Дмитрий Абрамов – Принуждение к миру (страница 22)
В порту и в городе тоже непонятки. Вернее, это с точки зрения местных – бардак и безобразие. А с точки зрения командира немецкого мотопехотного полка – всё идёт по плану. Пирсы, портовые краны, склады разминированы и захвачены. Порт зачищен от британцев. Зачистка города идёт полным ходом.
С моря тем временем подошёл десяток самоходных барж. Странные они какие-то. Из груза на них только секции понтонных мостов. Прямо так и лежат поверх палубы, выступая над бортами. Подошли баржи к берегу, сцепились попарно и кингстоны открыли. Утонуть им не получилось. Сели днищем на грунт гавани. Над водой только те понтоны и торчат. И на хрена? Что это было? Ну а вдруг бритты бы взорвали пирсы-причалы. Как тогда технику на берег выгружать? Вот и озаботился кто-то мудро-продуманный устройством запасных пирсов.
Тем временем все три «Либерти» закончили разгрузку, развернулись и пошли, нет, не в Амстердам-Антверпен. Чего им там делать? Их в оккупированном русскими Кале ждут. А чтобы абы чего не вышло, на этом маршруте над ними кружат-вьются русские истребители. На выходе из порта повстречалась тем сухогрузам ещё троица, деловито прущих в британский порт таких же близнецов американской постройки. Новая троица привезла ещё один мотопехотный полк Вермахта, усиленный танковым батальоном. Вот только танки в том батальоне уже были не немецкие, а русские Т-34–85.
В первую очередь и разгружаются эти русские танки. Выехали с пирса, дождались, когда из трюмов вытянут ещё три десятка БТРов, и рванули на север от Дувра. Батальон мотопехоты на БТРах – за ними. О, и ещё три странные гусеничные машины за ними увязались. У русских такие недавно появились. ИМР-34 называются – инженерная машина разграждения на базе всё того же Т-34. Двадцать километров до Минстера проскочили за полчаса, объехав правее Сануидж. У северо-восточной окраины Минстера, сразу за автодорогой А-253, – цель недолгого рейда. Передовой бетонированный аэродром британских ВВС. Практически авиабаза. Крутой объект. Бритты ещё со времён Первой мировой войны его тут стоили-расширяли-модернизировали.
Только от авиабазы той нынче всего лишь бетонные плиты и остались да кладбище дотянувших до родных берегов недобитых над Ла-Маншем и Северным морем самолётов. Русская авиация за последние три дня несколько раз сюда наведывалась и аккуратненько, чтоб не повредить бетонку, обрабатывала авиабазу ОДАБами. Живого-целого после этих налётов на аэродроме ничего не осталось.
Не заезжая в Минстер, колонна вкатывается на территорию авиабазы. Шевеление в кучах хлама-мусора. Это местный отряд самообороны пытался изображать из себя сапёров-минёров. После того как верхнее военно-воздушное начальство сообразило, что на базе собственно практически отсутствует какой-либо военный персонал, было принято решение о минировании-выводе из строя взлётно-посадочной полосы. Местные самооборонщики смогли перегородить ВВП трупиками разбито-побитых самолётов, но это временное решение. Растащить завалы не проблема (собственно, для этого в русско-немецком батальоне и имеются ИМРы). Для минирования ВПП британское командование обещало прислать сапёров. Но те так и не добрались до Минстера. Дозвонились из Лондона до мэра здешнего невеликого городка и потребовали от него совершить невозможное – взорвать ВПП. Реквизирован из местного охотничьего магазина весь порох. Три канистры удалось им наполнить. Взорвётся – не взорвётся? Запалили на пробу одну канистру, положив её на бетонную плиту. Шандарахнуло знатно, но бетону взлётки – хоть бы хны. Так не пойдёт. Надо подкоп под плиту делать. Копают местные ополченцы, уже почти партизаны, подкоп, а тут на взлётку выруливают танки. Попробовали местные фермеры-лавочники изобразить из себя стойких защитников отечества-королевства, да не срослось. Пяток длинных пулемётных очередей и пара-тройка выстрелов из танковой пушки, и британская авиабаза полностью переходит под контроль нежданно прибывшего с континента воинского формирования.
Деловито пыхнули дизельным выхлопом ИМРы и принялись за почётную и нужную дворницкую работу. И пятнадцати минут не прошло, как взлётка освобождена от когда-то летавшего хлама. Немецкий гауптман разослал половину своих подчинённых занять оборону вокруг базы, а второй половине выдаёт продуманно прихваченные с собой метёлки. Построились немецкие пехотинцы и пошли махать вениками, изображая уже немеханизированных дворников. Нужно быстренько очистить ВПП от всякого мелкого железного хлама, может он порвать дутики шасси самолётов. Ведь самолёты уже взлетают с северо-французских аэродромов.
Первыми на подметённую ВПП опускаются один за одним пять планеров «Ме-321» «Гигант». Они привезли пятьсот немецких десантников, пять 5-см противотанковых пушек и десять 2-см зенитных автоматических пушек на колёсном лафете. Планеры танками оттаскиваются прочь с ВПП. Десантники разбегаются по округе крепить оборону. А на взлётку приземляются два звена русских «Ил-2» и эскадрилья немецких «Мессершмиттов».
И заработал воздушный мост. Почти без перерыва на бетон аэродрома опускаются транспортные «Ли-2» и «Ю-52». Разгрузились – и сразу на взлёт. Изредка в этой карусели – перерывчик на приём-разгрузку громадных «Ме-323»[37].
Одновременно с работой воздушного моста работает и морской мост-переправа. Двадцать четыре сухогруза типа «Либерти» снуют по маршруту от французского Кале до английского Дувра. Полтора-два часа на переход через пролив, часа четыре на разгрузку, полтора часа обратно и ещё четыре часа на новую погрузку. Две ходки через пролив за сутки. Сорок восемь рейсов. Каждый сухогруз может взять два танковых или мотострелковых батальона со средствами усиления и запасами-припасами на пару недель боёв для этих батальонов. Итого за сутки девяносто шесть батальонов перевезено на британский берег. Девяносто шесть батальонов – это двадцать четыре полка, или шесть дивизий. А шесть дивизий – это уже практически хороший такой корпус.
Что британская армия может противопоставить русско-немецкому корпусу в графстве Кент? Что-то, конечно, может. Но… Ещё со времён «битвы за Британию» сорокового года принята следующая стратегия обороны Острова и размещение сил обороны метрополии. Вытянувшиеся в одну цепь-линию позиции и батареи береговой обороны. В глубине острова – резервы и укреплённые города-крепости. На всей остальной территории – только местные силы самообороны и полицейские силы. Автомобильные и железные дороги снабжены инженерными заграждениями. Прямые участки автодорог в шахматном порядке утыканы железобетонными блоками, исключающими использование этих участков дорог для взлёта-посадки самолётов. Мосты-тоннели заминированы. Все пригодные для посадки планеров и самолётов поля тоже снабжены заграждениями, препятствующими посадке. И многие тысячи раскиданных по всей территории страны бетонных ДОТов, которые должны быть заняты расчётами сразу после начала вражеского десанта.
Только к полудню 27 июня в Лондоне разобрались, что в Дувре не бунт нескольких союзных немецких подразделений, а полноценная десантная операция противника. Тут же был отдан приказ пехотной бригаде, расположенной в Мейдстоне, выдвинуться к Дувру. Всего шестьдесят километров через портовый Фолкстон туда. Час пути на авто. Но бригада-то – пехотная. Только двадцать четыре новеньких «Кентавра» с 75-мм пушкой в танковом батальоне и первый пехотный батальон на грузовиках могут быстро добежать до Дувра. Бригадная артиллерия на конной тяге сможет подойти туда к вечеру. Ну а пехоте на своих двоих топать сутки. Можно было бы и быстрее, на поезде, да вот незадача – русские штурмовики расхреначили в хлам все узловые железнодорожные станции на пути к Дувру. Восстанавливать это поломанное железнодорожное хозяйство будут ещё неделю, если не дольше. Так что топает пехота пешочком. Правда, в Мейдстоне идёт спешная мобилизация всего наличного автотранспорта. Обещано британскому комбригу, что как только соберут потребное количество машин и заправят, то отправят их вдогонку.
Несутся к Дувру британские грузовики и танки с бешеной скоростью в 40 километров в час. «Кентавры» на большее не рассчитаны. Засечено это целеустремлённое движение висящей в небе немецкой «рамой»[38], и прилетают на её зов советские «Ил-2». И только что миновавшая Эшфорд передовая колонна британской бригады горит, омрачая дымной копотью весёленький сельский пейзаж. Через сорок минут на автодороге А-20, между деревушкой Лен-хам и мосточком через речушку Ривер Стоур, отметились уже немецкие пикировщики, фугасками и ОДАБами уничтожив большинство присланных за пехотной бригадой машин и разогнав по окрестным полям и рощицам остатки грузившихся в эти машины батальонов бригады.
Морщит лоб высокое военное начальство в Лондоне, собирает с местной округи армейские резервы, но не рискует больше отправлять к Дувру хоть что-то более серьёзное, чем пара-тройка джипов-мотоциклов с разведчиками-наблюдателями. Чревато передвижение воинских колонн днём, когда противник господствует в воздухе. Только ночью с 27 на 28 июня от Лондона и Гилдфорда к Дувру будут отправлены две пехотные дивизии, посаженные на грузовики, и танковая бригада на новеньких «черчиллях» пятой серии с грозной 95-мм гаубицей в башне увеличенного размера.