…

— Ну что ты топаешь за мной, сказала — в понедельник!

Они дошли до Кириного дома. Тут на Киру бросился черный пес. Вслед за ним из темноты выступила ее мама:

— Ты сказала, что Денис проводит?!

— Добрый вечер, — решил вмешаться Федя. — Кира доверила эту честь мне. Меня Федор зовут.

Кирина мама быстро взглянула на дочь, а потом ответила что-то вежливое. И даже Кира сказала почти с симпатией:

— Спасибо, Федор, можно дальше не провожать.

Федя потащился домой. Какие-то идиоты уже начали праздновать и запускали петарды во дворе. Вся детская площадка была в дыму.

Он поднялся пешком по лестнице. К счастью мамы еще не было. А у папы до ночи корпоратив. Он отпустил сиделку, прошел к баб Миле. Она уже была в кровати: «Феденька, как ты вырос!». Она всегда так говорила. Для нее время как будто остановилось несколько лет назад. Это было хуже всего. Видеть, как взрослый становится беспомощным и слабым. Когда ему было четыре, баб Мила водила его в садик, голова у нее не тряслась, на обратном пути они кормили уток, а на лыжах она бегала быстрее него. А сейчас ей девяносто. Мама говорит, что он ленится лишний раз зайти к «бабуне», а ему просто грустно и страшно. Федя принес ей воды. Дал вечернее лекарство. Быстро взглянул на стол. Неправильный шар стоял как ни в чем не бывало. Феде стало ужасно стыдно. Он получше закрыл его пакетом.

Написал Кире в вотсап. Хорошо, что в общем чате есть все номера! Не отправил. Стер. Опять написал:

«Кира! шар нужен завтра траблы с родителями»

Не ответила. Что будет завтра?

Федя дождался маму и сразу пошел спать. Мама пришла уставшая, с кучей пакетов и к счастью ничего не спросила.

Ночью Феде снилось, что он все-таки догнал Киру и вырвал у нее шар, тот запрыгал по лестнице и разбился. Он проснулся. Мимолетное облегчение сменилось еще большим ужасом. Схватил телефон. Он просто ненавидел эту дуру. Нашел кого поражать!

И тут пришло сообщение от Киры:

«Федь там человек! в шаре»

«выходи на улицу я щас», — быстро ответил он.

Федя оделся за две минуты, сунул ноги в ботинки на босу ногу и, не дослушав мамин вопрос, крикнул:

— Щас приду!

Вид у Киры был испуганный. Прическа растрепана. Она уже не строила из себя роковую красавицу.

— Смотри! — она достала Шар. Федя с облегчением выхватил его и чуть не уронил на асфальт.

В Шаре на снегу под елками лежал человек. Куртка его с одной стороны была порвана. Он лежал на какой-то штуке, кажется, рюкзаке. Щека была в крови. Он мучительно скривился и с трудом подтянул ногу.

— Черт! — Федя легонько потряс Шар, человек как будто ничего не заметил.

— Ты думаешь, это правда где-то есть? На самом деле? — спросила Кира.

— Не знаю. Точно где-то не в Москве. Погода другая. Снег позже тает.

— Слушай, а может, это палантир? Ну, как во «Властелине колец»?

«Надо же, Толкиена читала!» — отметил про себя Федя:

— Не-е, палантиры же для связи, а тут лес, елки.

— А может это такое кино? Про природу? Ты говорил там птицы.

— Что ты с ним делала? — Федя вдруг рассердился: — Вдруг ты программу переключила? А?

— Да, не делала я! Я смотрела вчера под одеялом. Ну, чтоб брат не увидел. И заснула. Проснулась — а там он.

Федя повертел шар в поисках кнопки. Но тот был абсолютно гладкий, внизу стекло было почти черным, на нем были какие-то цифры и надпись английскими буквами, но непонятно что.

— Это по-немецки, — вдруг сказала Кира, — у меня брат учит, — она как будто его мысли прочитала. — Я правда ничего не делала. Извини.

У Феди в кармане зазвонил телефон. Мама!