Дмитрий Арканов – Фривольное лето. Ярко горят! (страница 36)

Мику совсем поникла.

— Я ведь и зубы даже почистить не успела, — уже едва слышно закончила она.

Я опустил руки.

«Блинский блин! Что ж я творю⁈ Если это всё сон, то самое время проснуться!» — отчаянно подумал я.

Из-за двери показалась голова Ольги Дмитриевны.

— Я что-то слышала про поцелуй? — с хитрым прищуром спросила она.

Мику, наконец, не выдержав эмоционального накала, воспользовалась тем, что я отвлёкся, и кинулась прочь.

— Нет! То есть да, это Мику… Мы… — я замялся, подбирая слова, — неправильно поняли друг друга. В общем, теперь можете быть спокойны, поцелуи нам больше не грозят. Да и не грозили в общем-то…

— Это и к лучшему — всем так будет спокойнее. И тебе, и мне, и ей. Ни к чему нам шекспировские страсти в детском лагере, верно, Семён?

— Вы, как всегда, правы, — буркнул я тихо и пошёл к умывальникам. Любопытные пионеры, привлечённые необычным утренним представлением, тоже вернулись к своим делам.

Я подошёл к умывальникам — народу почти не было. Лишь несколько пионеров неспешно приводили себя в порядок: кто-то сонно полоскал рот, кто-то энергично намыливал лицо.

Я занял свободное место и принялся умываться, наслаждаясь прохладой воды. Сполоснув лицо, я достал из кармана зубной порошок и принялся натирать им зубы, морщась от специфического привкуса.

— Доброе утро, Семён, — раздался знакомый голос сбоку.

Я обернулся — рядом стояла Алиса. Она уже умылась и теперь вытирала лицо полотенцем. «Интересно, она специально меня поджидала или это случайность?» — промелькнуло у меня в голове.

— Привет, Алиса, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо.

Несколько секунд мы молчали, каждый занимался своим делом. Я закончил чистить зубы и сплюнул белую пену, Алиса аккуратно сложила полотенце.

— Слушай, Семён, — начала она, — я тут… подумала… Насчёт спортплощадки… В общем, я, наверное, перегнула палку.

Я удивлённо посмотрел на неё. Извинения от Алисы? Это было что-то новенькое.

— Хочу извиниться, — продолжила она, отводя взгляд. — Прости, я не должна была так себя вести. Не хотела тебя обидеть. И вообще… не хочу, чтобы ты думал обо мне плохо. Просто… эта тема для меня… ну… чувствительная, — голос Алисы дрогнул, и она отвела взгляд.

«Какая ещё тема? Обратное отжимание? Или вообще физические упражнения?» — недоумевал я.

— Да ладно, забудь, — я постарался улыбнуться. — Я не обижаюсь.

— Правда? — Алиса с надеждой посмотрела на меня.

— Правда, — кивнул я.

— Ну и хорошо, — видимо, ей стало легче.

— Как у вас там в музыкальном клубе дела? — сменила она тему. — Мику хорошо тебя учит?

— Да, отлично, — ответил я. — Она очень терпеливая и всё понятно объясняет. Не ругает, не торопит, не раздражается. Не учитель, а мечта любого разгильдяя.

— Я тоже могу позаниматься с тобой, если хочешь, — неожиданно предложила Алиса. — Могу помочь.

— Спасибо, но… — я замялся, — мне с Мику больше нравится заниматься.

Я ожидал, что Алиса обидится или разозлится, но она лишь слегка кивнула.

— А как у тебя с тренировками? — спросила она. — Ты хотел подумать насчёт спортивного кружка. Ещё не решил?

— Не, я пока сам, — я пошевелил мокрыми пальцами, — самостоятельно тренируюсь. В своём темпе. Но кое-какие успехи уже есть, — я выпрямился и даже гордо выпятил грудь. — И в лес теперь бегаю каждый день. Вместо зарядки, от которой меня отстранили.

— Жалко, что тебя отстранили. Без тебя там теперь скучно и уныло, — Алиса усмехнулась.

— Таково решение вожатой, — пожал плечами я. — Но я, в общем-то, рад, что могу потратить это время с большим толком. Я, кстати, уже могу подтянуться три раза! И отжаться пятнадцать! И каждый день собираюсь увеличивать: подтягивания на один, отжимания — на пять.

— Вот как? — в глазах Алисы появился интерес. — А хочешь, приходи в спортивный кружок? Просто так, не надо записываться. Помогу тебе с тренировками. С моей помощью ты достигнешь ещё больших результатов!

— Спасибо, но я теперь занят в музыкальном кружке, — отказался я.

— Надо разнообразить занятия! — не сдавалась Алиса. — Вечно сидеть в музыкальном клубе — это мхом можно покрыться! Приходи, буду с тобой помягче. Постараюсь, по крайней мере.

Я задумался. «С одной стороны, предложение было заманчивым. Особенное если Алиса вновь будет в той обтягивающей спортивной форме… Нет, нет! Не стоит думать о подобном! У тебя теперь есть Мику! Забудь об Алисе и ее леггинсах!»

«Но, возможно, под её руководством я действительно смог бы как-то улучшить свои спортивные достижения. С другой стороны, я уже пообещал Мику заниматься в музыкальном клубе, да и проводить время с ней мне было приятнее.»

— Посмотрим, — уклончиво ответил я.

— Ну, смотри, — Алиса, похоже, была разочарована. Она скрестила руки на груди, и в её взгляде промелькнула тень обиды. — Если передумаешь — приходи.

Я кивнул.

— Ладно, мне пора, — сказал я.

— Пока, — тихо сказала Алиса и, не дожидаясь ответа, отошла. Но не ушла сразу, а остановилась поодаль и, обернувшись, проводила меня долгим взглядом.

Вернувшись в домик, я застал Ольгу Дмитриевну за утренним чаем. Она сидела за столом, задумчиво глядя в окно.

— Ну что, Семён, умылся? — спросила она, заметив меня. — Молодец. А дальше ты уже знаешь что делать, так?

— Да, как бы… не очень. — неуверенно ответил я.

— Так же как и вчера — разбудить наших соседей! И пресечь нарушение распорядка дня если потребуется! — улыбнулась вожатая.

— Надеюсь, одного раза Антонине хватило, и теперь она будет шелковой. Впрочем… — она усмехнулась, — если что, ты знаешь, что делать. Ведро на месте.

Я кивнул, вспомнив вчерашнюю феерию с обливанием.

— Хорошо, — ответил я и вышел из домика.

Солнце уже поднялось достаточно высоко, и утренний холодок сменился приятным теплом. Я неторопливо направился к соседнему домику, подойдя к двери, постучал.

— Подъём! — крикнул я. — К семи часам нужно быть на площади, в спортивной форме! Зарядка! Все в общем-то тоже самое что и вчера! — подвел итог я.

В отличие от прошлого раза, дверь открылась почти сразу. На пороге стояла Антонина. Вид у неё был помятый, будто она и не ложилась вовсе. Её розовые волосы, обычно собранные в высокий, тугой хвост, сейчас растрепались и непослушными прядями торчали в разные стороны. Белый топ с бантиками и ленточками, короткая белая юбка и белоснежные чулочки — вся её экстравагантная одежда, казалось, провела ночь в ожесточённой схватке с простынями и одеялом. Ткань измялась, бантики жалобно повисли, сбившись набок, а на юбке красовалось несколько подозрительных пятен.

— Да не сплю я, не сплю, — проворчала Антонина, зевая и потирая глаза тыльной стороной ладони. — Я ваши приколы уже знаю. Больше вы так не повеселитесь.

Она окинула меня сонным, но недобрым взглядом, в котором читалось нечто среднее между усталостью и плохо скрываемым раздражением.

— Заходи, чего встал? Есть разговор. — продолжила она и посторонилась, пропуская меня внутрь.

Я нерешительно переступил порог. В домике царил беспорядок, словно здесь только что пронёсся небольшой торнадо. Кровать Антонины была не заправлена: одеяло сбилось в комок, подушка валялась на полу, а на простыне виднелись крошки — возможно, остатки ночного пиршества. Так же на полу валялось несколько смятых листков бумаги, исписанных неровным, размашистым почерком. Её соседка, та самая тихая девушка с тёмными волосами, уже собралась и, бросив на нас быстрый, чуть испуганный взгляд, поспешила к выходу, явно опасаясь стать невольной участницей предстоящего разговора.

— Ну, чего застыл, как памятник революции? — Антонина бесцеремонно хлопнула меня по плечу, отчего я вздрогнул. — Садись, где стоишь, не стесняйся.

Я неловко примостился на краешке кровати, стараясь не смотреть на разбросанные вещи и чувствуя себя крайне неуютно.

— Помнишь, ты мне обещал помочь? — Антонина уселась рядом на ту же кровать, скрестив ноги по-турецки и приняв позу умудрённого жизнью гуру. — Насчёт пива, ага.

Я картинно шлёпнул себя по лбу ладонью.

— Точно! Совсем из головы вылетело! Прости, Антонина, замотался я вчера. Столько всего навалилось: задания от вожатой, потом с Мику… — я осёкся, запнувшись на полуслове, понимая, что чуть на сболтнул лишнего. — В общем, не смог я. Прости. Но сегодня я обязательно что-нибудь придумаю! Честно!

«Хотя, если честно, я уже и не уверен, что это была хорошая идея. С другой стороны… может, благодаря Антонине и её блокноту у меня всё так удачно складывается с Мику? Вчерашний вечер, поцелуй… Неужели это случилось благодаря магии? Хотя… вряд ли. Мику такая добрая, отзывчивая, искренняя… Она бы и без всякой магии вела себя так же. Да и Алиса… со своими внезапными извинениями… В общем, ерунда это. Не может какой-то блокнот, пусть даже трижды волшебный, влиять на чувства и поступки других людей. Это же… абсурд!»

«Наверное, я просто идиот, что в это поверил. Надо было сразу отказаться, а не вестись на эти сказки. Но вчера… Вчера я был в таком отчаянии, что готов был ухватиться за любую соломинку. Казалось случилась катастрофа, я думал, что всё испортил, что хуже уже не будет. А теперь… Видимо по прошествии времени любая ситуация видится иначе, не столь драматично. Наверное и это утреннее происшествие с Мику завтра будет казаться забавным случаем, а не крушением всех надежд. И вообще, впредь надо больше полагаться на себя, а не на чудеса.»