Дина Зарубина – Племянница из провинции -2 (страница 6)
– Экскурсантам не показывают всех покоев! Публику вообще пускают только в старое крыло, спальня королевы Феолиль, парадная столовая да кабинет! А как же Малахитовый зал, Стрекозья гостиная, Камышовая галерея, двор Бабочек, Певческая капелла, Соколиный коридор, Морской зал, Яблочный будуар!
– Яблочный? – тяжело вздохнула. Когда я увижу свой яблоневый сад?
– Бронзовые яблони выступают из стен, кованые листики трепещут, а свет играет на золотых яблоках! Там зеленый чапильский длинноворсовый ковер имитирует траву! Это любимое место игр маленьких герцогов Фернана и Рене.
Глава Тайной стражи после вдохновенной речи даже слегка осип.
– Пока она на меня не кинется, вы не можете ей ничего предъявить?
– Даже если кинется, не сможем, – печально уточнил дон Меер. – Но депортировать и отписать о ее поступках, подкрепленных
– Я боюсь.
– Донна Эухения! Вашу безопасность будет обеспечивать самый сильный наш сотрудник!
– Не надо самого сильного. – Я задумчиво почесала нос. При дюжем лакее или гвардейце за спиной принцесса, максимум, пошипит. Надо безобидного охранника. – Есть у вас девушки на службе?
Дон Меер зашелся в восторгах. Искренних, надо сказать, потому что в кабинете остро запахло свежескошенным сеном.
Через полчаса передо мной стояла худощавая невысокая женщина под тридцать, в брусничном платье дворцовой горничной. Отлично, слуги для знати вообще не люди, их слова ничто перед словом аристократа. Может сработать.
– Мне к часу надо дома быть, – честно предупредила я.
– Вам в придворное платье переодеться надо! Времени совсем нет! – всплеснула руками лже-горничная Тереза.
Тереза, так Тереза, мне все равно, они сами свои-то подлинные имена помнят? До гардеробной мы мчались галопом, задрав юбки и оскальзываясь на гладких плитках узких служебных коридоров.
***
Король давно не работал в парадном кабинете, но по пути к нему придворные привычно заполняли Камышовую галерею, названную так из-за позолоченных бордюров, имитирующих стебли камыша. Выше роспись изображала водную гладь, переходящую в небесную синь с пушистыми облачками. По потолку летели искусно нарисованные утки.
Придворные обменивались новостями, заключали пари, договаривались о браках и сделках. Если король пройдет, можно пожелать ему доброго утра, подать прошение, тут не возбранялось напрямую обратиться к монарху. Кого-то король мог сразу пригласить в кабинет и решить наболевший вопрос. Правда, король с весны нездоров, и вряд ли поправится, но привычка – вторая натура, традиции двора соблюдались.
Его высочество Руэн волновался. Обильно потел, хрустел пальцами, дергал манжеты, перекатывался с носка на пятки.
– Вы меня не слушаете, ваше высочество? – его лица коснулся край кружевного веера. Баронесса Дагли, с которой он пару раз провел ночь, широко раскрыла темно-карие глаза, демонстрируя огорчение.
Принц действительно не слышал ее слов. Кто их вообще слушает, этих придворных породистых шлюх! Она получила бриллиантовый браслет, чего еще?
– Слушаю вас, дорогая Луиза, – прохрипел он, вытирая пот с висков.
Резидент сказал ему быть здесь и сразу занять кабинет короля. Там государственная печать, бланки указов.
Он единственный дееспособный родственник, родной племянник короля, кузен принцев. Кому и подхватить упавшее знамя Кэллавейна? Пока наместником, затем монархом. Отец тоже не вечен. Объединить две страны… Фулливейн, например? Принц сладко зажмурился.
Король под утро умер. Но пока новость не облетела дворец, видимо, скрывают, избегают раскола и паники. Ему твердо обещали, что сегодня дядя умрет. Шепнули, что спит. Вечным сном, да. Король был заядлым жаворонком и никогда не спал до восьми!
Принц Ламберт в четыре утра умчался на охоту, там его найдет отравленный болт подкупленного егеря. Принцесса Ульрика от горя пронзит себя кинжалом, она ведь обожает мужа. Тоже отравленным, на всякий случай. Раза три пронзит, для верности. Хватило бы и одного удара, но Руэн настаивал, что надо больше, и не слушал никаких возражений. Бабы, они же, как кошки, живучие!
Принц Даэнир, как всегда, на границе, дорога к трону, таким образом, будет расчищена. Скорей бы!
А после он намотает на кулак черные волосы этой надменной суки Эллибет и подтянет ее голову к паху. Лицо принца так перекосилось, что баронесса Дагли испуганно охнула и отступила.
– Простите, мой принц, меня зовет муж, – пролепетала баронесса и быстро затерялась в толпе.
Принц не заметил ее ухода, поглощенный Мечтой.
***
Камилло вертел проволочную штучку в руках. Серьезным артефакт не выглядел вот совсем. Никак. Стеклянная бусина, веревочка, изогнутая железка, обмотанная медной проволокой. Ерунда какая-то.
– Я думал, боевых артефактов доставят хоть ящик, наши на исходе.
– А ты не думай, за тебя начальство думает, – ехидно отозвался Бум, вытаскивая очередной ящик из пространства. – Цепляй и пошли. Дэн уже на опушке.
Камилло тяжело вздохнул и начал цеплять железки на ремень.
Даэнир вгляделся в сумрак под извитыми ветками. Дон Меер никогда фантазиями не страдал и свое место занимал по праву. Осторожный и внимательный. Теперь же он ссылался на слова Эухении. Боги, что может посоветовать наивная девочка? Предчувствия и женская интуиция не заменят боевого заклинания.
Но дон Меер настаивал опробовать новые артефакты. Что-то подобное они делали на втором курсе. Детская поделка. Ладно, внеочередной рейд его не испугает. Вдруг, что ценное получится добыть.
– Берегись! – Камилло толкнул его в бок, сбивая с тропы.
С дерева спрыгнула змеехырла, обвила парня щупальцами, клубок тел покатился по траве. Даэнир разозлился: кто тут черный маг?! Сколько раз просил не соваться под руки! Преданность прекрасное качество, но надо же головой думать!
– Не стреляйте, заденете! – Даэнир начал плести свето-шумовое заклинание, надеясь отпугнуть тварь. Авось, куртку не прокусила еще.
– А вот щас и попробуем! – Алессио дернул за веревочку смешной артефакт и швырнул его в заросли.
Ни вспышки, ни хлопка. Солдаты тревожно вглядывались в лес, ощетинившись клинками и копьями.
– Не работает бубуйня! Пропал парень! – Десятник выматерился.
Из кустарника раздался стон.
– Что это было, а? – раздался недоуменный голос Камилло.
Жив! Облегчение затопило душу. Все враз выдохнули, как одно целое.
Из высокой травы поднялся Камилло. В одной руке он держал вяло дергающуюся змею, в другой тушку довольно крупного осьминога. Дохлого.
Осьминог в лесу? Глаза бывалых стражников полезли из орбит.
– Выпрямитель же! – Даэнир хлопнул себя по лбу. – Магическое искажение, артефакт разделил противоестественно соединенное! Они во всех лабораториях у первачков стоят!
– Змеехырлы, стало быть, змеюшки с морской тварью? – высунулся Алессио. – Потому и злые такие, что лесное с морским не дружит?
– Брось змеюку, она хоть и стукнутая, вдруг цапнет, – посоветовал десятник.
– Это удав. – Даэнир прищурился. – Зеленый древесный удав. Не ядовитый.
– Он же оранжевый!
– Потому что молоденький еще. Позже позеленеет. Положи его на ветку, Ками, они по земле почти не ползают.
Поднялся гомон. Камилло аккуратно пристроил змею на развилку дерева.
– Слышите? Восьмилап ломится! – десятник поднял руку.
В стороне раздался треск. На лицах стражников отразился азарт.
Даэнир подбросил железяку в руке. Это придумала его жена? Откуда ей знать про элементарные магические предохранители?
***
– Принцесса вышла из своих покоев и идет к Морскому залу, – тихо сказала Тереза, пристраиваясь сзади.
– Тереза, а как вы это узнали? Вы же ни с кем ни словом не обменялись!
Женщина фыркнула.
– Лакей подал условный знак. Их немного, но очень помогает в работе.
Еще бы! Не станешь ведь орать во все горло «Клиент на балконе!».
– Разве у вас нет переговорных устройств? Миниатюрных? Чтоб в ухо вставить, например?
Тереза выпучила глаза.