Дмитрий Блинов – 5 июля (страница 2)

Он подошел к жене вместе с дочерью на руках и обнял их обеих. На секунду всё слилось воедино – запахи, тепло, вес Саши, болтающийся между ними медвежонок Шкодина, Ленина рука на затылке. Андрей ощутил, как распрямляется внутри что-то давно согнутое. Это распрямлялся тот самый когда-то несгибаемый внутренний стержень Андрея, делая его по-настоящему сильным. Таким сильным, каким он должен быть в кругу самых близких и дорогих людей, в кругу своей семьи.

– Девчонки мои, – выдохнул он почти шёпотом. – Люблю вас. Больше жизни.

Саша, прижавшись щекой к его плечу, дёрнула за серебряный браслетик на запястье – тонкую цепочку с тремя крошечными сердцами-оконцами, где жили крошечные фотографии. Серьёзно, как взрослый, произнесла:

– Теперь мы вместе. Всегда. На моей руке.

Елена улыбнулась и посмотрела на Андрея.

– Ты не представляешь, как она любит этот браслетик. Идея с фотками очень удачная.

Семейное счастье проложило между ними невидимую линию и трансформировалось в хлопки дверей шкафа, гул чайника, смех Саши, проверяющей, насколько громко при движении стучат колёсики её чемоданчика.

– Утром поезд, – сказала Елена, вернувшись к важному для нее вопросу. – Ты точно должен сегодня ехать в офис?

Андрей отвёл взгляд. Внутри что-то шевельнулось.

– Отчёт, – ответил он. – Быстро сдам и вернусь. Обещаю.

– Она тебя снова дергает? – спросила Елена тихо, без осуждения.

Он промолчал. На лице – напряжение, тот особый вид мужской осторожности, когда каждый ответ это шаг по тонкому льду. Саша, уловив изменение настроения, заглянула в глаза отца. Детей никогда не обманешь.

– Ты дома почти не бываешь, – продолжила Елена, не обвиняя, а констатируя. – И еще этот проект секретный. Ты стал молчаливым. Уходишь, когда мы еще спим. Приходишь, когда уже спим. Я понимаю, что выбора особого не было, но ты устал. И мы, наверное, тоже.

Он искал слова и не находил. Смотрел на Сашу как будто в ребенке можно найти ответы или простую формулу взрослой жизни. Затем взял ладонь жены и приложил к груди.

– Сейчас так, – выдавил он через силу. – Проект на первом месте, но он почти завершён. Я не могу ничего сказать, но одно знаю точно: никогда на такое больше не подпишусь.

– Поддерживаю. Мне думать даже страшно, что вы можете проектировать, по заказу министерства обороны. Лишь бы это было неопасно.

– Неопасно, даже не думай об этом, – сделал небольшую паузу. – Нет возможности из проекта выйти. Даже если очень захотеть. Зато ипотеку скоро закроем.

– Вот эта «невозможность выйти» и пугает!

– Работу терять не хочу. Другие цели.

– Не потеряй нас по дороге к этим целям, – произносит она тихо.

– Я вырвал эти две недели, – снова целует её в висок. – Для нас. Только для нас.

– Две недели счастья! – объявила Саша, как приговор неминуемого отдыха, и смех вернулся. Они снова все обнялись.

***

Офис был похож на аквариум. Эту иллюзию составляло стекло и ровный свет. Плюс ко всему общую рабочую атмосферу дополняло щёлканье пластмассовых клавиш и редкие вздохи кондиционера. Пыльные растения на подоконнике держали оборону против скуки. Столы стояли тесно, как клетки улья. Офисная жизнь протекала размеренно и однообразно.

Андрей методично собирал бумаги в чёрную папку – пальцы двигались быстро, без участия сознания. Все на автомате. Голова была в другом месте – там, где поезд, Саша считает туннели, жена улыбается, глядя на нее. Напротив, через стол, на него смотрел Алексей. У этого сотрудника была расстёгнутая рубашка, на лице – ухмылка человека, которому мир слегка должен.

– Вот это фарт, Андрюха, – сказал Алексей громче, чем нужно, привлекая внимание. – В отпуск и летом. Как так можно, учитывая важность проекта. Научишь?

Две-три головы поднялись из-за мониторов, зависли. Ниточка напряжения протянулась над столами. Андрей закрыл папку, положил ладонь сверху, как на крышку рояля, подошёл ближе.

– Завидуй молча, Леха, – сказал сухо. – Кто как работал, так и отдыхает.

– Дело не в работе, и ты лучше меня это знаешь, – Алексей растянул слово как резинку. – Тут другое…

– Что другое? – Андрей наклонился. В голосе его не было угрозы, только просьба назвать вещь своими именами.

– Ну не у всех такой «особый» подход к руководству, – лениво бросил Алексей. – Ты талантлив не только в отчётах и проектах.

Андрей начал терять контроль. Кулак правой руки самопроизвольно сжался. Левой рукой он оперся о край стола.

– О чём ты? – спросил он тихо.

Алексей поднял руки.

– Да ладно, чего ты? – усмешка расползлась по лицу. – Лучшим лучшее. Всё по заслугам. Да и куда мне, выказывать недовольство руководителю проекта.

– Ты бы лучше говорил тише о проекте. Не все здесь с допуском.

– Боишься?

– Опасаюсь…

Дальше все стало происходить очень быстро. Андрей схватил Алексея за грудки. Тот при этом даже не пытался сопротивляться. Он провокационно расплылся в улыбке. Наблюдающие за ними сотрудники резко исчезли за мониторами. Офис затих, превратившись в класс учеников, в котором бояться быть вызванным к доске. Андрей понял, что за его спиной стоит начальник отдела, поэтому он разжал свои руки, и Алексей, скрипнув стулом, рухнул на свое место.

– То-то же, – огрызнулся Алексей. – Не имей привычки распускать руки.

– Потом поговорим.

– Андрей, – раздался ровный и резкий, как щелчок предохранителя, женский голос. – Дмитриевич.

Андрей повернулся. Светлана стояла в проёме входа в общий зал офиса – прямая спина, планшет, тонкий браслет на запястье. Между ней и Андреем натянулась невидимая для сотрудников струна.

– Да, Светлана Вячеславовна…

– Лавров, на вашем месте я бы занялась делом, – продолжила она, не повышая тон. – Если, конечно, отпуск для вас ещё важен.

– Отчёт готов, Светлана Вячеславовна, – ответил он официально. – Как раз иду к вам.

– Жду у себя, – кивнула она, немного задержав недовольный взгляд на Алексее, и затем ушла.

Андрей повернулся к своему коллеге. Немного наклонился, чтобы не слышали другие сотрудники. Голос стал ровным, почти холодным.

– То, что у тебя папа в управлении, не делает тебя бессмертным. Вот если бы не были в одной команде по этому проекту, то…

– То что?

– Держись от меня подальше.

– Угрожаешь? – Алексей приподнял бровь.

– Предупреждаю!

– Хорошего отдыха, – сказал Алексей с ехидцей, но мягче, чем раньше, опасаясь физического столкновения. – Андрей Дмитриевич.

– Сразу видно, пожелал от души.

Андрей пошёл в кабинет начальника отдела. Старался выглядеть собранным и целеустремленным. Таким, как будто инцидент с коллегой его никак не задел. Алексей еще несколько секунд сверлил его спину взглядом и наконец, потерял к происходящему всякий интерес. После ухода офис погрузился в привычный шум методического стука клавиатуры и гула работающих принтеров.

Кабинет начальника отдела отличался от основного офисного помещения. В нем непостижимым образом строгость сочеталась с домашним уютом. При этом жалюзи полосами резали дневной свет. На столе стоял ноутбук, ежедневник с мягкой кожей, стопка документов.

Андрей вошёл, держа папку с документами перед собой как щит.

– Светлана Вячеславовна, – ровно начал он. – Посмотрите отчёт прямо сейчас? Хотел бы освободиться пораньше.

Светлана закрыла ноутбук. На лице её появилась улыбка – лёгкая, едва склоняющая разговор в другую сторону.

– Зачем такая официальность? – спросила она мягко. – Здесь никого. Можно и на «ты».

– Не думаю, что уместно, – он не стал подходить ближе, остался на месте. – В офисе и так хватает разговоров. Про вас как про деспота. Про «нас»…

– А что про «нас»? – она смотрела внимательно, без заигрывания. В этом взгляде было больше профессионального, чем личного, но для Андрея это личное искрило как поврежденная проводка.

– Вы ко мне мягче, – пробубнил он. – Ко всем жестко, а мне… все сходит с рук. Коллеги замечают. Шепчутся.

– Может, ты заслужил, – пожала она плечами. – Ведущий специалист, этого будь он неладен, проекта. А может, мне плевать, что там говорят. Я ничего не скрывала и не скрываю.