Дита Терми – Тыквенный переполох. Бабуля на отборе (страница 6)

Он молчал. И в этой тишине было больше ответов, чем в любых словах. Одиночество. Оно знакомо в любом возрасте.

– Возможно, вы правы, – наконец произнёс он, и в его голосе впервые зазвучала не привычная сталь, а что-то более живое, усталое. – Но правила игры менять поздно. Отбор будет идти до конца.

– Ну и ладно, – пожала я плечами. – Я не против поиграть. Только давайте честно: если вы уж совсем против, так и скажите. А я тогда просто отдохну тут у вас, нагуляюсь, на здоровую пищу налягу, да и домой. А то у меня там герань, наверное, уже засохла…

Правда, вопрос с тем, как попасть домой, оставался ещё открытым. Не хотелось мне, честно говоря, снова в старческое тело после этого нового глотка молодой жизни. Второй шанс. Кто ж его хотел бы упускать?

Принц снова улыбнулся, на этот раз чуть шире.

– Ваша «герань» подождёт. А пока… наслаждайтесь игрой. Вы делаете её значительно интереснее.

Разговор плавно сошёл на нет. Мы ещё немного поболтали о книгах (оказалось, он любит исторические хроники, а я – старые романы с запутанными сюжетами), и я удалилась, чувствуя странное тепло в груди. Не влюблённость пока, нет. Скорее… понимание. Между нами нащупалась какая-то общая волна. Принц был мне… интересен, что уж тут скрывать.

Я шла в сторону своих покоев, отведённых претенденткам на руку принца, и это тёплое чувство в одночасье испарилось. Дверь в общую гостиную была приоткрыта, и оттуда доносились сдержанные, но оттого ещё более ядовитые голоса.

– …просто позор! Она с ним как с приятелем каким-то! И этот её смех…

– А вы видели, как он на неё смотрел после той истории с чудовищем? Будто она звезду с неба для него достала.

– Это ненормально. Она себя ведёт как… как деревенская баба на посиделках! Имя сменила, с советником панибратствует, принцу дерзит… Это же магия какая-то! Наверняка чары навела!

– Чар не надо, – прошипел знакомый голос блондинки. – Надо просто, чтобы она… выбыла. Аккуратно. Без шума.

Я замерла за дверью, не дыша. Опаньки, да тут уже заговор против меня готовится! Вовремя я с свидания вышла.

– Послезавтра же бал. Наряд у неё, говорят, новый, от лучшей портнихи. Представьте, если бы он… случайно порвался. Прямо во время танца с принцем. Или если за обедом накануне… в чай что-то подсыпать… не яд, конечно, но чтобы живот скрутило. Не до танцев бы было, леди Мариетте.

– Тише! Кто-то идёт!

Я быстро и бесшумно отступила в тень ниши, пока мимо прошла служанка с бельём. Сердце стучало от жгучего, праведного возмущения.

Ах вы, стервяточки юные! Бабушке пакости строить вздумали? Ну уж нет, голубушки. На этом я собаку съела, и не одну.

«Послезавтра перед балом или на нём, значит, что-то выкинут, – холодно констатировала я про себя, пробираясь в свою комнату. – Платье моё шикарное испортят или в угощение гадость подбросят. Что ж… Посмотрим, кто кого».

Я закрыла дверь и подошла к зеркалу. В отражении смотрела на меня молодая девушка с огнём в глазах, которого не было у двадцатилетних. Огонь жизненного опыта, пройденных боёв и несгибаемой воли.

– Ну что, девочки, – тихо сказала я своему отражению. – Захотели поиграть в подлости? Бабушка научит. По-хорошему не хотите – будет по-плохому.

Глава 8. Громы-вредители

Подозрения, засевшие после вчерашнего подслушанного разговора, не давали мне покоя всю ночь. Я спала чутко, как на войне, и с первыми лучами солнца была уже на ногах. Нужно было быть бдительной, чтобы с позором не вылететь с соревнований.

И теперь дело было не только в том, что я хотела развлечься, вторая молодость всё-таки не каждый день на тебя нападает… Нет. Я хотела победить, потому что Каэлену не подходила ни одна из этих злобных особ. Принцу нужна была особенная… Может быть даже я.

Эх, этот драконище всё чаще и чаще приходил в мои мысли и ничего с этим поделать я не могла. А если так… то чего уж мучиться? Хорош собой, не глуп, да ещё и принц. В общем, что-что, а отдавать Каэлена на растерзание конкуренткам я не собиралась.

Первым делом после пробуждения я тщательно осмотрела свой гардероб. И в особенности платье для бала. Ни намёка на подрезки или ослабленные швы. Но я всё равно аккуратно прострочила самые уязвимые места прочной ниткой, вытащенной из подкладки дорожной сумочки.

«Лучше перебдеть, внучка», как говаривала моя собственная бабушка.

Затем наступил завтрак. Я не притронулась к общим блюдам, выбрав лишь то, что готовили на моих глазах. Блондинка и её подружки наблюдали за моими манипуляциями со злобными, прищуренными взглядами. Их разочарование было почти осязаемым. Что ж, первый раунд был за мной.

Испытание дня объявили после полудня. Нас повели в некое подобие оранжереи, которая больше походила на джунгли после урагана. Густая, сочная зелень была искорёжена, изгрызена и частично вытоптана. А виновники бесчинства деловито сновали среди лиан.

Садовые гномы-вредители. Звучало безобидно. На деле же это были крепкие, приземистые существа ростом по колено, покрытые мхом и корой. Их лапы заканчивались не пальцами, а целыми пучками цепких, древесных корней. Морды туповатые, но с челюстями, способными перемалывать ветки. И нрав, как у разъярённых барсуков, защищающих нору.

Никакого воспитания у гномов-вредителей! Они рычали, скалились и с яростью набрасывались на любую попытку их усмирить. Один из стражников, попытавшийся отогнать их щитом, едва унёс ноги. Они умудрились оставить на древесине свежие следы мощных зубов.

– Ваша задача – усмирить вредителей и защитить Древо Жемчужных Цветов! – прокричал Элвин, указывая на хрупкое, серебристое деревце в центре хаоса, которое гномы уже начали с энтузиазмом обгладывать. – Можно использовать любые средства, кроме нанесения им смертельных травм! Магия, убеждение, хитрость – всё на ваше усмотрение! Кто сохранит Древо невредимым, получит высший балл!

Претендентки, ещё не оправившиеся от шока после тентукля, засуетились. Видно было, что лезть к гномам никто не хотел добровольно. Но что не сделаешь ради принца.

Одна, румяная девушка из рода водных магов, попыталась создать ледяную преграду. Гномы с хрустом проломили её корнями-кулаками, водная преграда обрушилась лужицей к их ногам.

Другая, воздушница, взметнула вихрь. Вредители лишь уцепились корнями за землю и зарычали ещё злее. А следом самые прыткие бросились на эту девушку. Она завопила и спряталась за спины других участниц.

Блондинка, сжав в руке светящийся жезл, попробовала ослепить их вспышкой. Это их только разозлило. Они сбились в плотную, рычащую стаю и двинулись прямо на неё. Та с визгом отступила, споткнулась о корень и чуть не угодила в пруд с кувшинками.

Я наблюдала с края, оценивая ситуацию. Магия явно была не панацеей. Эти твари действовали на примитивных инстинктах: охрана территории, добыча пищи, агрессия на угрозу. Нужно было применять не силу, а ум.

И тут я вспомнила. Не магические трактаты, конечно, а свой старый дачный участок. И полчища кротов, которые превращали грядки в решето. Химию я не любила, отраву не признавала. Выручали старые, дедовские методы. Один из них – звуковое отпугивание. Кроты, как и многие норные животные, ненавидят резкие, пронзительные звуки, которые создают неприятные вибрации в земле.

Вчера я перед сном гуляла со своей служанкой по местному рынку. Надо же было посмотреть местные цены и понять, чем тут вообще принято кормиться! Кстати, весь городок завален оказался тыквами, праздник какой-то тут, хотела ещё расспросить служанку об этом, но позже. Голова была забита военными действиями с конкурентками.

Так вот. У одного торговца я присмотрела свистульку ручной работу. Глиняную, в виде птички. И купила на память. И теперь она лежала у меня в глубоком кармане, завёрнутая в платок.

Что ж… Самое время проверить свою звуковую теорию.

Пока блондинка отряхивала платье, а другие девицы в панике метались, я достала свистульку. Поднесла к губам. И свистнула. Звук получился пронзительным, визгливым, таким громким, что у самой зубы задрожали.

Эффект оказался мгновенным и потрясающим, таким, как я и хотела. Гномы-вредители, только что рычащие и уверенные в себе, замерли как вкопанные. Их мохнатые уши затрепетали. Они переглянулись, издавая недоуменные, похожие на скрип щепок, звуки.

Я свистнула ещё раз, уже серией коротких, отрывистых трелей.

Это сработало как красная тряпка на быка, но с обратным эффектом. Гномы жалобно, испуганно взвыли. Затрясли головами, зажали корнями свои уши-грибы и, побросав обгрызенные ветки, бросились врассыпную.

Они панически бежали, сбивая друг друга с ног, зарываясь в мягкую землю, лишь бы скрыться от этого невыносимого звука.

Через минуту в оранжерее воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием перепуганных девиц и моим собственным, чуть учащённым.

Древо Жемчужных Цветов стояло нетронутым, если не считать пары надкушенных, но не оторванных листочков.

Я вынула свистульку изо рта и обтерла её платком. Отличная штуковина, пожалуй, буду её всегда теперь с собой носить. Мало ли кто ещё на моём пути попадётся в этом магическом мире.

Зал замер. Стражи переглядывались. Элвин медленно опустил свой свиток, который так и не поднял, чтобы сделать запись. Его взгляд был красноречивее любых слов: «Этого в правилах не было».