Дия Сёмина – Гувернантка его сиятельства (страница 10)

— Благодарю, вы очень красиво меня подстригли, даже у цирюльника невозможно получить такую стрижку.

— Я могла бы и короче, более стильную сделать причёску, но боюсь, что не угадаю с модными тенденциями этого мира. Позже к лету, если захотите, то вот тут коротко, косой пробор, увеличиваем затылок и получится очень красиво.

— Вы учились этому ремеслу? — он осмотрел результат моих трудов и улыбнулся.

— Да, за компанию с подругой, но работать не смогла, слишком ответственно и не очень люблю тесный контакт с посторонними людьми. Но если приспичит, то детским мастером стала бы с удовольствием.

Призналась в своём «грехе», не могу сказать, что я брезгливая, но пару раз не смогла постричь взрослых мужчин. Быстро поняла, что это вообще не моё. Уж лучше на кассе товары пикать.

А вообще, уже нашла место в частной школе, пусть не учителем, а воспитателем продлёнки, но это всё равно моё и с детьми. Если бы не ужасное происшествие, то через месяц бы вышла на работу. Вспоминаю об этом и, прикусив губу, чтобы не заплакать от обиды на судьбу, быстро подметаю остриженные волосы.

— Я знаю, что дядя пытается меня пристроить в закрытое учебное заведение. И кто-то из моих врагов настаивает на заграничном пансионате. Если коротко, то это место напоминает тюрьму…

Он говорит таким тоном, словно мы продолжаем обсуждать его причёску. А я вообще не поняла, это он сейчас пытается оправдать свой магический проступок, что выдернул нас в свой мир?

— Ваше сиятельство, уверена, что ваш дядя сделает правильный выбор для вас, не станет же он поступать с вами жестоко.

— Я лишь хотел вам предложить, поехать со мной, в любой школе нужны такие воспитатели, вас возьмут…

Он недоговорил, голос дрогнул.

Оставляю веник и совочек, и не обращая внимание на наши сложные отношения, без разрешения обнимаю его, целую в макушку и шепчу: «Я вас не оставлю, обещаю, но сделаю только то, что в моих силах, а их немного. Вам лучше основательно поговорить со своим дядей!»

— Я поговорю! Но ваше обещание согрело мою душу, спасибо большое! — он прошептал, как испуганный ребёнок, и посмотрел на меня.

Даже одарённые магией дети, а он, несомненно, одарённый, всё равно – дети и боятся неизвестности. И мне тоже знакомо это неприятное, давящее чувство.

Служанка постучала и предупредила, что всё готово к омовению.

— Я решил, что вам гораздо удобнее будет занять покои рядом с моими, там и ванна есть, сейчас горничная наведёт порядок, и к вечеру вы сможете переехать.

— Это лишнее! — пытаюсь возразить.

— Я так хочу, в этой комнате жила моя мама, и я хочу, чтобы вы её заняли, пожалуйста! — он понял, раскусил меня. Если вот так жалостливо посмотреть, то я не могу устоять и уступаю. Конечно, я уступила и в этот раз.

— Хорошо! Но не позволяйте Веронике без спроса заходить к вам, пусть она учится соблюдать границы, это ей очень нужно!

Князь довольно кивнул и улыбнулся. Он снова получил то, что хотел.

Мы с Вероникой вернулись в свою комнату за вещами, решила сначала искупать дочь, а после сама. В голове уже чёткий план действий, пришлось снова пристрожить непоседу, чтобы никуда не убегала, слушалась и, главное, не заходила без разрешения в покои князя.

— Мамочка, а его правда посадят в тюрьму?

— Нет, это не тюрьма, а закрытая школа.

— Но я туда вообще не хочу, даже с тобой, всё равно не хочу. Это как детский дом? Нет!

Моя просвещённая дочь категорически отказалась от этих ужасных перспектив. Я дала обещание мальчику, не учитывая мнение дочери. Чувство вины перед детьми окатило меня с ног до головы, как грязь из-под колёс.

— Я обещаю, что сделаю всё, что от меня зависит, чтобы мы все не попали в какое-то нехорошее место. А сейчас быстрее мыться! Потом посидишь в постели, пока я моюсь! И ещё раз напомню, что сидеть надо тихо, сама понимаешь, тут порядки суровые, непослушных детей наказывают. А вечером нас переселят в настоящую комнату принцесс!

— Правда? Я буду вести себя, как настоящая принцесса!

— Вот и чудесно!

Пришлось её припугнуть и обрадовать одновременно, а у самой сердце готово вырваться наружу, сколько можно трепать мои нервы. Ситуация очень непростая, и я вообще не вижу, как из неё можно выпутаться.

Быстро помыла доченьку, вытерла, укутала и отнесла в нашу спальню. Ещё раз напомнила правила для принцесс и поспешила обратно в великолепный будуар с шикарной медной ванной.

Теперь можно и себя привести в нормальное состояние, отмыться, очиститься. Эти покои выглядят шикарно, дорогая мебель, везде мрамор, гранит, сразу видно, что это спальня князей. Пусть и загородный дом, но убранство царское.

Закрыла дверь из коридора, чтобы никто не вошёл, раз в доме генеральная уборка, то всякое может быть. Загородила ванну красивой, расписной ширмой, разделась и погрузилась в горячую, успокаивающую воду с пеной. До обеда дел у меня нет, единственная причина для волнений – Вероника, но горничная обещала присмотреть за ней.

— Мне жизненно необходимо смыть с себя шок последних дней! С нами всё будет хорошо, дом есть, работа есть, и, наверное, есть возможность вернуться домой! Должна быть! — приговаривая успокоительную мантру, нанесла местный, довольно ароматный шампунь на волосы, кажется, что это жидкое мыло с добавлением ароматических масел. Жаль, что нет привычного душа. Приходится осторожно небольшим ковшиком поливать на голову, чтобы смыть пену.

Смыла и вдруг осознала один интересный поворот, а что если мы втроём сможем сбежать отсюда, раз у Тёмы здесь такие ужасные проблемы, то может быть, ему проще окажется в нашем мире.

Почему-то про свои проблемы размером три миллиона я вдруг забыла. Наверное, на фоне настоящего – прошлое вообще померкло. Ещё вчера вспомнила, как у меня пропадал на неделю паспорт, потом нашла в вещах, там, куда сама вообще никак не могла засунуть. Согрешила на дочь, к своему стыду. А оказалось, что у мужа был дубликат ключей, но теперь в той квартире живут арендаторы, и замки поменяли, но поздно, сразу надо было озадачиться. Тогда он и сделал это подлое дело.

Зависла девонька в размышлениях, разморила меня горячая ванна… Но пора выходить, сушиться и бежать к скучающей дочери.

— Кхм! Какого чёрта происходит? Кто вам позволил? — откуда-то сверху вдруг раздался такой грозный рык, я от испуга дёрнулась, и так неудачно, что проскользила попой по скользкой ванне и с головой ушла под мыльную пену. В следующий момент крепкая рука выдернула меня из-под воды за волосы. — Да, боже мой! Сударыня! Вы что творите? Топиться?

Незнакомец испугался, что я тону, а я испугалась вообще всего и завизжала в панике: «А-а-а-а!»

Глава 11. Графу придётся уступить

— Не кричите! — рыкнул незнакомец, кажется, он мне сейчас рот заткнёт, но нет, убедился, что я не собираюсь больше «топиться», отпустил и отступил.

— Пфу! Как вам не стыдно! Врываться без стука! Уйдите сейчас же! — скукожилась в ванне, обхватила руками колени и шиплю ему в ответ, уж ставить на место я тоже умею. Однако в горячей воде меня так трясёт, будто она ледяная. Шуметь нельзя, рядом комната Тёмы, а он так и замер, не уходит, принял меня за доступную?

— Да не смотрю я на вас! Это мои покои, кто вам позволил здесь брызгаться?

— Ой, а давайте выяснять отношения после того, как я оденусь, или у вас какая-то постыдная мания, наблюдать за женщинами во время купания? Я не из таких! — не разгибаясь так и, сижу, жду, когда наглец выйдет.

— Да что б вас, сударыня! Откуда мне знать из каких вы, таких или этих? Хорошо, жду вас через полчаса в библиотеке, одетую! И живую! От позора никто ещё не умирал, я вас и не разглядел в мыльной воде. За что мне ещё и ЭТО? — снова ворчание, смотрите какой нахал. Ворвался, ещё и на меня же наезжает.

Не разглядел он…

Уже и так поняла, что это сам граф, ну может быть его служащий, это было бы проще. Но кого я обманываю, это он, граф Чернышёв.

Наша первая встреча прошла ужасно, и мы уже бесим друг друга, прощай моя должность.

Услышала, как хлопнула дверь, скорее выбралась и ванны, вытерлась, оделась, с трудом попадая в рукава, и ноги запутались в панталонах, чуть не завалилась. Трясёт то ли от бешенства, то ли от страха и неопределённости.

Замираю у запотевшего зеркала, протираю рукой и смотрю на себя, испуганную, загнанную в угол, женщину, на вид девочку, жалкую и неуверенную в себе.

Таким людям не доверяют. Особенно если вопрос касается детей. Я сейчас вылитая «Размазня» великого Чехова, нельзя такой быть. Меня точно выгонят!

— Аня, соберись! Ты – мать! Даже молодая кошка за котят порвёт, и ты справишься! На тебе двое детей, — шиплю на себя, точно, как кошка. Мне нужно привести себя в боевую готовность и отстоять свои права. Если юный князь выбрал меня, то не какому-то там жлобу, без стука врывающемуся в туалет, диктовать условия. Как Артемий скажет, так будет.

И только сейчас заметила, что в этом прекрасном будуаре две двери, я заперла только входную для прислуги, а ту, что ведёт в спальню – забыла.

— Размазня полоротая и есть, господи, когда я научусь действовать обдуманно и основательно? Никогда!

Выдыхаю. Уже более спокойно расчёсываю волосы, поправляю одежду и сначала решаю навестить дочку, проверить, как она без меня.

Заглянула и увидела, что моя принцесса спит.

— Вот и хорошо.

Быстро спускаюсь по лестнице, прохожу в библиотеку, набираюсь смелости и стучу в двери.