Дионисий Шервуд – Дело о саламандре (страница 4)

– Джимми–Свисток? – спросил Артур, выходя из автомобиля первым.

– Он самый, сэр, – человек в кепке мелко закивал. – Только вы это... потише. Там внутри такое... я, может, и маленький человек, сэр, но я понимаю, когда дела плохи. Очень плохи.

Он нервно свистнул сквозь зубы короткую, срывающуюся трель.

– Расскажите, что вы видели, – спокойно произнёс Артур, доставая блокнот. – В подробностях и с самого начала.

Джимми–Свисток перевёл дух. Его глаза беспокойно бегали, но говорил он связно – видимо, за несколько часов, прошедших с момента происшествия, он успел прокрутить события в голове множество раз.

– Была сделка, сэр. Я всего лишь помогал, я в этом дельце не главный. Главный – Наковальня, гном, он сейчас уже, наверное, на полпути к Подгорному Царству, если не дальше. Мы должны были передать ящик одному типу в сером пальто. Посреднику. Из этих, из банковских. Ящик был с кристаллами, сэр. "Слёзы бездны" называются. Тёмная магия, высшей концентрации. Нам хотели заплатить золотом.

– Слитками, – уточнил Артур, не поднимая глаз от блокнота.

– Откуда вы... – Джимми осёкся и махнул рукой. – А, неважно. Да, слитки. Десять штук, с клеймом Лондонского монетного двора. Сделка уже почти состоялась, посредник уже отдал золото и собирался забирать ящик. И тут началось.

– Что именно?

– Светлячки. Сначала пара, потом десятки. Маленькие такие, золотистые. Они кружили, прям как живые. А потом запах... такой сладкий, приторный. Жасмин. И появился он.

– Он?

Джимми судорожно сглотнул.

– Высокий человек в плаще. Лица из–за капюшона я не разглядел. Вышел прямо из тени, хотя, клянусь, сэр, там не было никакой тени. И с ним была... она.

– Саламандра, – подсказал Фицвильям, подавшись вперёд.

Джимми посмотрел на него с ужасом и облегчением одновременно, как человек, который наконец–то встретил кого–то, кто верит в его слова.

– Да. Именно. Огромная, светящаяся, как витраж в церкви, только живая. Она... она выпила кристаллы, сэр. Просто нырнула в ящик, и они исчезли. А потом человек в плаще приказал ей... приказал отметить посредника. Она обвилась вокруг его руки и... это было ужасно. У него на коже появился светящийся узор. Больно, наверное, жутко. Он даже закричал.

– Человек в плаще что–нибудь говорил? – спросил Артур, продолжая записывать.

– Да. Он сказал посреднику: "Ты отмечен. Те, кому ты служишь, увидят и поймут". И ещё велел передать... – Джимми наморщил лоб, вспоминая. – Велел передать лорду Хаоса, что Старые договоры ещё в силе. И что нейтралитет Авалона – не слабость. И что они ищут своё и найдут.

Рука Артура замерла над блокнотом. Лорд Хаоса. Авалон. Старые договоры. Всё это были понятия из совсем другой оперы – не той, в которой мелкие контрабандисты продают тёмные кристаллы в заброшенных доках. Это была политика. Геополитика магического мира, если такой термин вообще был применим в данном случае.

– Что было потом? – спросил он, справившись с паузой.

– Они исчезли в кольце огня. Только запах остался – жасмин. Посредник убежал. Наковальня убежал. А я... я забился за ящики в дальнем углу и просидел там до рассвета, сэр, боялся даже дышать. А когда солнце взошло, я набрался смелости и позвонил вам снова. Потому что есть кое–что ещё.

Он замялся. Артур ждал.

– Вторая партия из дюжины кристаллов, – выдохнул Джимми. – Они в подвале под старым пакгаузом, это в полумиле отсюда. Я знаю, где. Наковальня не знал, что я знаю. Посредник не знал. Но если тот, в плаще, узнает... или если какой–нибудь лорд, хоть этого хаоса пришлёт кого–то ещё... Лондон не переживёт, сэр.

Артур закрыл блокнот. Его лицо оставалось бесстрастным, но пальцы, сжимавшие ручку, слегка побелели.

– Покажете потом, – сказал он. – Но сначала – осмотр места происшествия.

Внутри склад номер семнадцать выглядел именно так, как и следовало ожидать после визита огненного элементаля. В центре помещения пол был оплавлен и бетон превратился в стекловидную массу, застывшую волнами. Посередине этой лужицы лежали остатки ящика – обугленные доски, свинцовые полосы, покорёженные жаром, и горстка оплавленного шлака. Восковая печать, про которую упоминал Джимми, не сохранилась.

Эвилин немедленно достала сканер. Прибор тихо загудел, и его стрелка заметалась по шкале.

– Магический фон зашкаливает, – доложила она. – Но это не тёмная магия. По крайней мере, не в чистом виде. Это что–то другое. Возможно, действительно элементаль. Огонь в первичной форме.

Фицвильям бродил по складу, водя перед собой ладонью. Его глаза слегка светились из–за использования им заклинания "Окулус персписис", позволявшее видеть остаточные магические следы.

– Здесь везде светящиеся линии, – произнёс он изменившимся голосом. – Как паутина. Нет, как... как круги на воде. Они расходятся от центра, где стоял ящик. И ещё – смотрите.

Он указал на стену, в том месте, где, по словам Джимми, появлялся человек в плаще. Артур, активировав кристалл в котелке, увидел то, о чём говорил Фицвильям – в углу склада магический фон был плотнее, словно сама реальность там была слегка натянута, как простыня, за которую кто–то потянул с другой стороны.

– Портал, – коротко сказала Эвилин, сверившись со сканером. – Сейчас он закрыт, но остался довольно мощный след. Подобное свойственно только очень древней, очень сильной магии.

Брок, который до этого молча осматривал пол, вдруг издал торжествующий возглас. Он держал в руках что–то маленькое, блестящее.

– Глядите–ка, – сказал он, подходя к Артуру. На его широкой ладони лежал кристалл, вернее, то, что от него осталось. Это был оплавленный кусок чёрного камня, похожий на слезу, но с золотистыми прожилками внутри. – Одна из "слёз бездны". Точнее, её фрагмент. Саламандра таки выпила не всё.

Эвилин осторожно взяла кристалл пинцетом и поднесла к сканеру. Прибор взвыл, стрелка резко перепрыгнула к другому концу шкалы.

– Невероятно, – прошептала она. – Структура кристалла изменена. Тёмная магия, которая была внутри, практически отсутствует, а вместо неё четкий след элементальной энергии. Как будто саламандра не просто выпила тьму, а преобразовала её во что–то другое.

– Можешь сказать во что конкретно? – спросил Артур.

Эвилин покачала головой.

– Пока не знаю. Нужно изучить в лаборатории. Ах, да! У меня же её нет…

Артур, проигнорировав саркастическое замечание, обошёл склад по периметру, внимательно разглядывая стены. Его котелок транслировал ему картину, недоступную обычному глазу. Он видел как магические линии, остывающие, как угли, складывались в причудливый узор. В центре этого узора, там, где саламандра коснулась ящика, свечение было ярче всего. А в углу, где стоял человек в плаще, линии закручивались в спираль, обрывающуюся в никуда.

– Джимми, – позвал он, не оборачиваясь. – Тот человек в плаще. Он говорил что–нибудь о себе? Он назвал своё имя?

– Нет, сэр. Только то, что я уже вам доложил. И ещё... он говорил странно. Будто не с нами, а с кем–то, кого здесь не было. А может и вообще с самим собой.

Артур кивнул.

– Что ж, – сказал он, закрывая блокнот. – Предварительные выводы таковы. Первое: в Лондоне действует неизвестный маг или существо, контролирующее огненного элементаля, а конкретно – саламандру. Второе: его цель не просто уничтожение контрабандных кристаллов, а послание. Послание, адресованное лорду Хаоса, кем бы он ни был. Третье: у нас есть вторая партия кристаллов, спрятанная где–то поблизости, и если мы не найдём её раньше, чем это сделает кто–то ещё, последствия могут быть катастрофическими.

Эвилин натянула на глаза очки, позволявшие разделять светой спектр и вскрикнула, взглянув на стену, где недавно был портал.

– Что случилось? – спокойно поинтересовался Понд. – Мышь заметили?

– Надпись! – провела по воздуху пальцем техномаг. – Язык странный, но знакомый…

Артур повернулся к команде.

– Эвилин, вы остаётесь здесь. Снимите все возможные замеры, зарисуйте магические линии, надписи и всё остальное. Брок, вы с нами – нужно осмотреть второй склад. Фицвильям...

Он осёкся. Фицвильям стоял на коленях перед обугленным ящиком, и его лицо выражало смесь ужаса и благоговения. В его ладони, слегка светящейся, лежала крошечная переливающаяся, полупрозрачная чешуйка, то появляющаяся, то исчезающая.

– Фицвильям, – окликнул его Артур, на этот раз резче. – Что это у вас?

Молодой маг вздрогнул и поднял глаза. Свечение на его ладони погасло.

– Ничего, – сказал он слишком быстро. – Просто чешуйка. Часть элементаля. Я... я отдам её Эвилин для анализа.

Он поднялся и сунул чешуйку в карман сюртука. Артур заметил, что сделал он это как–то слишком нервно. Но сейчас не было времени на расспросы.

– Едем, – скомандовал он.

Второй склад, о котором говорил Джимми–Свисток, находился в полумиле от первого, ближе к реке. Это был старый пакгауз из красного кирпича, с выбитыми окнами и покосившейся крышей. На вид он был совершенно заброшенным, но Артур, наученный опытом, знал, что самые неприметные места часто скрывают самые большие тайны.

Джимми привёл их к неприметной двери в задней части пакгауза. Дверь была заперта на старый, ржавый замок, но Брок справился с ним одним движением гаечного ключа.

– Гномья отмычка, – пояснил он в ответ на вопросительный взгляд Артура. – Никогда не подводит.

Лестница в подвал уходила в темноту откуда несло плесенью, застоявшейся водой и чем–то… похожим на жасмин.