Дина Галкина – Левиафан (страница 84)
— Тебя удивляет, что я назвал тебя папой? — спросил Тарлиан. — А как я мог по-другому назвать тебя, если ты действительно мой отец?
— Знаешь, сын, — с печальной улыбкой произнес хозяин Эймара. — Раньше я как-то не мог представить себе, что ты так повзрослел…
— Немудрено повзрослеть с такой жизнью, — сказал Тарлиан. Снова повисло молчание, которое Тарлиан снова нарушил через некоторое время:
— Скажи… а почему Эймар? В смысле, почему ты… то есть…
— Подожди, — приостановил его отец. — Сейчас объясню. Дело в том, что этот замок — Эймар — в некотором смысле наш родовой замок. Когда-то — около двух эр назад — он принадлежал нашим предкам.
— Серьезно? — удивленно спросил Тарлиан. Эймар — родовое гнездо его семьи? Что ж… почему бы и нет?
— Серьезнее не бывает, — кивнул отец. — Жаль, конечно, что из-за службы ты, скорее всего, не сможешь часто бывать здесь. Ты не знаешь пока, куда тебя направят?
— Нет еще. В Дарминоре должно проясниться. Придется к самому сэру Нектосу идти.
— Понятно. Надеюсь, твоя служба будет проходить успешно. Кстати, Ротмар ведь передал тебе меч?
— Да. И сказал, что раньше он был твоим.
— Именно. Это не простой меч. Он одержал немало блестящих побед. Его зовут Эллор. Это значит «непобежденный».
— Здорово! — сказал Тарлиан, подумав, впрочем, о том, что в его руках славный клинок вряд ли продолжит оправдывать свое имя.
Отец, похоже, понял его мысль, но ничего по этому поводу не сказал.
— Уже почти стемнело, — произнес он, поглядев в окно. — Может, тебе лучше пока что вернуться к остальным? Завтра вам ехать, а мыслям у тебя в голове, по-моему, понадобится иного времени, чтобы встать на свои места.
— Это точно! — подтвердил Тарлиан.
— А наговориться мы с тобой еще успеем, — улыбнулся отец. — Ну, до свидания, сын!
— До свидания, папа.
И Тарлиан вышел из библиотеки, поймав себя на мысли о том, что все-таки очень рад увидеть отца.
***
Наутро шестеро наших героев отправились в путь. Больше всех этому радовалась Алька, давно уже скучавшая по дому и родителям. Эван тоже был рад скорому возвращению. Ли-фанна же несколько волновалась из-за предстоящей встречи с мамой. Конечно, она тоже соскучилась по маме и сестренке, но все равно, как-то не по себе становилось, когда она вспоминала о том, что она — дочь Оррайны…
Тарлиану же вообще больше хотелось остаться в Эймаре, чем уезжать. Ему нужно было еще о многом поговорить с отцом, а теперь неизвестно, когда представится такая возможность.
Он так и не сказал никому из друзей о том, что хозяин Эймара — его отец. Не пришло пока еще время для этого.
Как относились к предстоящему возвращению Рэй и Рональд, можно было только гадать. Но Рэй заявил, что теперь он со спокойной душой может уйти наконец из школы, где работать ему приходилось исключительно из-за… а вот из-за чего (или из-за кого), он не стал говорить. Но это заявление одинаково расстроило и Ли-фанну, и Альку, которая хотя и никогда в жизни не ходила на фехтование, рада была бы видеть в школе еще кого-то из своих.
— А чего вы расстраиваетесь-то, я не понимаю, — сказал тогда Рэй. — Вы и так в последнем классе. Вам только экзамены сдать осталось.
— А может, мы их успешно пропустили? — с надеждой спросила Алька, и Ли-фанна готова была ее поддержать. Сдавать экзамены обоим девушкам не хотелось, особенно после всего пережитого…
Но в целом, Эймар они покидали в приподнятом настроении. Тем более, что путь им предстоял не пеший, как на пути из Дарминора, а конный: безлошадным Эвану, Ли-фанне и Альноре хозяин Эймара дал лучших коней из своих конюшен, а у Тарлиана и близнецов и так были свои скакуны. Правда, откуда взялась лошадь у Рэя — это вопрос.
Хозяин Эймара лично пришел проводить их. Тарлиана это не могло не порадовать: вчера ведь он так толком и не попрощался с отцом.
Но долгих прощаний не хотелось, конечно же, никому, поэтому хозяин Эймара сказал нашим путешественникам всего несколько слов, пожелал им напоследок удачи, и шестеро всадников отправились в путь.
***
Нет смысла подробно описывать весь путь наших героев от Эймара до Дарминора, тем более что по дороге ничего необычного с ними не произошло. Достаточно лишь сказать, что этот их путь длился два дня. На этот раз они поехали не через Черный лес — лошади бы там попросту не прошли — а по Тракту. Трактом — вернее, Большим трактом — называется самая главная дорога Эфарленда, соединяющая все пять регионов. Но до Клерена все равно быстрее идти через Черный лес, тем более что Тракт проходит только через западную часть Дарминора.
Но долго ли, коротко ли, а минуло два дня пути, и наши герои въехали в Западные ворота столицы. И — вот первая странность — стража, которая здесь, в отличие от Восточных ворот, стояла, не задала им ни единого вопроса. Похоже, в Дарминоре их действительно уже ждали.
Хотя раньше Ли-фанна ни разу не была в западной части города, только въехав туда, она ясно почувствовала: дома! И хотя западные кварталы Дарминора были в основном торговыми, а восток больше походил на деревню, чувствовалось в них какое-то необъяснимое, но такое родное для Ли-фанны сходство…
Но все же было сейчас в родном городе что-то новое, до ужаса непривычное. Горожане как-то прознали, что вот они — спасители мира, победители Левиафана. К ним подходили, благодарили, поздравляли… Да, незаметно въехать в город у них не получилось. Но все же кое-что оставалось еще неясным…
— Скажите пожалуйста, — спросила Алька у какого-то старичка, — а откуда вы вообще узнали про Левиафана? Когда мы уезжали, о конце света вообще никто ничего не говорил.
— Ох, милая девушка! — отвечал ей горожанин. — У нас тут такое было! Аккурат в ночь перед фестивалем небо вдруг побагровело, загрохотало так, что мама не горюй, все, конечно же — на улицу, а там черные всадники скачут, и кричат что-то про чудовище, конец мира, и нам, дескать, всем конец. А наутро это и сам король подтвердил… праздник тут же отменили, естественно. Ну а потом до нас весть дошла, что вы, спасители наши, с чудовищем расправились. Так что Его величество повелел новый фестиваль устроить. В вашу честь.
— Вот ужас-то, — высказалась по этому поводу Ли-фанна, когда они уже попрощались с разговорчивым старичком.
— Да ладно тебе! Переживем, — весело сказал Рэй. — А легионеры, видать, были слишком уверены в победе, раз уж в сам Дарминор вошли.
— Да уж… но все-таки мы их здорово обломали! — сказал Эван.
Восточная часть Дарминора. Ли-фанна. Эван. Альнора.
В восточный район столицы они вошли втроем: Тарлиан, Рэй и Рональд покинули их в центре города: Тарлиан отправился к главе Ордена, сэру Нектосу, а куда направились братья, они, опять же, никому не сказали.
Слава бежала впереди них семимильными шагами. Если на западе города их приветствовали только случайные прохожие, то здесь все жители восточной окраины высыпали на улицы, чтобы поприветствовать своих героев. Ли-фанна не знала, куда деться от такого количества внимания. Она старалась держаться поближе к Эвану, и быть как можно незаметнее. Не удавалось ни то, ни другое. А вот Альке, похоже, даже нравилась внезапно обрушившаяся на них слава. Но и ее надолго не хватило…
Эван шел с каким-то отрешенным видом, стараясь только не выпускать девчонок из виду. Ему все это нравилось не больше, чем Ли-фанне, она это ясно видела. «Повезло Тарлиану, — подумала девушка. — Ушел к своим Фениксам и не мучается тут теперь…»
На площади, на которой стояла школа, где учились Ли-фанна и Алька, народу было особенно много. Девушка увидела много знакомых, почти родных лиц. Вот госпожа Орлин, строгая завуч. Рядом сама госпожа Ирьен, директриса. Ну надо же, с какой гордостью смотрит на нее! А давно ли придиралась к любой, даже самой пустяковой мелочи? Как резко переменилось ее отношение к своей самой нелюбимой ученице!
Около директрисы стоит — кто бы вы думали? Лично Норика Эрлис, внучка убитого предводителя Легиона! Интересно, знала она, кем был ее дед на самом деле? Вряд ли. Иначе не стояла бы сейчас здесь, не провожала их с Альнорой восхищенными взглядами…
Одноклассники стоят чуть поодаль, отдельной группкой. О чем-то шушукаются между собой… И ни одного неприязненного взгляда в сторону Ли-фанны! Вот так — стоит один раз спасти мир, и все начинают тебя чуть ли не боготворить.
Но и на одноклассников, и на учителей, и на Норику Ли-фанна почти не обращала внимания. Ну стоят себе, и стоят. Что тут такого? В этой толпе она искала других людей…
Вот соседка Анира с сыном Аланом, лучшим Иринкиным другом. Мальчишка с радостью смотрит на Ли-фанну — искренне рад ее видеть. Его мать тоже радуется, но на лице у нее еще и тревога. Ясное дело — Ли-фанну она знает с детства, и тоже переживает за нее. Анира вообще такой человек — всегда все принимает близко к сердцу. Нет для нее чужих проблем и бед — все свои.
А вот еще одна соседка — бабушка Радиль. Смотрит на Ли-фанну несколько удивленно: не ожидала от нее таких подвигов. Ну еще бы, сколько раз они с Мифъолом забирались к ней в сад…
…Мифъол… стоило только Ли-фанне о нем подумать, как она тут же увидела человека, которого искала в этой толпе, но больше всего боялась увидеть…
Ланиз. Мать Мифъола. Одета во все черное, волосы скрыты под черной косынкой, на плечах — черный платок. И хотя смотрит на юных героев с надеждой, где-то в глубине глаз притаилась боль. Спрятанная от всех, безумно сильная, словно тянущая куда-то вниз. Ли-фанна и сама чувствовала нечто похожее, думая о Мифъоле. Вот и сейчас… Пальцы сами собой сжались в кулак. Как сказать матери, потерявшей единственного сына, что это она, Ли-фанна, виновата в его смерти? Она, и больше никто?