Дмитрий Арканов – Фривольное лето. Ярко горят! (страница 61)
Добравшись, наконец, до своей кровати, я ещё долго ворочался, пытаясь провалиться в спасительный сон, но тот, упрямо не шёл. Все мои мысли, как мотыльки на свет, летели к Мику. Я с нетерпением ждал наступления следующего дня, мысленно подгоняя время, желая как можно скорее вновь увидеть её, обнять, коснуться её нежной кожи… ласковых губ… То и дело я поглядывал в окно, надеясь заметить первые, робкие проблески рассвета, но темнота за окном была непроницаема.
Устав ворочаться в постели и окончательно измяв всё бельё, я решил выйти на улицу и немного прогуляться. Мне подумалось, что прохладный, свежий ночной воздух сможет остудить мою любовную горячку, которая, казалось, вот-вот испепелит меня изнутри.
Я дошел до конца улицы, затем свернул на лесную тропинку, ведущую к бане. Здесь на природе постепенно мысли стали успокаиваться, я наконец смог отвлечься от мыслей о Мику и нашем свидании. Стал перебирать в памяти другие события этого невероятного, сумасшедшего дня: наши посиделки в музыкальном кружке, выбор песен, мои робкие, неуклюжие попытки сыграть что-то осмысленное на гитаре, предложение Алисы спеть дуэтом на концерте…
И вдруг, словно удар грома среди ясного неба, со всей отчётливостью до меня дошло: уже через несколько дней мне предстоит выступать на сцене. Играть на гитаре. Петь. И мне нужно будет сделать это максимально хорошо, чтобы не подвести свою любимую, не разочаровать её…
«А чтобы сделать это хорошо, нужно много, очень много тренироваться. Но всё, что у нас есть, — это только два дня! Два коротких дня! Чему можно научиться за два дня? Особенно если ты взял гитару в руки, по сути, всего лишь вчера… Я же просто всё испорчу. Я не смогу!»
Меня охватила паника, ледяной волной прокатившаяся по всему телу. Сердце бешено заколотилось в груди.
И тут память, словно заядлый шулер, неожиданно подкинула припрятанного джокера — воспоминание о той странной девочке из медпункта и её невероятном обещании.
Она, как дьявол-искуситель, предлагала лёгкое решение всех проблем и даже ничего не просила взамен…
«Впрочем, если даже цена её услуги — моя бессмертная душа… чёрт с ней, с душой! Мику мне дороже!»
Я резко проснулся от пронизывающего до костей холода. Открыв глаза, я увидел над собой бескрайнее, усыпанное мириадами мерцающих звёзд небо. Я лежал на чём-то твёрдом, холодном и… шершавом? Резко сев, я судорожно осмотрелся по сторонам. Совсем рядом неспешно и почти беззвучно текла тёмная река, в которой, как в зеркале, отражались звёзды. Я обнаружил, что нахожусь на возвышении — на плоской крыше небольшой металлической будочки непонятного назначения. Чуть позади виднелся высокий, грубо сколоченный деревянный забор, за которым высились тёмные силуэты деревьев.
«Где это я⁈» — паническая мысль пронзила мозг.
«Что, чёрт возьми, происходит? Как я здесь оказался⁈»
«И… какого чёрта я… голый⁈»
Глава 6
День 5
— Семён! Стоять! — раздался резкий окрик Алисы позади меня, когда я делал очередную короткую перебежку, прячась за деревьями.
Я вздрогнул, застыв на месте.
«И откуда она тут взялась? Может, юркнуть дальше? Подумает, что показалось, мало ли, что в темноте померещилось… С чего вообще такая уверенность, что это я? Может, это Шурик демонстрирует свои тайные извращённые наклонности?»
Заячья душа ушла в пятки, мысли заметались. Но я против воли замер по команде, лишь забившись подальше в заросли, когда Алиса подбежала к моему укрытию. Она наклонилась, пристально всматриваясь в темноту.
«Может, и хорошо, что не сбежал. Надумает за ночь себе неизвестно что, а мне потом утром оправдываться. О! Может, она мне опять поможет — всё равно надо где-то раздобыть новую форму. Или найти прежнюю.»
— И что это мы тут делаем? — ласково начала она, но её голос резко стал грозным: — В такое время и в таком виде!
— Ну… Так получилось, — тихо промямлил я.
Алиса выпрямилась, её лицо исказила гримаса ярости.
— Признавайся! Если скажешь, что вы были с Мику и она выгнала тебя, когда ты позволил себе лишнего… то смерть твоя будет легкой и быстрой…
— Да ничего такого! Я сам… Слушай, у меня нет правдоподобного объяснения, а то, которое есть… в него ты не поверишь…
Она усмехнулась, слегка расслабившись.
— А ты постарайся быть убедительным! Сегодня у тебя уже один раз получилось, кто знает, может, опять повезёт. Ты же понимаешь, что даже если я тебя не прибью прямо сейчас на месте, то это так просто для тебя не закончится. Расскажу об этом Мику, например… может, кому-то ещё по настроению.
— Не надо никому говорить! У меня и так неприятности, не знаю, что делать, а ещё ты тут с угрозами… — мой голос дрогнул, хотелось расплакаться.
«За что вообще мне всё это⁈ Почему такая несправедливость? Почему именно со мной происходят постоянно какие-то непонятные вещи?»
— Мне вообще помощь нужна! Я потому и остался, мог бы дальше бежать себе… Понадеялся на тебя…
Я глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки.
— Я минут десять назад проснулся в каком-то странном месте, без одежды, не помню, как там оказался и что делал. Кое-как нашёл дорогу к знакомым местам по темноте, думал, уже в лесу ночевать придётся. Мне почему-то казалось, что если доберусь до домика, то весь этот кошмар закончится, форма найдётся и… может, я вспомню, что случилось со мной этим вечером.
Алиса задумчиво посмотрела на меня, затем протянула в мою сторону полотенце и отвернулась.
— Прикройся.
Я радостно схватил предложенную вещь и соорудил набедренную повязку из влажной ворсистой ткани.
— Всё? — спросила она, не оборачиваясь.
— Да.
— Выходи теперь. Хочу на тебя полюбоваться.
— А если кто-нибудь увидит?.. Нас рядом… Когда я в таком виде… Может, не стоит рисковать? — пробормотал я.
Алиса мигом растеряла весь свой апломб.
— Ох, ты чертовски прав! Ладно, давай туда.
Она махнула рукой, указывая направление, и пошла по дорожке, а я двинулся параллельно, не выходя из зарослей кустарника.
Вскоре мы оказались лицом к лицу на уединённой полянке. Алиса стояла широко расставив ноги, скрестив руки на груди и нагло ухмылялась.
— Давай ещё раз с толком, чувством и расстановкой: где, с кем, сколько раз.
Ядовито предложила она.
— Если это была не Мику, значит, Анна? Так? В глаза мне смотри.
— Да какая Анна? Говорю же — один я был! И ничего не помню, честно! Ну хочешь… не знаю… Мамой клянусь, что ли… Да чем угодно поклянусь, лишь бы ты мне поверила.
Алиса с минуту внимательно изучала моё лицо, потом первой отвела взгляд.
— Не врёшь, похоже…
— Да блин! Конечно, не вру! Я тебе на полном серьёзе говорю, со мной что-то странное случилось! Я уже думаю, может, я лунатик, неприятно, конечно… но, черт побери, это хоть что-то прояснило бы. Вот только до этого дня никогда такого не случалось со мной прежде!
— Не самое плохое объяснение. На твоём месте, я бы этой версии и придерживалась в дальнейшем… — серьезно кивнула она, словно хваля за сообразительность.
— Только я не знала, что лунатики одежду снимают, прежде чем начать ходить. Но учитывая твою озабоченность… это как раз в твоём стиле! — Алиса улыбнулась, и я почувствовал, как камень падает с души.
«Кажись, пронесло. Да я просто везунчик, если не брать в расчет всё прочее случившееся этой ночью.»
— А где проснулся, показать можешь? — деятельно поинтересовалась она.
— Могу, наверное, если опять не заблудимся. Но давай лучше до утра отложим расследование, ладно? Мне бы сейчас найти свою одежду и лечь спать. Хочу, чтоб этот бесконечный день поскорее закончился. — жалобно попросил я.
— А я думала, ты уже выспался, пока лунатил по лагерю в беспамятстве голышом.
Ехидно сказала Алиса и подмигнула.
— Ха-ха, очень смешно.
— Да не, если серьёзно — может, одежда как раз там и осталась? Где-то поблизости от места, где ты очнулся.
— Я не настолько слабоумный, знаешь ли! Всё уже осмотрел, насколько это возможно, учитывая освещение.
— Понятно. Тогда что, следующая точка нашего маршрута — ваш с вожатой домик?
— Да, как раз туда я и пробирался.
— Слушай, а ты-то что вообще делаешь на улице в такое время? — в мою голову неожиданно пришел этот вопрос.
— И нечего на меня так подозрительно пялиться! Я, в отличие от некоторых, прилично одета!
— И тем не менее… совсем не пай девочка… Может, это ты с кем-то была? И поэтому свои грехи приписываешь мне? Свидание на пляже? Купание под луной — очень романтично! Кто это был? Электроник? Ты же к нему неравнодушна, да? Бегаешь за ним, фингал ему поставила, а ведь не зря говорят: «Бьёт — значит, любит!»