Дина Зарубина – Племянница из провинции -2 (страница 10)

– Прирезать девку, хозяин? – спросил могучий бандит, завязывая штаны. – Совсем квелая что-то стала.

– Все бы тебе резать! Дашь по морде, оживет! Заверните девку в плащ, тащите на заимку!

***

Магистр Ямбир вернулся из академии мрачнее тучи. Обычно таким он был после кафедральных совещаний, когда на него навешивали очередую группу двоечников и лентяев. Но собрание было три дня назад, кажется, профессор тогда отбился?

Лу скользила по дому тише мыши, я, сидя за конторкой, боялась дышать.

– Дженни, почта! – рявкнул магистр.

Я живо подхватила стопку корреспонденции и донесла до стола магистра. Одно тяжелое письмо в толстом желтоватом конверте отличалось красной сургучной блямбой с гербом. Из дворца. Скорее всего, это было приглашение на прием по поводу разоблачения заговора. Король лично будет награждать отличившихся. Зная, как ненавидит магистр пафосные придворные мероприятия, ожидалась грозу с молнией.

Тем не менее, артефакты магистра сыграли огромную роль в очистке леса. Все газеты были полны хвалебных статей, безжалостно перевирающих название прибора. Вычислитель, сотворитель, где-то его назвали даже утилизатором заклятий. Какой-то листок запечатлел магистра с железякой в руке. Присмотревшись, я узнала отвертку. Должно быть, репортеры подловили магистра, когда он вышел на крыльцо подкрутить винт дверной ручки.

Как мне шепнули лаборанты на кафедре, магистру предложили место декана всего факультета артефакторов, а он с негодованием отказался. Наоборот, затопал ногами и завопил, что совсем уйдет, если ему еще всунут хоть одну группу прикладников в расписание! У него и так ни на что времени не хватает! А вот коллеги Хитони, Гуро и Ладжой страдают от избытков лишнего времени, если посещают поздравительные мероприятия в ратуше и успевают давать пространные интервью. Разгорелся некрасивый скандал, который пришлось регулировать ректору самолично.

– Магистр, что-то случилось? – осмелилась спросить, заметив, как разгладилась морщинка между бровей хозяина.

– Они хотят уволить Мар Абеши, – буркнул он. – Под предлогом опасности его экспериментов. Ну, и что черный, вспомнили.

– Но ведь он не виноват!

– Выслужиться хотят. Сами проморгали, теперь зад припекает от усердия.

– А вы что?

– А я предложил ему дать звание архимагистра и степень профессора за многолетний бескорыстный труд. На самом деле, у него много полезных разработок, – чуть смущенно признался магистр. Он сам был фанатично предан науке и уважал чужой талант и страсть к исследованиям.

– А они?

– Предложили дать степень архимага мне.

– Это же хорошо? – осторожно уточнила я.

– Да ни иглохвоста хорошего! Придется ходить на заседания Совета магов, слушать там всякую чушь часами! Я отказался. Меня обвинили в снобизме и высокомерии. Переругался со всеми в академии. С Ученым советом, с ректором, с деканами, нашим и с природного.

– И что?

Магистр щелчком отправил ко мне конверт. Я с любопытством вытащила сиреневую карточку. Приглашение на прием, как я и угадала. На два лица, о! И лист плотной бумаги, мелко исписанный каллиграфическим почерком.

– Вам предлагают собственную лабораторию при Тайной службе? Это же прекрасно! Никаких студентов, никаких лекций, сплошные исследования!

– Так-то оно так… – вздохнул магистр. – И условия хорошие. Заставят клепать какую-нибудь дрянь.

– Но тут же написано, что темы исследований и сметы утверждаете лично вы! Вы будете оказывать Тайной службе только консультационную помощь! «Какую-нибудь дрянь» найдется, кому клепать! А вы будете творить! Кстати, магистр, почему вы до сих пор не сделали чертеж «слухача»?

Профессор покраснел, как мальчишка.

– Да это никому не нужная безделка, – промямил он.

Я прищурилась.

– У меня юрист патентного бюро требует полный пакет документов. Я уже почти все оформила! Осталось вложить чертеж! Новинкой уже заинтересовались, а вы ленитесь!

– Кто? Кто заинтересовался? – подпрыгнул магистр, вытаращив глаза.

– Лично дон Меер! – отчеканила я. Да стоило мне только заикнуться об изобретении, дон Меер все бюро на уши поднял, с магистра только осталось стрясти чертежи и расписаться в паре мест. – Корона уже договор о покупке патента подготовила! Мешок золота приготовили уже.

– У меня не ассистент, а шантажистка! – простонал профессор.

– Это еще что, – протянула я зловеще. – Не сделаете чертеж, скажу Ливии, что вы не хотите капусты! Она ее в мусорку выкинет!

Я внимательно следила, чтоб не переборщить, но мне показалось, что магистра забавляет, когда ему возражают и немножко, самую капельку подшучивают. Зашуганная тень, крадущаяся по дому, его раздражала.

Конечно, ничего я говорить Ливии не собиралась, но капуста – это аргумент при любом научном споре.

Я тут же выложила на столе прекрасный лист асмора1, лекала, линейки и набор идеально заточенных карандашей. Многозначительно поиграла бровями, дождалась жизнеутверждающего смешка и вышла из кабинета.

Уф!

***

– Да как же я?! – покраснела донна Роза, когда я сунула в почтовое окошечко приглашение на прием во дворец.

– Донна Роза, вы так следствию помогли! Вас король лично наградить хочет!

Донна Роза слабо ахнула и откинулась на спинку стула, часто обмахиваясь чьим-то письмом.

– Да я же… толстая! – прошептала она. – Мне и надеть нечего!

– Донна Роза, вас же не на бал зовут. На малый прием. Там будут только те, кто в расследовании принимал участие. Думаете, королю ваше платье важно? Там подарки будут, небольшой фуршет, наградят вас и поедете домой. Магистру Ямбиру ехать не с кем, – прошептала тоном заговорщицы. – Без спутницы нестарому мужчине неприлично появляться. Он попросил найти симпатичную серьезную даму, которая не стала бы питать ненужных планов! А вы и сами в расследовании участвовали, и замужем давно, кому идти, как не вам!

– А ты что же?

– Да вы сравните себя и меня! Меня с профессором и не заметят, подумают, кусок грязи к обуви прилип! Или еще хуже, за молоденькую любовницу примут! Нет, донна Роза, вот как хотите, а магистр за вами заедет послезавтра, в три часа дня!

– А я же на работе буду…

– Езжайте, донна Роза! Езжайте! – В один голос воскликнули дон Ливано и дон Кулас, открыто наслаждающиеся этой сценой.

Нет, профессор хотел взять меня, но я решительно отказалась. Меня во дворец пряниками не заманишь. Даже брускеттой с авокадо и красной икрой! Если уж какой-то дон Хитони позирует в журнале и дает интервью, имея самое смутное представление о событиях, так донна Роза заслужила праздник целиком и полностью. Будет у нас на почте своя легенда. Внукам будет рассказывать, как была на приеме у короля.

Кстати, преемник дона Холли, сменивший его на посту, отменил последний циркуляр о пяти единицах магии.

Растрепанный парнишка, работающий теперь сортировщиком, вернулся к работе. Сунулась было обратно донна Марика, узнавшая новости, но ее у крыльца подхватили двое агентов и повели прямиком в участок. Оказалось, что злилась она на меня за то, что я сидела безвылазно в сортировочной и мешала ей закидывать в почтовый портал непроверенные пакеты. Ей сдельно платили за каждый.

Меня же профессор отпустил на три дня, чтоб я могла съездить домой, в Аноа-Коэс. Поверенный от дона Чама прислал письмо, от которого у меня волосы чуть дыбом не встали.

Мошенник-управляющий сдал сады какому-то проходимцу, сам же вольготно жил с семьей в нашем родовом доме, рассудив, что домик в деревне – это неплохо, но родовое поместье намного солиднее. Он и представлялся везде владельцем Нейл-Кастла, и денег требовал постоянно, тратя доход с аренды на образ жизни сельского аристократа.

Явившийся из столицы строитель его немало удивил, но хитрован смекнул: раз у хозяйки появились деньги, можно раскрутить глупую девчонку на серьезный ремонт. Приезд въедливого поверенного эти планы моментально разрушил. Поверенный решительно выкинул семью мошенника из особняка, а его самого пришлось подать в розыск, потому что он сбежал, прихватив все деньги.

Голова шла кругом, но ехать требовалось немедленно, потому что поместье могли продать с торгов. Последние годы мошенник не довольствовался арендной платой, а набрал займов у разных лиц и банков, закладывал и презакладывал дом и сад, не собираясь ничего отдавать. Налогов не платил как минимум несколько лет, поэтому и замаячила аукционная продажа.

Письмо поверенному отправила почтовым порталом, он его получит через час. Денег с меня не взяли, вытолкали из десятки с напутственными словами и добрыми пожеланиями.

Поэтому после почты сразу побежала на вокзал, надеясь успеть на экспресс до Колеана. Через три часа сойду в Брамбурре и останется всего-то доехать в Аноа-Коэс, а там Нейл-Кастл в получасе езды. В шесть-семь вечера буду там.

Меня потряхивало от волнения всю дорогу, я не могла сосредоточиться ни на журнале, ни на вязании. Даже красивые виды, пролетающие мимо окон, проходили мимо моего сознания. Мои сады, мои яблони! Я чуть ли не стонала вслух, и нервно покусывала пальцы.

– Девушка, да не волнйтесь, женится он на вас! – не выдержала соседка по купе, благообразная старушка в очках.

– Что? – Не поняла я.

– Вы же переживаете, как он воспримет новость о ребеночке? – Она посмотрела взором опытного храмовника. Или следователя по особо важным делам.

Я нервно рассмеялась.