Дия Сёмина – Княжна попаданка 2. Призраки прошлого (страница 1)
Дия Сёмина
Княжна попаданка 2. Призраки прошлого
Глава 1. Похищенная
— Ка-те-ри-на! — прорычал Фирс, и в карету ворвался магический смрад, показалось, что это яд…
Мужик, что подхватил меня на ходу, грубо натянул мешок на голову и больно ударил в плечо:
— Не дёргайся, цела будешь!
— Руки не распускай! — только и успела крикнуть своему обидчику и внезапно потеряла сознание.
Последняя мысль: «Мешок заговорённый!»
Какая-то липкая, неприятная магия обволокла удушающим сном, утягивая в ужасную, пугающую темноту сумрачного мира. На секунду показалось, что я снова в том проклятом доме.
Это ещё сон или уже реальность?
Кто-то выследил? Понял, что я не из мира сего и решили исправить оплошность? Вернуть меня в ад, а несчастную Ксению в её тело?
Боли нет, только неприятный запах и слабость.
Услышала хриплые голоса как в тумане, меня кто-то снова куда-то тащит, снова кидают на какой-то твёрдый топчан, и лязг засова болезненным звоном прошёлся по сознанию, не могу пошевелиться.
А мысли как камни, с такой скоростью я до весны буду вспоминать, как оживить себя и снять тёмный заговор.
Пытаюсь представить, где я? Может быть, здесь есть такие же Фени, попросить помощи у мелкой нечисти. Расслабляюсь, отпускаю свои мысли и пытаюсь смотреть магическим зрением сквозь темноту, что окружает меня…
Вдруг резкий, хриплый голос пронзает моё сознание: «Маг-да-а!»
Вздрагиваю, оглядываюсь и внезапно ощущаю себя в каком-то уродливом кабаке, мало чем отличается от места гибели Тимошки Хмурого. Даже запахи уловила, вижу, как мухи мимо пролетают, настолько всё реально, что оторопь берёт.
Первая мысль, что я снова попала в какое-то новое тело?
Или это магический сон? Из панических размышлений меня выдернул очередной вопль:
— Магда-а, куда запропастилась эта девчонка! Кто-то видел? — дородная тётка осмотрелась, но в кабаке кроме нескольких завсегдатаев никого. Босоногая, тощая Магда с вечно растрёпанными волосами, босая и такая чумазая, что её и посетители брезгуют, а уж сами они тоже не агнцы божие, воняют порой так, что хоть нос затыкай.
— Да ей кто-то деньгу пожертвовал, убежала поди за леденцом! Не рычи, Тоська, голова болит! — проворчал мужик, уже изрядно принявший, но теперь закусывает тушёной брюквой с мясом, самая дорогая еда в придорожном заведении.
— Кушайте, Мирон Степаныч, вернётся, куда ей деваться. Ох, самой придётся посуду собрать да мыть! А мне лишний повод отлупить нерадивую крепостную.
— А ты её моешь? — хмыкнул другой мужик, показывая на прилипшую к пивной кружке засаленную грязь. Про побои девочки они и не переживают, такое не редкость.
— Ой, какие неженки собрались, на себя бы глянули, давно ли мылись, голубчики, платить извольте! — чтобы мужики лишнего не болтали, подошла и забрала плату за обед и выпивку.
Дверь скрипнула, но как-то натужно. Обычно посетители входят с ноги, пиная, а тут словно сопротивление какое-то. Тося повернула голову взглянуть, кого это такого немощного принесло, поди клянчить будут объедки, а ей эти куски для свиней нужны. Только хотела рявкнуть, что милости тут не дают, как осеклась.
На пороге появилась старушенция, такая древняя, что показалось не живая, а восставшая. Всех, кто сидел лицом к двери, передёрнуло от отвращения. Остальные повернулись, поморщились и поспешили быстрее отдать плату и уйти.
Ведьма, самая настоящая ведьма, из тех, кого Смерть забывает на долгие годы, ходили слухи, что одна такая прожила и двести лет.
Как же Тося удивилась, когда из-за бабки показалась Магда. Испуганная рожица, глаза огромные, и её слегка потряхивает, на пыльных щеках разводы от слёз. И на лбу огромная ссадина.
— Чья эта бедолага? — проскрипела старуха, оглядывая мутными глазами кабак.
— Наша, вы бы бабушка, за стол сели и народ не пугали! У нас тут тёмным ведьмам не рады! — прошипела Тося, но прогнать опасную старуху побоялась.
— Я не за едой, девочку покупаю у тебя!
— Не продаётся! — отрезала Тоська и руки в боки, ведьмам открыто колдовать запрещено, а у этой поди, и магии не осталось.
Девочка замерла, вытерла слёзы и смотрит с интересом на покупательницу.
— Её мальчишки камнями сейчас хотели побить, вижу, что если у тебя останется, её точно попортят, а мне она нужна. Три золотых! Или заберу бесплатно, сама понимаешь, мне это раз плюнуть, два ногой шаркнуть и нет твоего кабака…
— На кой тебе такая замухрышка? — Тося понизила голос, подошла к пустому столику и села, рукой пригласила гостью присесть напротив. Ведьма, прошептав, что в старых ногах правды нет, опустилась на грязную лавку.
— Посмертница мне нужна, а у этой магии много, не справишься с ней, если в силу войдёт. Отдай по-хорошему…
— Посмертница? Это как? — кабатчица вдруг заинтересовалась, впервые такое слово услышала.
— Смерть меня не забирает, пока дар не передам. Вот эта мне подойдёт! Так что я тебя не спрашиваю, а деньги отдаю по доброте, коей у меня не так много осталось. Заберу и даром, и ничего не сделаешь! Долго я искала её, долго, и когда нашла, думаешь, меня что-то остановит?
Ведьма не спешит, позволяет наглой хозяйке утопить себя с головой во лжи, а та и рада стараться:
— Она бастард, княжьего рода отпрыск. Папаша очень знатный, оприходовал мамку, а когда девочка родилась — выкинул. Оплати мне расходы за мою доброту и забирай. Десять золотых, её мамку я на свои хоронила, и девку содержала семь лет.
— Ну, скажем, не бастард, и мамка её пропала без вести, может, сбежала на родину, и копейки тебе она не стоила, и ребёнка содержишь как крысу. Знавала я её папашу, он её ищет, да не найдёт, если шепну ему, то от тебя пустого места не останется! А ты десять, говоришь, монет хочешь? Хи-хи-хи! Жадобушка тебя сгубит, скоро сама как собака подохнешь! Надо было три брать!
Ведьма встала, и вдруг посмотрела на меня! Она меня видит, она понимает, что я тут, только хотела спросить её, что происходит, попросить помощи, но бабка хмыкнула и, крепко взяв девочку за руку, вышла, никто не мог пошевелиться несколько минут. А когда опомнились, показалось, что страшная ведьма всем приснилась.
Тоська снова ворчит, словно только что у неё из-под носа не увели несчастного ребёнка:
— Да где носит эту Магду, провались она пропадом…
Через несколько дней кабак сгорел дотла вместе с хозяйкой. Воевода Магической управы списал на воздействие нечисти, которой за годы в кабаке накопилось предостаточно.
— Место само очистилось.
Про маленькую служанку никто и не вспомнил…
Никто, кроме меня.
Это сон? Хотела же осмотреться, вот и «осмотрелась», лежу где-то на самой окраине города, в старом кабаке, построенном на месте того самого сгоревшего, где очень давно хозяйничала жадная Тоська.
Мало чем это виде́ние мне помогло, только хуже стало: «Помогите! Хоть кто-то тут есть? Феня!»
Глава 2. Торг
Понимаю, что нужно открыть глаза, хоть попытаться ожить, чтобы не сгинуть.
Открываю и темнота.
— Где я! Помогите! — лучше бы я не приходила в себя, головокружение и тошнота изводят, не могу сосредоточиться, чтобы заставить себя двигаться, пока рядом никого, нужно реанимировать магию, легко сказать, но невозможно сделать. Из меня словно вытянули все силы, не только магические, но и обычные человеческие. Горячая слеза скатилась по виску, на большее я пока не способна, только жалеть себя.
Сквозь звон в ушах вдруг услышала тихий и очень приятный звук, успокаивающий, напоминающий беззаботный август в далёком детстве. Не сразу поняла, что это.
Сверчок?
Среди зимы и в темнице?
Мысли ожили, теперь как муравьи в муравейнике копошатся, а я не могу зацепиться ни за одну из них.
Может быть, я в клинке и это наркоз подействовал и мне весь этот кошмар приснился? Сейчас открою глаза и вернусь в свою безопасную реальность?
А сверчок поёт и поёт, теперь рядом с моим ухом, словно вытягивает меня из «дури» в какую я попала.
Внезапно во мне что-то встрепенулось, теплом пробежала по телу энергия и тошнота отступила:
— Феня! Ты сверчок от моего Фени? Я всё ещё в этом мире?
— Да, хозяйка. Мы в какой-то таверне, постоялый двор. Ох, нас весь день и полночи катали по городу, я уж сам потерялся. Сейчас приедут покупатели, но тебе надо бы притвориться спящей, и не видеть этих грабителей, иначе они тебя убьют. Если крикну, то бей по ним магией. Умеешь хоть?