Дмитрий Баскаков – Маг и нимфа, или неправильное фэнтези (страница 106)
***
Мы вышли в коридор, ведущий в Святая Святых. Сай сделал два шага и остановился, предостерегающе подняв руку. Из тайной комнаты доносились женские голоса — говорили, как мне показалось, на повышенных тонах, но при нашем приближении разговор стих. Потом Мелисса сказала, громко и внятно:
— Спасибо, Сай, ты свободен. Максим, заходи.
Молодой жрец кивнул и, не прощаясь, направился прочь. Я осторожно приблизился ко входу в святилище.
Мелисса сидела за столом, лицом к зале, руками поддерживая подбородок. Лицо её раскраснелось. Димеона стояла рядом и гладила её по волосам.
— ...ты думаешь, я об этом не думала? — вопрошала верховная жрица, шмыгая носом. — На самом деле, нет разницы, уходить ли одной или с избранными — тот, кому будет надо, всё равно меня рано или поздно отыщет. Если на то уж пошло, лучше было бы сменить имя и начать всё с чистого листа: человек ниоткуда, незнакомка для всех в чужих землях, но... Ты думаешь, это хоть что-нибудь даст? Напряжение снизится, но какою ценой? Забрать всех мы не сможем чисто физически, а раз так, нам придётся опять выбирать, потому что Сигаул, как пить дать, устроит кровавую чистку — он становится совсем невменяем, когда речь идёт об авторитете. И потом: целый год работы — и что, теперь всё впустую? Я не затем столько заботилась об этих людях, чтобы бросить их в самый трудный момент.
— Мелисса, — с нежностью промурлыкала Димеона, пока пальцы её полубессознательно собирали волосы на голове наставницы в хвостики. — Я понимаю, что это звучит неожиданно и, может статься, нелепо, но, если ты их сейчас не оставишь...
— Димеона! — старшая женщина вдруг хлопнула ладонью по крышке стола, одним резким движением головы вернув причёске прежний вид. — Мы говорили об этом достаточно, и я не вижу смысла начинать всё с начала.
Опустив руки, Димеона отступила на шаг и закусила губу. На лице её застыло выражение неудовольствия.
— Времени, как ты понимаешь, у меня сейчас тоже нет, — продолжала Мелисса. Глаза её бегали. — Я слышала твоё мнение. Я уважаю его, но сама остаюсь сейчас при своём. Надеюсь, с этим у тебя нет проблемы?
Юная жрица скрестила на груди руки:
— Нет, Мелисса.
— Хорошо, — наставница с кряхтением поднялась. — Максим, подойди сюда, пожалуйста!
Я повиновался. Пальцы жрицы аккуратно, но твёрдо взяли мою ладонь.
— Димеона, дай, пожалуйста, руку, — негромко попросила она.
Димеона протянула ладонь. Теперь верховная жрица стояла, левой рукой держа мою ладонь, а правой — ладонь своей ученицы. Сцена была простой, но волнительной. Юная нимфа затаила дыхание.
Медленно Мелисса опустила веки и так же медленно свела наши руки, не позволяя им пока что коснуться. Потом она вложила тонкие пальцы Димеоны в мою ладонь.
— Будьте счастливы, — сказала она просто. Она снова открыла глаза, и я увидел, что в них стоят слёзы. — Пусть мне нелегко принять это, пусть другого совсем я ждала для моей ученицы, но... Тут решаю не я. Берегите друг друга!
На лице Димеоны было обычное взволнованное выражение, словно сразу несколько сильных чувств боролись у неё в душе. Вероятно, на моём лице было написано то же самое.
Ещё раз вздохнув, жрица сжала наши ладони сильней и осторожно отняла руки. Теперь мы стояли лицом к лицу. Димеона смотрела на меня долго и пристально, потом скосила глаза на Мелиссу, потом снова взглянула мне прямо в глаза и только тогда медленно опустила веки. Я сделал то же самое, привлекая друидку к себе. Мы поцеловались. Я почувствовал у себя на плече руку Мелиссы.
— Хорошо, — сказала она почти шёпотом. — Любите друг друга!
Я обнял Димеону за плечи, и мы взглянули на старшую женщину — та стояла напротив и смотрела на нас, не стыдясь слёз, бегущих по её щекам. На какое-то время весь мир исчез, и в нём остались только мы трое. Наконец, Мелисса вздохнула и отвела взгляд.
— Хорошо, — повторила она уже в голос. — Это сделали. Теперь пора заняться делами.
Она вышла из-за стола и, обогнув нас, двинулась к центру комнаты. Движение воздуха, увлекаемого складками её платья, ощущалось холодным ветром в конце тёплого дня. Димеона медленно отстранилась — мы продолжали держаться за руки, но уже не были так близки, как за минуту до этого.
— Через пару минут мы выступаем, — ни к кому словно бы не обращаясь, произнесла верховная жрица. — Димеона, девочка моя... Я понимаю, это может быть несвоевременно, но... Готова ли ты пойти с нами? Как ты понимаешь, это — моя нижайшая просьба. Мы все будем тебе очень обязаны, если... — она, вздохнув, замолчала.
Димеона убрала руки с моих запястий. Несколько секунд она думала, а затем медленно покачала головой из стороны в сторону.
— Нет, — произнесла она тихо. — Нет, Мелисса, к этому я сейчас не готова.
— Что ж... — повернувшись вполоборота, Мелисса кусала губы. — Так тому, значит, и быть. Сай! — крикнула она. — Салид топчется возле входа — попроси его, чтобы он проводил Димеону с Максимом куда им надо.
Димеона насупилась.
— Я найду свою дорогу сама, — сказала она. — А тебе, Максим, лучше пока побыть где-нибудь в другом месте — так безопаснее. У тебя есть твоя магия?
Я достал из кармана маркер и показал ей.
— Хорошо. Когда я закончу с этим, я сама отыщу тебя, где бы ты ни был. Хорошо?
Я робко посмотрел на нимфу:
— Куда ты?
— Не могу сказать, — в уголках глаз Димеоны плясали весёлые искорки.
— Ты... Вернёшься?
— Обязательно, — друидка кивнула. — Можешь не сомневаться. Ты мне веришь?
— Верю.
— Вот и хорошо. Мелисса?
Мелисса со вздохом подняла руки.
— Делайте так, как считаете нужным, — было всё, что она сказала.
***
Управление встретило меня пустотой и унынием. Оно явно работало — оно просто не могло не работать в такую ночь — но никто не толпился в холле, никто не спускался по лестнице, никто не гоготал в открытом, несмотря на поздний час, буфете, что уже само по себе было кощунством. За стойкой, уронив голову на руки, спал Ян. Я не стал будить его, а сразу направился на второй этаж.
Кабинет шефа был заперт. Моя комната — тоже. Я нерешительно потоптался на месте, как тупое животное, что забрело в дом к людям и теперь не может понять, куда бы ему пристроиться. Думалось тяжело — события бесконечного дня сплелись в моей голове в тугой зудящий комок. В теле были пустота и усталость — похоже, действие зелья, что дала мне Мелисса, заканчивалось.
Из-под двери библиотеки пробивался неяркий свет. Я медленно открыл дверь и вошёл. Библиотека была пуста, почти все лампы — потушены, и лишь у камина в пятне белёсого света сидел Аполлон Артамонович и читал какую-то книгу. Пальцы его дрожали, он выглядел совсем старым и в своём пепельно-сером костюме больше всего походил сейчас на угрюмую птицу, которая больше никогда не взлетит.
— Аполлон Артамонович... Можно? — спросил я робко.
К моему удивлению, маг улыбнулся, отложил книгу и встал мне навстречу.
— А, Максим Андреевич! Конечно же, можно! Можете даже не спрашивать. Входите, входите!
— Я... — я сунул руку в карман и, вытащив маркер, протянул его шефу. — Вот, возвращаю...
Аполлон Артамонович равнодушно положил прибор на журнальный столик.
— Спасибо, — сказал он. — Ну, как у Вас дела?..
— Ну... — я набрал воздуха в грудь. — Они вроде бы помирились, хотя обе по-прежнему себе на уме...
Шеф вздохнул и покачал головой.
— Что-то не так?
— Сядьте, — предложил маг. — Садитесь, а то у Вас очень усталый вид.
Я сел.
— Хотите чаю?
— Не знаю, чего я хочу больше: есть или спать, — сказал я, сразу растекаясь по креслу — таким удобным оно казалось. — Пожалуй, что спать, но ещё больше я хочу знать, что теперь происходит.
Шеф присел на край кресла напротив, в неестественной позе, уперев локти в колени — ссутулившийся, сжавшийся, старый.
— Если коротко, то мы проиграли, — сказал он. — Дирекция сектора Фэнтези выпустила приказ, запрещающий нам вмешательство в эту историю, — при таком количестве действующих персонажей они решили прекратить попытки выправить ситуацию и просто играть этот сюжет до конца. Нам оставили наблюдателя и разрешили спасти оборудование, отмотав немножечко время. В общем, всё.
— А Димеона?
— А что — Димеона? — маг пожал плечами. — Она — просто часть этой истории, ещё одно дитя Сказки...
Я усмехнулся:
— А я с самого начала был рядом с ней в роли — как это Сай сказал? — громоотвода?
— Громоотвода? — Аполлон Артамонович поднял брови. — Пожалуй. Замечательное сравнение. Я, знаете ли, верил, что всё может измениться к лучшему.