Дмитрий Аверков – Натурщица для писателя (страница 7)

– Это прозвища персонажей? – пальцы Лизы, как рассыпанный горох, забарабанили по клавиатуре. – А почему А-завр?

– Он так себя позиционирует.

– Как жуткое животное?

– Почему же? Мужской, могучий и ненасытный дух.

– А название слишком длинное.

– Какая вы въедливая! – взвинтился мужчина. – Давайте после будем разбирать всё то, что получится. Сначала выплесну мысли, а потом уже – вопросы и недовольства.

– Я сотрудничаю, как мне предписано, – отозвалась Лиза и затихла.

Часа два подряд в комнате раздавались только его то ослабевающий, то нарастающий голос и ее мягкий стук по клавишам.

***

«Он твердо решил: прямо сейчас сломает один из своих пальцев. Пусть этот глупый мозг почувствует нестерпимую боль. Он заслужил. Нужно понять: реально ли происходящее вокруг?

В этот миг монотонный новостной поток, служивший А-завру привычным фоном, внезапно разорвало странным шипением. Парень вскинул глаза на экран. Оттуда полыхнуло неземным свечением. Диктор еле сдерживал эмоции, пытаясь вписываться в обычный ритм, но безуспешно. Наверняка телефизиономия и сама опешила от неожиданности: разве можно такое давать в прямом эфире? Вероятно, произошла ошибка или кто-то из редакторов вчера перепил.

Пальцы на клавиатуре не поспевали за чехардой мыслей. Молодой человек кое-как усмирил этот внутренний поток и отправил своей знакомой сообщение.

А-завр: Ты видела?

Капителька: Что?

А-завр: Посмотри новости.

Капителька: Ты же знаешь, я их не смотрю.

А-завр: В этот раз стоит. Сейчас всё иначе.

Капителька: Ого! Да какие новости! Я вижу это из моего окна! Звезды, что ли, падают?

Парень вскочил и отдернул тяжелые шторы. Картинка на экране точь-в-точь повторилась и на небе, усиленная зловеще-необъятным масштабом. Сотни огненных комочков втыкались в небесную оболочку Земли, разрывая ее тонкими огненными стрелами своих траекторий. Всё это походило на грандиозный фейерверк, но только совсем неземного происхождения.

А-завр: Да какие звезды? Метеоритный дождь, необычайно насыщенный. А мы погрязли в совершенной успокоенности о нашей личной безопасности. Пугает разве только встреча с хулиганами в темном переулке. А сколько на самом деле угроз на каждом шагу нас подстерегает! В любой момент может что-нибудь свалиться на голову, будь то кирпич или кусок спутника. Или вот как сейчас – объекты внеземного происхождения. Я уже решил сломать себе указательный палец, чтобы понять – я сам-то реален в этой надуманной действительности. Но придуманный мир сам стал ломаться и трескаться на глазах!

Капителька: Опять твои идиотские игры. Ладно, а почему указательный?

А-завр: Чтобы больше им не тыкать во все стороны с умным видом. Да и вообще не делать им ничего такого, что мне не по душе. Мне нужно почувствовать боль – убедиться, что я действительно живу, а не просто всё вокруг мне чудится. Чудес в моей жизни быть не может. Если только одно – знакомство с тобой.

Капителька: Тебе этого мало?

А-завр: Я же мужчина! Конечно, мне необходимо больше!

Капителька: Эффектно, но плачевно. Останешься один на один с мерзкой реальностью и сломанным пальцем. Хотя почему один на один. Я же с тобой. Ладно, давай играть. Инициируй свою очередную дурацкую затею. Повеселимся. Хочу чего-нибудь феерического и вулканического. Правда, я жду добрую сказку, тем более на фоне этого небесного ужаса, а ты постоянно странные вещи предлагаешь или гадости всякие. Придумай более приемлемое, а не как в прошлый раз. Давай что-нибудь малозаметное и безвредное. Честно сказать, я уже стала привыкать к твоим забавам. Какой сегодня День? Какое задание для меня?

А-завр: Пускай сегодня – День падающих звезд. Всё, что тебе нужно: валяться в кровати, раскинув руки и ноги в форме пятиконечной звезды, и ждать конца света.

Капителька: Скукота! Я подумала, а вдруг мир действительно сейчас рухнет, а мы с тобой даже не встречались еще в реале. И как я выгляжу, ты не знаешь.

А-завр: Пришли мне свое настоящее фото.

Капителька: Я подумаю.

А-завр: Ты звезда? Большинство девушек мнят себя «звездами».

Капителька: Я, скорее всего, свечка. Таю от каждой неприятности, от каждого недоброго взгляда и сгораю без остатка в процессе самоотдачи.

А-завр: Неженка такая?

Капителька: Да нет! Просто печальная по жизни. Когда я умираю от хандры, меня раздражает всё живое. В моем восприятии реальность либо смешная, либо ужасающая. Зависит от состояния моего тела и сознания. Я склонна считать себя девушкой печальной наружности. Меня постоянно кто-нибудь чем-то угощает. Наверное, я зачастую так жалко выгляжу.

А-завр: Человек по сути своей – существо печальное. А ты страшненькая, что ли?

Капителька: Отнюдь. Я как принцесса, которую рисуют маленькие девочки.

А-завр: Ты как цветочек?

Капителька: Но уже, наверное, не такой ароматный, как в восемнадцать лет.

А-завр: А тебе разве намного больше?..»

***

– Что за чушь! – не выдержала Лиза. – Девушка о себе такого никогда не скажет!

– Вычеркните, удалите, если не нравится, – отозвался Писатель. – Момент непринципиальный. Просто мысль.

Лиза только сейчас взглянула на него и обнаружила, что мужчина уставился на ее колени. Она поежилась. Короткое платье не позволяло девушке одернуть подол пониже: «Черт! Еще и стол прозрачный поставил!»

– Пока у нас возникла пауза, опишите мне, пожалуйста, Капительку, – попросил он.

– Головастая, маленького роста и с расширенными пропорциями, – выпалила Лиза недовольно.

– Будьте реалистичнее. А если вас на ее месте представить?

– В таком случае – красивая, умная и потрясающая! И как там было в объявлении: с яркой натурой и выразительной внешностью, – нервно ответила Лиза и максимально повернулась в кресле, пряча свои коленки подальше от мужских глаз.

Он, продолжая безотрывно глазеть на ее ноги, поднялся с дивана и подошел к окну – отсюда вид на оголенные нижние конечности Лизы был самым удобным и полномасштабным. Мужчина занял выигрышную позицию, при таком пространственном расположении его глаз и ее колен девушке скрыть свои ноги попросту не удавалось.

«А-завр: Мало кто задумывается о полезности своего существования. Просто дана жизнь. Есть и есть. А зачем? Это уж философы пусть рассуждают, им ведь заняться больше нечем. А теперь и вовсе всё равно, если этот мир, к которому мы привыкли, перестанет существовать.

Капителька: Но каждому нужна вера во что-то. Главное, я думаю, в свое предназначение. Правда, не у всех эта потребность на первом месте.

А-завр: Давай напоследок, пока мир не рухнул, забудем про нравственность и мораль и выпустим на волю свою темную часть души. Уже никто не осудит, если конец света не за горами.

Капителька: А как же личное судилище? Собственная оценка себя и своих поступков?»

Лиза посматривала на него украдкой, он по-прежнему не отводил взгляда от ее ног. У Лизы замирало дыхание и мутнело в глазах. От волнения она не могла различить даже своих пальцев. Если бы она была обычной девушкой, то, пожалуй, и дальше сидела и молчала, проглотив язык. Но вскоре ее восхитительно-уникальная натура сжалась в кулак и выстрелила в застывшие извилины Лизы электрическим разрядом, который привел ее в чувство.

– Куда вы смотрите? Что высматриваете? – спросила она раздраженно.

– Высматриваю? Форму текста, – задумчиво ответил он.

«Ну, конечно, форму текста! Форму моих коленок рассматриваешь!» – подумала девушка, а вслух сказала: – Вы смотрите мне на ноги, причем беспрерывно.

– Да? – удивился он. – Извините. Вас это как-то беспокоит?

– Естественно!

– У меня нет тайных помыслов, не подумайте ничего такого, – стал оправдываться Писатель. – Мне приятнее разглядывать ваши ноги, чем свои. Ваши производят на меня стойкое позитивное впечатление и вызывают эффект творческого погружения.

«Ага. Свежо предание… – подумала Лиза. – Опять уставился! Дались ему эти коленки?! Обычные коленки, как у всех! Да пусть смотрит, если хочет. Нормальные у меня ноги. Им давно никто не уделял такого внимания. Или я просто не замечала».

Но голос мужчины до того разгорячился и взгляд его преобразился, что девушке стало не по себе. Лиза вскочила, развернула кресло и передвинула столик, усевшись спиной к Писателю. Он тут же пересек комнату, опустился на пол напротив и снова беспардонно уставился на колени девушки.

Сегодня Лиза планировала провести здесь часа четыре, но не выдержала и часа. Поведение работодателя, позабывшего о приличиях, напугало девушку. Его дикий и непонятный взгляд пробудил в Лизе душераздирающую тревожность. Она судорожно стала собираться, еле-еле сдерживая дрожь, лишь сказала:

– Мне пора. У меня план на работе горит.

– Останьтесь еще ненадолго, – взмолился мужчина, – а завтра я вам найду пару-тройку рекламодателей среди своих знакомых.

Но Лиза стремительно выскочила из квартиры и поспешила подальше от этого кабинета и этого человека. Домой вернулась, уже достаточно успокоившись. Свое неуемное волнение она развеяла в парке, через который проходила. Не успела переступить порог – набросилась Светка:

– Как прошло? Рассказывай!