Дмитрий Аверков – Натурщица для писателя (страница 8)

– Я к нему больше не пойду! – чуть ли не закричала Лиза. – Я боюсь!

– Приставал? Безобразничал?

– Представляешь, диктует, а сам уставился на мои коленки и смотрит, смотрит, – пожаловалась Лиза. – Наглый тип!

– На коленки глазел? – хихикнула подружка. – Наверняка он мысленно облизывался и прикидывал, как же ему их поскорее раздвинуть!

– Вот сама иди к нему и раздвигай! – разозлилась Лиза.

– Он же на тебя запал, – не унималась Светка. – Что тут неясно? Да он соблазняет тебя таким макаром! Радуйся! Любуется тобой!

– Слишком чрезмерно любуется, – к Лизе снова вернулось неуемное волнение.

– Да брось! Что в отношениях между мужчиной и женщиной бывает чрезмерного? У тебя сейчас и умеренного ничего нет, так что пользуйся случаем. Он вроде приятный во всех смыслах человек, ну со своими тараканами в голове, не без этого. У всех свои заморочки есть.

Лиза отключила мобильник – Писатель названивал ей без передышки весь вечер. Когда уже раскалился до предела и их домашний телефон, Светка не выдержала:

– Да ответь ему! Спать же нам не даст!

Лиза подняла трубку.

– Прошу меня извинить за столь неадекватное поведение, – раздался его спокойный голос. – Я еще не научился контролировать свое погружение в творческий экстаз. Приезжайте завтра, вам ничего не угрожает. Просто у меня такой метод создания книги. Или давайте встретимся, где вам будет угодно, и я все объясню. Поговорим, и вы решите: помогать мне дальше или нет.

Лиза в смятении чувств и мыслей – работа все-таки необходима – тихо ответила:

– Хорошо, встретимся на нейтральной территории и обсудим условия нашего возможного сотрудничества.

Девушка согласилась, лишь бы он отстал, она всё же надеялась, что их деловое свидание не состоится.

Глава 4 Неприличное предложение, или Суть метода погружения

Утром в редакции Лиза позвонила по десятку номеров – искала другую подработку. Результат отрицательный. И с возможными рекламодателями уже неделю никак не удается договориться о встречах. Все-таки визуальный контакт намного действеннее, чем телефонные переговоры. С выигрышной внешностью Лизе, как правило, легко достичь понимания с клиентами. А может, просто ей на руку играет удачное стечение обстоятельств, а ее внешняя привлекательность тут совсем ни при чем.

Правда, в последнее время она и сама стала подозревать, что есть в ней еще нечто непонятное и притягательное. Наверное, эта самая умопомрачительно-уникальная натура. Но проснулась и ожила она в девушке недавно, а именно после знакомства со странным типом, называющим себя Писателем. Кстати, Лиза уже сбросила несколько его вызовов. А зря. Встретиться с ним всё же придется. Без обещанных им финансовых поступлений ей вряд ли решить свои накопившиеся проблемы.

Девушка набралась храбрости и позвонила ему.

Мужчина снова извинялся и сообщил, что подвернул ногу и не в состоянии выйти из дома. Пригласил к себе. Девушка тотчас согласилась.

Что заставило ее рискнуть и пойти на необдуманный шаг? Душевный авантюризм, жажда приключений? Лиза и сама не могла себе этого объяснить. Даже с нефункционирующей ногой он был опасен, достаточно вспомнить его странный дикий взгляд. Стоило бы подождать, когда он поправится, и назначить встречу в общественном месте при большом скоплении людей.

Шокер и газовый баллончик придавали Лизе некоторую уверенность в собственных силах. Она засунула руку в сумку и почувствовала мощь своего оружия. Как же велик соблазн испытать эту мощь в действии!

В такую минуту многое кажется вполне возможным. Вот и у Лизы, доброй и гуманной девушки, промелькнула шальная мысль: «Взять и сразу же поджарить его шокером! Пусть знает, с кем связался!»

Входная дверь была не заперта. Девушка вошла в квартиру и громко известила о своем прибытии. Из глубин жилища раздался протяжный стон и мужской голос:

– Если вас не затруднит, выключите чайник на плите.

Лиза, откликаясь на просьбу, отправилась на кухню, беспечно оставив сумочку в прихожей. Она увидела, что плита выключена, и услышала, как гулко защелкнулись дверные запоры.

Сердце девушки замерло, а в висках бешено застучало: «Обманул! На жалости сыграл! Вот влипла, дура! И средства самообороны остались там. Я в ловушке!» Она схватила столовый нож и завела руку за спину: «Может, спрятать в рукав? Да пока его потом достанешь! Если что – напугаю его неожиданным выпадом, угрозой оружием и сбегу! Я справлюсь! Так! Глаза не опускать! Часто не моргать! Нюни не распускать!»

За углом послышался тихий умиротворяющий голос владельца квартиры:

– Елизавета Андреевна, если бы мы встретились в кафе, то вы, наверное, не стали бы меня слушать. А сейчас – у вас нет другого выхода. Извините, что я загнал вас в угол, прежде чем полностью раскрыть карты. Мне нужно спокойно всё объяснить, разложить по полочкам. А потом решите, как вам поступить. Для начала вот возьмите. – Он появился в дверном проеме с улыбающейся физиономией и протянул ей конверт.

Лиза машинально схватила его свободной рукой, покачала на ладони и, догадавшись, что там деньги, вернула конверт обратно:

– Я столько еще не заработала. А быть вам хоть чем-то обязанной не собираюсь!

Он словно предполагал такое развитие событий и быстро протянул девушке другую руку – в ней был свернутый лист бумаги:

– Контакты моих знакомых из прошлой жизни. Все они готовы приобрести с вашей помощью определенные газетные площади для рекламных нужд. Я ведь вам обещал. Это мой жест доброй воли. Теперь вы успокоились? Мы можем спокойно поговорить о нашем сотрудничестве?

Лиза медленно пошла за ним в кабинет, прихватив по пути сумку со своим арсеналом. А нож она все-таки засунула в рукав – мало ли что. Он плюхнулся на диван и жестом пригласил ее сесть рядом, но девушка, не сводя с него глаз, откатила кресло в дальний угол и медленно опустились в него, положив сумку на колени и засунув туда руку.

– Смею предположить по вашему грозному виду, что вы приготовились к боевым действиям? – усмехнулся он. – Как же мы будем с вами плодотворно сотрудничать, если вы мне совсем не доверяете?

– Нога у вас уже не болит? – пренебрежительно поинтересовалась Лиза.

– Я же сочинитель, простите мне эту маленькую хитрость, причину, побудившую меня обмануть вас, я уже назвал. – Писатель удобнее устроился на диване и, потерев нос, стал излагать свое видение их будущих взаимоотношений: – Я иногда теряюсь перед появляющейся творческой силой внутри меня. Для направления ее в нужное русло, разработал свой метод, как я уже говорил, эффект творческого погружения. Его вы и испытали на себе в прошлый раз. Вам как филологу известно, что творчество – летучая субстанция, обозначенная средним родом. И я считаю, что оно всегда находится между мужским и женским началом, тяготеет к ним обоим и без видимой или невидимой связи с ними не может существовать. И мне для творческого процесса необходима женщина.

– А почему вы уставились вчера на мои колени? – спросила Лиза. – Это было слишком бестактно. Даже нагло!

– Я нахожу их красивыми. Вы же не будете спорить, что именно женская красота стимулирует творческие порывы и свершения многих представителей мужской части человечества. Кстати, опишите свои ощущения, когда я смотрел на вас, что вы почувствовали? Реакцию я видел.

– Что почувствовала? Я была напугана и озадачена. Вы своим поведением травмируйте мою психику.

– Я предлагаю вам уникальное сотрудничество, – с жаром произнес он. – Если вы сможете преодолеть свои комплексы, свою надуманную застенчивость, то вам это понравится. Я прошу вас стать моей натурщицей.

– Что?! – ее голос заискрился нотками возмущения и гнева. – Раздеваться перед вами я не буду! Даже ради искусства! Хотя какого, к чертям, искусства?! Вы не художник, не скульптор, а не пойми кто и звать вас никак! Размечтался! Чтобы я сидела нагишом да еще и по клавиатуре барабанила, фиксируя весь ваш бред? Да никогда!

– Вы меня неправильно поняли, – улыбнулся мужчина. – Меня интересует именно ваша натура, сами же сказали, что она умопомрачительно-уникальная, с чем я полностью согласен. А ваша плоть – это всего лишь проводник к вашей сущности. Мне хочется исследовать вашу незаурядную натуру вдоль и поперек, изучить ваш темперамент, характер, широту, пылкость и восприимчивость, нечто сокровенное и глубинное, а не то, что у вас под одеждой. Понимаете, ваше тело для меня, словно изящная вазочка для натюрморта в глазах художника. Главная моя цель – заглянуть в горлышко этой вазочки. Безусловно, я получаю огромное эстетическое удовольствие, глядя на вас, ваши изгибы и формы. Но, как и художник, я воспринимаю ваше тело только как объект для творческого поиска. Ваша привлекательность подстегивает творческое погружение, наполняет мою голову разрывными мыслями, конечно же, касаемо сюжета, а не плотских желаний. Мне и в голову не пришло бы просить вас сидеть передо мной в чем мать родила и демонстрировать свои прелести.

Он напомнил, что по философским понятиям, тело не только первый предмет для познания, но и обязательный компонент личностного мира человека. Вот этот самый ее женский мир он и стремится постичь. От Лизы потребуется терпение и ей придется напрочь забыть о стеснении. Он собирается рассматривать девушку во всех подробностях, но это необходимо лишь для того, чтобы перенести ее образ в книгу. Натурщица – человек, живой образец, позирующий автору при создании художественного произведения. Вот он и желает писать с ее натуры, но не картину, а книгу.